Штурм Белого Гнома (СИ) - Изотов Александр

— Чернец! — окликнул его Гендель, — Там в Белом Гноме снова веселуха.

Модератор на миг замер, потом, так и не повернувшись, махнул и пошёл дальше. Правда, он всё же прибавил шагу.

— Зря вы так, молодые люди, — сказал нам Вайт, помахав пальцем, — Не все в Надзоре плохие ребята, а обнуляют так вообще не они…

— А кто? — поёжившись, спросила Биби.

— Ясное дело, кто, — протянул Толя, — Отдел Забвения.

— Ой, да и ладно, — буркнул Бобр, — Всё равно, Топоры самые крутые.

— Ну, тут не поспоришь, — довольно произнёс Гендель.

***

Топоры.

Тайный, или танковый, как кому нравится, «отдел по оперативному реагированию».

Возможно, они хотели бы зваться «опорой», ведь так более надёжно, что ли. Но нет, для всех это Топоры.

Сначала я подумал, что только эти ребята летают в Прорывы, получая известия о том, что попёрли монстры. Но нет, всё оказалось немного сложнее. Пояснения Вайта напоминали лекцию Селены Лор, только интереснее, и ругательств побольше.

Получалось, что обычно Прорывы, об активации которых узнавали маги-предсказатели, позволяли подготовиться к защите всем свободным игрокам. То есть, каждый имел право двинуться в рейд, чтобы пополнить запасы золота и опыта, основных ресурсов игрового сообщества.

Но бывали небольшие Прорывы, которые открывались либо внезапно, либо слишком быстро. Для таких случаев, когда времени собирать рейд не было, и существовали Топоры.

Бобр снова пожаловался, что Селена Лор не говорила об этом на уроках, и Вайт недовольно проворчал:

— А что о нас говорить-то? Топоры мы, и Топоры… Знаете, сколько шуток про нас?

Мы синхронно покачали головами, а вот Бобр грустно сказал:

— Ну да, батя говорил, что все Топоров тупыми считают.

— Потому что боятся, — Гендель поднял руки, — Вот моя любимая: «В Министерство Игроков снова поступила жалоба от «властелина мира с той стороны». Топоры опять перепутали часовые пояса, и уничтожили Прорыв за час до его открытия».

Вайт захохотал, а мы, улыбаясь, стали переглядываться.

Наконец, гном объяснил, чем занимаются Топоры. Это несколько групп, которые в полном облачении и составе дежурят круглыми сутками, ожидая сигнала от предсказателей или патрульных.

— То есть, вы вообще не спите? — удивилась Биби.

— Ну, почему же. Нам, главное, оказаться на месте минимум за тридцать минут, — тут гном с гордостью добавил, — Впрочем, моя группа укладывается за пятнадцать.

— Тридцать минут?! — удивился я, — А наш куратор говорил, что у Имперского Рейда норматив — три дня на подготовку.

— Так это имперский, они же на Древние Прорывы ходят, ну или на особо крупные. Те так быстро не открываются, — отмахнулся Вайт, потом чуть тише добавил, — К счастью.

— А что же такое Имперский Рейд? — спросил я.

— А ведь точно, — кивнул Бобр, — Императора у нас нет, как так получается-то?

Тут же влез Толя:

— Деревня, это традиция, оставшаяся с тех времён, когда на особо крупные прорывы королём собирался самый большой рейд. И туда набирались самые лучшие маги.

— В общем-то верно, — подтвердил гном, — Только теперь этим занимается Министерство, набирая топовых игроков в большом количестве.

— Получается, — задумчиво вырвалось у меня, — Что вы реагируете на мелкие Прорывы?

— Так их много открывается, в последнее время вообще зачастили, — кивнул Гендель.

— А если крупный откроется очень быстро? — не удержался Бобр, — Ну прям вообще, ну очень-очень быстро!

— А тебе батя не говорил?

Боря покачал головой, и Вайт грустно сказал:

— Топоры полетят задерживать, пока собирается большой рейд.

Что с более мелким отрядом может случиться в крупном прорыве, мы спрашивать не стали. Я всё же надеялся, что чаще всего Топоры летели туда не одной группой, и потом их тела успевали вытащить за те «злосчастные» двадцать минут.

— А твой батя, кстати, — тут уже Вайт обратился ко мне, — считал, что в группе должно быть семь членов, выживали бы лучше.

