Валентин Сарафанов - Рыцарь лома и топора

На флангах же легкая пехота мудриков сошлась с Подонками. Здесь силы оказались равными, и линия битвы затопталась на месте. Тем временем лорд Бэрлок разделил вторую линию своей армии и переместил три тысячи воинов ударного корпуса под названием «Подлый Удар» на левый фланг, изготовившись зайти в тыл пришельцам. Одновременно с этим он переместил конницу Мрази на правое крыло войск и терпеливо выжидал, когда армия пришельцев окончательно завязнет в битве и станет беспомощной перед ударами с флангов и тыла.

Предположения Светланы оправдались. Геллахерники готовили окружение. С вершины стены она вместе с нимфой и Петрысем пристально следила за битвой, но вскоре ее внимание привлекло иное действо. Рыцарь лома и топора вырвался за ворота. Эффект неожиданности сыграл свою роль. Нападавшие не ожидали такой наглости со стороны обороняющихся и тем более подобного звериного напора с их стороны. К тому же ни один из них еще никогда не сталкивался лицом к лицу с воином столь огромных габаритов и ни разу не испытал на себе действие его страшного оружия.

Как только распахнулись створы ворот под ударом тарана, Коля несколькими взмахами лома успокоил на месте воинов, несущих бревно, после чего схлестнулся с теми, кто шел следом, и мгновенно потеснил их с ровной площадки за воротами на узкую насыпь. Первый этап плана удался на славу, но не более того. Напугать и заставить отступить противника не получилось. Нападавшие все еще находились под воздействием Дурьма. Чувство страха у них притупилось. Под ударами лома и топора темные воины один за другим срывались и катились вниз по камням, но на их место вставали новые. Прикрываясь щитами и выставив вперед клинки, они напирали на Колю. Никто не хотел уступать.

– Рогатку! Дай мне рогатку! – решительно воскликнула Светлана в искреннем и непреодолимом желании помочь своему рыцарю.

– И мне! – голосом, не терпящим возражений, произнесла нимфа.

Петрысь кивнул и сунул руку за телогрейку.

Сатир поднимался в небо. С удивлением он смотрел как бы со стороны на себя самого, лежащего неподвижно возле стены замка, после чего его взор переключился на Колю Калина, стойко отражающего атаки врагов на подходе к воротам. Сатир понял, что доблестный рыцарь все же осуществил свои рискованные намерения и в одиночестве контратаковал многочисленного противника. Также он успел заметить, как со стены ведут стрельбу из рогаток по врагам Петрысь, Светлана и нимфа. А еще сатир увидел сверху панораму битвы, где в яростной схватке сошлись Темные Силы и неведомые для него войска.

Постоянно преследовавший его страх куда-то улетучился. Осталось лишь бесконечное удивление.

– Что это? Куда? Зачем? – спрашивал себя сатир, поднимаясь все выше и выше.

А земля внизу, медленно заволакиваясь туманной дымкой, все отдалялась и вот уже совсем скрылась из глаз. Вокруг ничего не осталось, кроме серого густеющего тумана. Сам сатир тоже начал как бы растворяться в нем. Он перестал ощущать руки, копыта и тело. Вокруг стемнело. Оставалось только чувство стремительного полета. Но вскоре и полет прекратился, началось медленное погружение в темноту. Потом что-то подхватило его под руки и поволокло куда-то сквозь редкие вспышки холодного света. Сатир вновь ощутил в себе нарастающий страх. Попробовал вырваться, но безрезультатно.

– Не дергайся, скотина, – послышался хриплый, утробный голос, и сатир почувствовал, как у него от ужаса зашевелились волосы во всех местах. Он понял, что с ним произошло и куда его тащат.

– Я не хочу! – завыл он.

– Замолчи, – приказал все тот же голос. – Иначе рот зашьем.

– Отпустите меня! – продолжал выть сатир. – Я больше не буду!

Он еще хотел добавить, что попал сюда по ошибке, но изо рта вырвался лишь слабый хрип. Движение вперед меж тем прекратилось. Сатир увидел перед собой призрачный свет, а в нем огромный шевелящийся сгусток темноты.

– Кто такой?! – послышался громоподобный возглас. – Как сюда попал?!

– Тварь лесная, – прозвучало в ответ. – Пересчитал головой ступени с нашей помощью. Мы не могли стерпеть того, что он вытворял, и столкнули его с лестницы! Совсем уже обнаглел, скотина!

– Что он сотворил?! – вновь прогремел голос.

– Ты не поверишь, господин! Он обгадил Золотое руно!

– Как?! – В громоподобном возгласе звучало неподдельное удивление.

– Он обернул драгоценной шкурой, ради которой сражались и умирали герои, свою грязную задницу, после чего неоднократно испускал на нее свое зловоние. Но этого мало! Он ее загадил!

