Тимур Хорев - История Азерота

И Артас взмахнул мечом.

Потом он подошел к склепу Кел-Тузада, распахнул пинком каменную дверь, склонился над кучей костей и прошептал:

— Эй, кто-нибудь дома?

Кости молчали во тьме.

— Я спрашиваю, эй, кто-нибудь дома? — спросил принц чуть громче.

— И незачем так орать, я и в первый раз тебя прекрасно слышал! — раздался над его ухом голос. — Я в тебе не ошибся.

— Кел-Тузад? Нельзя же так пугать! У меня душа в пятки... То есть меня чуть инфаркт не... В общем, нельзя так.

Выразив недовольство, Артас отбросил могильный камень и начал осторожно сгребать кости в совочек, приговаривая: «Снимите шляпы, обнажите головы — сейчас состоится вынос тела».

— Тебя только за смертью посылать! — раздался другой голос над другим ухом, и принц чуть снова не рассыпал Кел-Тузада.

— Тихондрий? — воскликнул принц. — И ты туда же?

— Останки Кел-Тузада сильно разложились, — озабоченно сказал Тихондрий, угрызая кончик карандаша. — Я бы сказал, в катафалке им ни за что не доехать до Кель-Таласа.

— До какого Кел-Таласа? — закричал принц, хватаясь за голову. — Причем здесь Кель-Талас? Почему я всегда все последний узнаю?

— Помолчи, Артас, мы тут важные вопросы решаем, — отмахнулся демон.

— Да, дельце непростое, — молвил призрачный голос Кел-Тузада. — Разве ж Плеть гроб приличный сколотит, туды ее в качель? Впрочем, тут в двух шагах есть фамильный склеп Менетилов, а там — королевская урна, с кистями, с глазетом! Я слышал, очень удобная штука, особенно для дальних переездов.

— Что еще за королевская урна?

— Заткнись, Артас, ты не в теме, — снова отмахнулся Тихондрий и задумался.

Наконец, он принял решение.

— Слушай, принц, — начал он. — Только в Кель-Таласе, энергетической столице эльфов, мы сможем обличить Кел-Тузада, то бишь воскресить его в виде лича. Но чтобы его останки туда добрались, их надо ссыпать в королевскую урну, которую ты найдешь на территории Серебряной Длани. Места эти ты знаешь, так что вперед!

— Так бы сразу и сказал. Сделаем в лучшем виде, — кивнул Артас и направился к кобыле.

На мосту, ведущему в земли Серебряной Длани, дорогу принцу заступил паладин Мудр Правдоносец и поднял молот.

— Ты сделал посмешище из ордена! — громко объявил он. — Зря Утер принял тебя в паладины! Ты опозорил и себя, и его!

— Таковы суровые законы не-жизни, — отвечал Артас. — Или, короче выражаясь, не-жизнь диктует нам свои суровые законы.

— Моя бы воля, тебя бы и на пушечный выстрел к паладинам не подпустили! — продолжал Мудр. — Ты бы у меня даже испытательный срок не выходил, скотина!

— Нам грубиянов не надо, — молвил Артас, вынимая Ледяную Скорбь. — Мы и сами грубияны. Уйди с дороги, доблестный рыцарь, по-хорошему прошу. А не то я покажу тебе проклятие троллей.

— Ты. Не. Пройдешь! — отчеканил Мудр и скрестил оружие с принцем.

Мощный удар рунного меча отсек паладину руку.

— Отойди же теперь, достойный противник! — сказал Артас, опуская меч.

— Это всего лишь царапина! — огрызнулся паладин и вновь воздел молот.

— Царапина? Да я тебе руку отрубил!

Мудр Правдоносец с сомнением посмотрел на лежащую на земле руку.

— Бывало и хуже, — сказал он наконец.

И вновь закипел бой.

Всю дорогу до гробницы принц пребывал в мрачном состоянии духа, про себя называя паладинов не иначе как «чертовыми фанатиками». За поворотом он увидел стены белокаменных усыпальниц и стоящего подле них Утера в сопровождении нескольких перепуганных паладинов.

— Ты? — не выдержал Артас.

— Вот, где ты мне попался, рыбий глаз! — произнес Утер Светоносец. — Путешествие твое на север было маленькой неудачей для одного человека, но огромным провалом для страны. Твой отец правил этими землями полвека, а ты обратил их в прах за пару дней.

— Я был не один, а с товарищами, — напомнил Артас, спешиваясь. — И потом, дурное дело нехитрое. Отдай мне урну по-хорошему, а то мне бумажки некуда бросать.

— Это не просто урна! Это хранилище останков Теренаса Второго! — прорычал Утер. — Неужели ты хочешь осквернить прах своего отца?

— Значит, заодно и зубы почищу. Хватит театральности, давай ее сюда.

— Напрасно ты встал на сторону тьмы, — сокрушенно сказал паладин. — А ведь так все хорошо начиналось: доблестный принц, сильное королевство, маленькая победоносная война и как следствие — всплеск рождаемости и экономический рост.

— Утер, ты же знаешь — я готов слушать тебя всю свою биографию, — сказал принц с нетерпением. — Но если ты не отдашь мне урну прямо сейчас, то я возьму ее через твой труп.

— Ты убил короля и собираешься посягнуть на него прах, — сказал Утер. — Теперь-то я могу поднять на тебя руку.

— Технически я теперь король, — ответил принц, но Утера это не убедило.

Бой закипел. Победила молодость.

— Я славно пожил и знаю счастье, — прохрипел Утер Светоносец. — Я видел Свет, и ты не увидишь его так близко. А ты, бедняга...

— Конец все равно один, все в землю лягут. Но некоторые вернутся. Хочешь вернуться? Могу устроить по знакомству.

— В аду по тебе уже черти соскучились, — прошептал Утер.

— Да и черт с ними, пусть скучают, — сказал Артас, вытирая рунный клинок ветошью. — Я решил жить вечно. Пока все идет хорошо.

Раскрыв урну, Артас высыпал отца на землю и весь измазался в нем, когда порыв ветра бросил пепел на принца. Взяв мешок, в котором гремели кости Кел-Тузада, принц осторожно сгрузил останки некроманта в освободившуюся урну.

— Удобно? — спросил он, осторожно прикрывая кости крышкой.

— Если не считать въевшегося в стены запаха паленых монархов, то вполне терпимо, — ответил призрачный голос Кел-Тузада.

Крылатый демон вновь вышел из воздуха, радостно помахивая записной книжкой.

— Ты отлично справился, — сказал он. — Твоя следующая остановка — Кель-Талас! Не мешкай.

«Если слышишь меня, не подавай вида», — раздался в ушах принца шепот Кел-Тузада. — «Демонам нельзя доверять. Они жалкие, ничтожные личности. Думаешь, они друзья Короля-Лича? Как бы не так. Они его тюремщики! Хочешь знать больше — воплоти меня обратно в жизнь!»

В глубинах Круговерти Пустоты, среди лавовых озер, пылающих обелисков и шипастых факелов, демоны, крылатые повелители ужаса, собрались на планерку. Тихондрий, как всегда, опаздывал.

Когда же он наконец телепортировался в президиум, председатель Анеферон грозно посмотрел на него и спросил у секретаря:

— Теперь-то все явились?

— Все, — кивнул тот.

— Ну так начнем помаленьку, если все.

Анеферон откашлялся, расправил крылья, поправил очки и объявил:

— На повестке дня — прогресс Чумы Плети. Думаем, нашему дежурному по делам Плети Тихондрию есть что рассказать, тем более что Архимонд давно ждет рапортов.

Тихондрий пожал крыльями:

— У нас в Азероте все хорошо. Я бы даже сказал, слишком хорошо. Принц в прекрасной форме. Король-Лич на него не нарадуется.

Демоны переглянулись и довольно закивали.

— Однако, — продолжал Тихондрий. — Возможно, у Короля-Лича есть и другие, тайные планы на принца. Можете меня назвать параноиком, но такие сногсшибательные успехи мне как-то подозрительны.

— Тихондрий, ты параноик, — сказал почетный член президиума Мефистоф. — Принц имеет значение только в краткосрочной перспективе. А Нер-Зул не осмелится копать под нас сейчас.

— Это верно, — подтвердил председатель Анеферон. — Нер-Зул у нас в ежовых рукавицах. Да и что он сделает в своей ледышке? Так что дай ему карт-бланш. Главное сейчас для нас — победа Плети. Не будет ее — Архимонд с нас головы снимет. А лично мне моя голова дорога как память.

— Так тому и быть, — кивнул Тихондрий. — Но за Королем-Личом я все-таки буду приглядывать. Если что, клянусь своим хвостом, мы и его, и его тухлую армию в бараний рог согнем.

— Головой отвечаешь, так что уж расстарайся, — сказал председатель. — На этом собрание объявляю закрытым.

Путь в вечное королевство

Ровно неделю спустя Артас уже стоял перед вратами, ведущими в эльфийские земли, Кель-Талас. Меч и кости Кел-Тузада по привычке что-то бормотали за пазухой, но принц их не слушал, разглядывая намертво запечатанный вход.

За его спиной волновалась и от этого воняла сильнее обычного армия Плети — толпы сутулых упырей, медленно ковыляющие отряды зомби, скрипящие труповозки и возвышающиеся там и сям поганища. На правом фланге нетерпеливо перебирали лапами пауки-нерубы, а в воздухе парили горгульи.

— Какие идеи, принц? — повысил голос из-под крышки урны Кел-Тузад.

— Думаю, самым вежливым было бы постучать, — сказал принц.