Я вспомнил, что читал это в книге о выдающихся игроках. Один из политических тезисов Чекана.

— Вот только Министерство его особо не слушало, — закончил гном, притормаживая перед очередной дверью.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Как оказалось, кабинет Вайта находился здесь же, в «Сито». Уж не знаю, какой это был этаж, таким запутанным был наш путь по бесконечным коридорам этой Бастилии.

Толкнув дверь с номером «117», Гендель широким жестом пригласил нас внутрь.

Занятно, но рабочее место этого гнома чем-то напоминало кабинет нашего Гномозеки. Те же полки по стенам, забитые всякой магической утварью, и широкий стол посередине, с кожаным креслом за ним. Не было только трона с россыпью золота вокруг, как у нашего ректора.

Гном прошёл за стол и, крякнув, плюхнулся в сиденье. Сначала мы видели только его глаза, но вот зашипел пневмопривод, и Гендель выехал вверх, приняв за столом положение человека с обычным ростом.

А с его белым костюмом вообще казалось, что нас принимает какой-то директор. Правда, очень бородатый. Да мы и вправду сгрудились перед столом, будто нас на ковёр вызвали.

Всё-таки золото было. На столе у Вайта стоял стеклянный шар, в котором словно были свалены мелкие сокровища. Потрясёшь его, и они перекатываются.

— Ну-с, крошки Батонские, начнём, — Гендель, сцепив ладони, вертел большими пальцами.

Воцарилось молчание, гном продолжал пилить меня взглядом. В какой-то момент до меня дошло, что время задавать вопросы пришло. И, как назло, опять все мысли в голове смешались в кучу.

— Это вас мой отец спас в Прорыве под академией?

Вопрос, конечно, звучал довольно глупо. Но надо же было с чего-то начать.

— Да, действительно так, — усмехнулся Гендель, — Ну, можно конечно и покумекать, кто кого спас…

— То есть?

— Ну, а как тебе всё рассказали?

Мне пришлось выдать ту версию, которую удалось узнать. Про то, что Чекан со своей нубской группой спустились в Прорыв, и как раз вовремя. Имперский рейд как раз полностью упал, выжил только один целитель, да и тот не успел убежать от разъярённого моба, который кинулся вдогонку.

И что Чекан с группой добили монстра, потом воскресили целителя, и тот сумел поднять свой рейд, успев за те самые двадцать минут. А ситуация была реально опасная, и если бы не подвиг моего отца, то общество игроков потеряло бы своих самых сильных магов.

— Похоже, похоже, — Гендель пригладил бороду, — С маленькими поправками.

Гном показал пальцами, насколько маленькими. Потом добавил, что Чекан всё же не добил того моба, а, скажем так, пожертвовал группой.

— Твой батя… кхм… то есть, отец, — Вайт кивнул, — Он ведь сразу мне прошаренным показался. Ничего, что я так с вами, ну, по-простому?

Мы все разом покачали головами. Конечно, деловой вид Генделя слегка не вязался с тем, какими эпитетами он скрашивал свою речь. Но сейчас мне это было не важно.

Это дело преподавателей, быть с нами, бывшими нюбсами, на одной волне. А такие игроки, как Вайт, каждый день варятся совсем в другой каше, и маскировочный сленг для них становится как родной.

— Он же тиму свою, считай, мобу на съедение кинул, — с ходу начал Вайт.

— Неправда, — вырвалось у меня, но гном сразу шикнул:

— Дослушай сначала, — он чуть стукнул по столу, — Ну, а что нубы могли сделать? Такие же новички, как вы, профы ещё нет, только от системы висит рекомендашка.

— Рекомендашка? — переспросил я.

Гном поморщился:

— Ты ж там вроде ремеслей будешь?

— Да, земледельцем.

— А, огородник, значит. Ну, ведь всегда есть шанс, что можно другую профу выбрать. Ну, там, станешь плотником, или ещё кем…

— Разбойником, — кивнул я.

— Ну не, — гном покачал головой, отмахнулся, — Это неродственная профа, тебе что по классу поближе.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— А у Герыча взлом есть, — похвалился за меня Бобр.

Вайт слегка склонил голову, с интересом глянул на меня:

— Двухскилловый, получается?

Вот не знаю почему, но мне этот взгляд чем-то не понравился. А Гендель, не дождавшись от меня ответа, продолжил: