Котт в сапогах - Сергей Юрьевич Ковалев

Мордаун еще не успел отправить в дальние края. Многие рыдали от счастья — уж не знаю, искреннего или притворного, — и падали на пол, пытаясь облобызать пыльные башмаки короля. Заметив нашу компанию, Хилобок не без труда выбрался из толпы придворных и устремился к нам с распростертыми объятиями.

— Дорогой мой! Я так обязан вам!‥

— Ну что вы… — начал было я скромно, но Хилобок почему-то обнял Андрэ. — Дорогой маркиз, вы удивительный человек! В одиночку победить такого могущественного мага, как Мордаун, настоящий подвиг!

Я услышал, как Коллет прыснула в кулак от смеха, и исподтишка продемонстрировал ей выпущенные когти. Бог с ней — со славой! Пусть Андрэ считают настоящим победителем мага, тем более что, не подоспей он вовремя, наша победа вполне могла стать пирровой — как минимум для меня. Да и к чему мне слава? Я всегда предпочитал ей наличные. А парню пригодится — если он всерьез увлекся принцессой… А, кстати!

— Ваше величество, а где же принцесса?

— Ох! Я совсем забыл! — поник король. — Доченька, кажется, не может больше сопротивляться природе! Она все еще держится, но все больше и больше времени проводит во сне. Боюсь, она вот-вот погрузится в спячку до весны! Да! Вы схватили Мордауна? Надо заставить его немедленно расколдовать Анну!

— Не извольте беспокоиться — Мордаун схвачен. Но вообще-то он нам не нужен. — Я указал на Коллет. — Эта девушка превосходит его в мастерстве магии и сможет расколдовать и принцессу, и меня. Иезус Мария, как же я устал быть котом!

— Тогда не будем терять время! — оживился Хилобок. — Идемте в кабинет мага — там наверняка есть все необходимое…

— Мне на самом деле ничего не нужно, — пожала плечами Коллет. — Противоядие у меня с собой. Но нам действительно лучше найти укромное место — не забудьте, что принцесса вернется в свое естественное состояние в костюме Евы. Уверена, она не обрадуется, обнаружив вокруг толпу пялящихся на нее вельмож.

— Да-да, вы абсолютно правы, уважаемая мэтресса! Немедленно идем в кабинет мэтра Мордауна… э-э-э, бывший кабинет бывшего мэтра Мордауна.

Что-то тревожно шевельнулось у меня в душе, но я так торопился вернуть себе человеческое обличье, что не обратил на эту тревогу внимания. Мы все вместе — то есть король, я, Коллет и Андре — проследовали в башню. Почти тут же прибежал паж с большой коробкой. Хилобок дрожащими руками снял крышку, на глазах у короля блеснули слезы:

— Доченька… Ты слышишь меня?

— Папенька, ну зачем вы меня разбудили? Мне снился такой прекрасный сон! — Лягушка встала, опираясь передними лапками о край коробки, и зевнула. — Простите… Bay! Узнаю кабинет! Неужели мы победили?

— Да, дочка! И все благодаря маркизу!

— Я не сомневалась, что такой выдающийся мужчина сумеет вернуть нам трон. — Тут лягушка вздрогнула. — Но если вы его убили, это значит…

— Нет-нет, его не убили, но это неважно! — поспешила успокоить ее Коллет. — Помните меня? Я была ученицей Моргана, пока мне не пришлось бежать. Ну да это тоже неважно. Главное — у меня есть средство, которое снимет чары.

— Наконец-то! Давай же его быстрее…

— Не так быстро. Всем стоять!

Я обернулся, уже догадываясь, что увижу. У дверей стоял Бык. И без того уродливое, его лицо после знакомства с кулаками Андрэ было похоже на гнилую тыкву, а заплывшие синяками глазки светились такой ненавистью, что меня передернуло. На плече громилы умостилась крыса — мэтр Мордаун. А за спиной мялся Жак Кошон.

— Жак… Это ты развязал Быка? — потрясенно выдохнула Коллет. — Зачем?!

— «Зачем?», «зачем?»… А надо! Вы все герои. Все получите за это награды. Этот амбал уже стал рыцарем, а теперь получит должность при дворе. Кот вернет человеческий облик, да и Андрэ ему протекцию составит. Ты небось рассчитывала на должность придворного мага? Я угадал… А я? — Жак развел руками. — Я опять не у дел. И скажу вам так: про меня всегда забывают, а зря забывают, я вам скажу! Вот опять забыли, а мэтр Мордаун объяснил, что про меня забудут, а он наградит — хорошо про это объяснил, так что я им решил служить…

— Мерзавка! — перебил Жака маг. Я заметил, что веко у него задергалось, и сжался, приготовившись прыгнуть куда-нибудь под кровать. — Дрянь! Предательница!

— Я?! — Коллет сжала кулачки, и мне показалось, что она сейчас набросится на бывшего господина, невзирая на Быка. — Я — предательница?! Это ты меня предал, мерзкая крыса!

— Не смей меня называть крысой! — завизжал Мордаун и выбросил вперед лапку.

Одновременно с этим произошло несколько событий. Андрэ прыгнул на Быка, занеся над головой массивное резное кресло. Хилобок обхватил руками коробку с принцессой-лягушкой и повернулся к магу спиной. Паж проявил неожиданное здравомыслие и нырнул под стол. Коллет растерянно застыла, сжимая в руках фляжку с зельем. А я почему-то прыгнул не под кровать, как собирался, а навстречу воздушному «водовороту». Я хотел бы сказать, что понял — если заклятие попадет в Коллет, то неизвестно, куда ее забросит и вернется ли она когда-нибудь, а значит, мы с принцессой обречены остаться животными. Или что я решил проявить благородство и спасти девушку. Увы, это не так. Все произошло слишком быстро, чтобы успеть так здраво и логично разложить все по полочкам. Так что я до сих пор толком не знаю, почему так поступил. Просто прыгнул — и все.

Меня закрутило в магическом урагане, чуть не вывернуло наизнанку, потом куда-то стремительно понесло и с размаху впечатало в холодную жидкую грязь. Малоприятное ощущение, должен сказать. Побарахтавшись, я выбрался из лужи, нервно встряхнулся и огляделся.

Прямо передо мной высились две башни — то ли недостроенные, то ли начавшие разваливаться. Вместо ворот наличествовала примитивная конструкция из оглобли, пары блоков и веревки. Стражник запойной наружности поднял ее, пропуская очередного торговца в город.

— Иезус Мария! — пробормотал я, не веря собственным глазам.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ,

в которой повествуется о том, как благородный Конрад фон Котт встретился со старыми друзьями и какая неожиданность поджидала его на постоялом дворе

Нет, конечно, могло быть и хуже. Гораздо хуже! Чокнутый колдун мог запросто отправить меня и в какую-нибудь африканскую пустыню, где от жары плавится песок, или в далекую Московию, про которую рассказывают, будто там в самые жаркие летние дни птицы замерзают на лету. А я всего лишь оказался в исходном пункте своего путешествия — в Либерхоффе. Всего-то в трех неделях пути от столицы, от Коллет и ее зелья. В трех неделях пути — если скакать на коне. И