Штурм Белого Гнома (СИ) - Изотов Александр

— Дайте я их, — Бобр оправился, снова поднимаясь.

Он не сводил глаз со своей булавы в руках бугая.

— Не дури, крошка Батонская, — Вайт погрозил пальцем, — Чтоб вам, нубам, разрядить щит, это надо постараться.

Бобр утёр нос рукавом, и на ткани показалась кровь. Крепко ему досталось.

— И тебе, Гончар, следует подумать, — гном смотрел на мою тяпку.

Судя по глазам, Вайт узнал грозное оружие северных гномов, но был слегка растерян, увидев его в руках обычного земледельца. И всё же наследственное уважение к теслу чувствовалось в глазах гнома.

— Не переживай так, друг. Что может этот балласт? — Менэтиль усмехнулся.

Я стиснул зубы. Это вы меня ещё плохо знаете.

— То есть, и моя магия не сработает? — жалобным голосом спросила Биби.

— И твоя, гномья кровь, — Вайт поджал губы, потом покосился на желтоглазого, — Эту давай обнулять не будем, память сотрём, и ладно.

— Как скажешь. Я ценю дружбу, — Оркос Менэтиль великодушно махнул рукой.

— Как ты мог? — выпалил я, услышав про дружбу, — Как ты мог, Вайт?

— Так, юный Гончар, вот только не надо мне читать нотаций.

— Мой отец тебе жизнь спас! Твою группу, твой рейд…

— А я просил?! — Вайт вдруг хлопнул ладонями по столу, пригнулся вперёд, — Кто его просил спускаться в Прорыв?!

Я вытаращил глаза, глотая воздух. Такое заявление было для меня неожиданностью.

— Ведь всё было продумано, — Гендель сжал кулаки, — Абсолютно всё! Жертвоприношение почти было закончено, оставалось…

— Ш-ш-ш! Дорогой Вайт, давай не будем поспешны, — Ортос поднял палец, — Ты же предлагаешь этой девчонке просто стереть память.

— Ты прав, я и забыл, — Вайт медленно выдохнул, нервно теребя кончик бороды.

— Эти свитки забвения — штука ненадёжная, — Ортос снисходительно глянул на Биби.

Та чуть отступила, держа Бобра за локоть.

— То есть, ты сам убил рейд?! — мои глаза округлились.

— Ну-у-у, — протянул Вайт и усмехнулся, — Сделай я так, то после воскрешения рейда меня бы сразу наказали. Всегда надо действовать тонко, Гончар, запомни это.

Едва гном сказал это, как Менэтиль залился противным смехом.

— Ох, мой друг Вайт, — он хлопнул себя по коленке, — Как ты тонко шутишь. Перед обнулением давать жизненные советы… Даже я не так жесток.

Вайт нахмурился и, вздохнув, уставился в стол. Как будто и вправду забыл, что меня хотят обнулить.

Но я, даже зная, что мы уже почти проиграли, всё равно хотел знать всю правду. И использовать её.

— Министерство вас вычислит, — процедил я сквозь зубы.

— А все ли знают, что вы здесь? — Гендель широко улыбнулся, будто я начал его любимую тему.

Я не стал говорить, что это Молчарь привёл нас к таверне Белый Гном. Мне самому было интересно, кто в этой истории действительно замешан.

Тут желтоглазый захлопал в ладоши:

— Надо сказать, Вайт, браво! Я всё надеялся на этого забулдыгу Тегрия, а оказалось, выиграла твоя невероятно хитрая партия.

— Это они о чём, братан? — хрипло спросил Бобр.

На его шее так и алели следы от пальцев орка, а сам он был всё ещё бледным и для верности держался за полку. Хлипкий шкаф покачивался, и я даже подумал, как бы сверху на него не свалился цветочный горшок.

— Полагаю, — пробубнил Лекарь, — Что этот господин Вайт, брат нашего почтенного ректора, хитростью заманил нас в эту ловушку.

— Не стоит, молодой человек, нажимать на моё родство. Мой брат — неудачник, — Вайт поднял положил ладони на стол, — Он давно бы мог уже занять едва ли не пост министра. Девятый уровень, такая мощь в руках, а он до сих пор со своим Батоном нянчится.

— Да, Дворфич силён, — усмехнулся Менэтиль, — Он как кость в горле!

— Да! — Гендель завёлся, — Гармаш везде палки в колёса вставляет! А с этим своим расследованием, с этими Правилами Невмешательства…

Он ударил кулаком по столу:

— Мы почти добились проверки в вашем Батоне… Гармаш отменил! Мы послали журналистов… Гармаш выгнал!

Он так и ругался, назвав ещё с полдесятка козней, которые устроил заговорщикам наш ректор. Надо полагать, что Гномозека навёл серьёзную бучу в Министерстве, особенно после нападения мобов из Прорыва.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В Баттонскилле учились дети многих влиятельных родов, и родители, конечно же, только радели об их безопасности. И ректор смог выставить всё в таком свете, что лучшая безопасность — это полная самостоятельность академии.

— Он — твой брат! — бросил я, всё ещё надеясь надавить на слабое место у Вайта.

— Не смей мне говорить о Гармаше, — Вайт встал, отбросив стул, — И не смей говорить о своём отце!

Он вышел из-за стола, встал напротив. Оркос сидел на стуле, мечтательно разглядывая обстановку вокруг. Он был просто сама вежливость, позволяя сообщнику наконец выговориться.

— Что, он был так умён, что ты до сих пор злишься? — не сдавался я.

— Ага, пукан у него горит, Герыч, — Бобр усиленно помогал мне.

Лекарь добавил, издевательски растягивая слова:

— Надо полагать, что так не пылал даже храм Артемиды, подожжённый магом огня Геростратом.

Биби нервно хихикнула, и у гнома заметно дрогнула борода, когда он от злости поджал губы.

Оркос позади обеспокоенно спросил:

— Надеюсь, друг, ты не сделаешь глупостей?

— Думаю что не стоит делать поблажек, — тоже с удовольствием растягивая слова, сказал Вайт, — Всех, так всех.

Я понял, что он имел в виду нашу Биби. Теперь обнулят и её.

— О, как же долго ты сюда шёл, Гончар, — гном довольно дёрнул себя за бороду, — Твой отец был умён, но тебе не досталось и десяти процентов его ума.

Он рассказывал о том, на чём основывался его план: сын обязательно захочет узнать всё об отце. Правда, не все удочки сработали.

— Брат доверяет мне, поэтому делился некоторыми мыслями, — Вайт похлопал по поясу, где, видимо, находилось что-то важное, — Да и Тегрий сработал, надо сказать, очень хорошо.

— Тегрий? — деланно удивился я.

Я уже знал, что наш куратор Тегрий Палыч предатель, мы запалили и его в таверне тоже. Но мне хотелось знать всё, уж слишком хитро меня провели.

— Ну, он проговорился про Белого Гнома, про то, что твой отец там был, — Вайт потёр руки, — Я и не думал, что это сработает, мы надеялись ещё в саду Баттонскилла всё закончить.

— Но ты, друг мой, всё же подготовил несколько вариантов, — с гордостью вставил Оркос.

Вайт растянулся в улыбке.

— Тегрий же выяснил и у Молчаря, что ты всё-таки собираешься найти эту таверну. А там тебя бы Гармаш и преподы уже не защитили бы, — Гендель потряс пальцем, словно пожурил меня, — Но, надо сказать, Гончар, ты и сам был неплох.

Я скривился, не желая благодарить его за комплимент.

— А твой отец, — Вайт всплеснул руками, — Когда он якобы спас имперский рейд… Я не бежал от моба, я собирался провести обряд.

— Обряд?

— Дорогой друг, я бы не спешил… — начал Оркос Менэтиль, но Вайт отмахнулся:

— Делай потом с ними, что хочешь, Оркос!

Желтоглазый цыкнул и нетерпеливо покосился на дверь. Видимо, ждал того бугая.

А гном продолжал:

— Да. Ты, Гончар, наверное, знаешь про эту теорию? Что сила Прорывов питает магией игроков?

Я сдержанно кивнул, переглянувшись с тиммейтами. Эту лекцию Селены Лор мы помнили хорошо.

— Так вот, в момент убийства имперского рейда, если всё правильно сделать, можно получить силу всех этих магов, — счастливо ощерился Гендель, но потом выругался, — Щебень-гребень! И я почти сделал это!

— А мой отец помешал, — улыбнулся я.

— Не пытайся, щенок, — со злостью выплюнул Вайт, — Он сначала ничего не понял. За нашим рейдом сразу бы не спустились, и у меня было время провести обряд. Но появились эти нубы, твой отец со своей компашкой!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Из его рваных, сопровождаемых руганью, речей, я кое-как выстроил картину того, как всё произошло.

У Вайта в том рейде были при себе анкхи, египетские кресты воскрешения. Штука тогда ещё не такая распространённая, поэтому в рейде никто этим не пользовался.