– Какое кощунство! – Темнота заколебалась и хлынула навстречу сатиру. – Как ты посмел?! Ничтожество! Что ты можешь сказать в свое оправдание?! Но как к тебе попал столь драгоценный предмет?! Ты его украл? Говори!

Сатир почувствовал, что его отпустило. К нему вновь вернулся дар речи, и он понял, что, кроме него самого, здесь ему никто не поможет. Он попал в Тартар, а перед ним не кто иной, как сам Аид – бог царства мертвых.

– О великий повелитель теней, – произнес сатир дрожащим голосом. – Я бесконечно виноват. Но я не виноват. Да, я не виноват! Я не крал. Золотое руно мне отдал тот, кто по закону обладает им. Это великий рыцарь лома и топора, трижды выигравший состязания в Олимпии и по праву забравший столь драгоценное сокровище из рук недостойных. Я не крал руно. Признаю, что нашел ему не самое лучшее применение, но не мог же я предстать перед прекрасными дамами в голом виде.

– Что он несет? – нетерпеливо спросила темнота. – Какие дамы? Какой рыцарь лома и топора?

– Это правда, мой повелитель, – ответил один из державших сатира под руки. – Могучий рыцарь лома и топора выиграл Золотое руно в Олимпии, а теперь он ведет неравный бой с силами известной тебе Геллахерны на узком подходе к замку. Один против тысячи.

– Геллахерны?! – прогремел голос. – Что же вы до сих пор молчали! Геллахерна! Я бы очень хотел видеть эту мерзавку здесь! Но, к сожалению, она бессмертна. И этот рыцарь ведет бой с ее силами?!

– Да, о великий! – закивал сатир. – Но ему помогают Гениальный Архитектор Петрысь, принцесса Светлана, нимфа Дафна и я. Помогал я, а сейчас уже нет. Верни меня обратно, о великий! Он без меня не сможет сдержать врага. Я ему очень хорошо помогал!

– Так помогал, что обгадил Золотое руно! – Темнота заколыхалась, послышался раскатистый хохот.

– Там очень страшно! – воскликнул сатир. – Геллахерна очень страшная! И места там страшные! У меня скрутило живот. Я не смог удержаться, ну, и сам понимаешь… с кем не бывает?!

– Мерзость какая! Все, замолчи! – прервал восклицания сатира Аид. – Убирайся отсюда, вонючка! Я не хочу тебя видеть здесь. Не пришло еще твое время. Говоришь, что рыцарь на узком проходе оборону держит?!

– Да, на узком. Один против тысячи, – закивал сатир.

– Все, иди. Отпустите его! – приказал Аид.

Сатир почувствовал резкую боль в голове, холодный камень под спиной, услышал яростный звук битвы, ворвавшийся в уши, и открыл глаза.

– Привидится же, – пробормотал он, приподнявшись, приложил ладонь к голове, нащупал огромную шишку на затылке и понял, что легко отделался.

Глава 24

ТРИСТА

Мудрики продолжали вклиниваться в центр Темного войска и теснить Мерзавцев. Но правое крыло их попало в бедственное положение. Три полка Подонков зашли во фланг легкой пехоте и рассеяли ее своими превосходящими силами. Одновременно с этим Бэрлок повел в атаку на левый фланг мудриков конную Мразь, потеснив легких пехотинцев на этом участке фронта, и уже было изготовился зайти в тыл пришельцам, как неожиданно столкнулся с тяжелой конницей, прятавшейся в засаде в лесу. После ожесточенной стычки воины Мрази не выдержали нежданного лобового удара и повернули вспять, оголяя фланг своего войска, но Бэрлок остановил отступление, введя в бой последний резерв из Подонков. В это же самое время на другом участке битвы продолжавшие наседать на своего врага Подлецы зашли в тыл меченосцам. Здесь их немного потрепал железный дождь стрел засевших в лесу арбалетчиков, но остановить не смог. Положение армии мудриков становилось все более критическим.

Коля между тем отчаянно бился на гребне насыпи с наседавшими темными воинами. Светлана как великий стратег компьютерных игр, наблюдая за ходом сражения и, в меру своих сил помогая своему рыцарю стрельбой из рогатки, отчетливо понимала, что при таком развитии событий Темная армия рано или поздно опрокинет пришельцев и всей своей силой обрушится на замок.

Рыцарь не устоит.

Отчаянная стрельба из трех рогаток не поможет.

Ворота открыты.

Изнасилования не миновать.

Сатир, поднявшись на копыта и шатаясь из стороны в сторону, тупо озирался. В голове гудело, глаза застилала пелена. Ужас нарастал. Он видел открытые настежь ворота, за ними слышались яростные вопли и звон оружия. Со стены ожесточенно стреляли из рогаток Петрысь, «принцесса» и нимфа.