Ольга Мяхар - Дневник мага

А там во главе стола сидит довольный Кощей и сообщает, что тоже хочет на море.

(Цензура.)

Пятница

Кощей смотрит на матрас, валяющийся на полу второй комнаты. Сказал ему, что это — его персональное спальное место. Лезет с протестами. Тычу пальцем в уже сидящих на своих полках гнома и эльфа. (Принц спит на полу в основной комнате. Нижняя полка для меня и Нильс. Верхняя — для Чай.)

Бурные переговоры за стеной. Нильс переносит в дом вещи, принц помогает, я — пытаюсь вспомнить, как всем этим управлять.

Прибежал король, сказал: если принц потеряет хотя бы волос — я потеряю все остальное.

Бурно рад, так сказать. Сын и папа трогательно прощаются. Я с недовольной мордой лица сижу в углу, пока все носятся со шмотками, перегружая и без того не железный дом.

На полу — шкуры. Их надо выбить. На стенах — занавески — постирать. А точнее, заменить. Дел — по горло. И меня временно вообще выставили наружу, попросив не путаться под ногами. А снаружи собралась толпа из стражи, придворных и челяди, обсуждающей — может ли передвигаться мое творение, и если да, то сколько конкретно метров.

Ушел на дворцовую кухню, прихватив с собой Пупса. Я обижен. Все.

Меня нашли, вернули. Попросили трогаться. Все сидят за столом и смотрят на «великого и ужасного». Кота я бережно положил на стул. Распухший от переедания Пупс на окружающих не реагировал, изредка издавал странные звуки и запахи.

Чешу затылок, хмурюсь. Мы трогаемся. Снаружи — крики и улюлюканье. Видимо, тронулись не туда.

Выглядываю в окно, срочно торможу конструкцию, бодро шагающую прямо в… стену. Эх…

Теперь шагаем в нужную сторону. Выходим за ворота, проходим по улицам. Горожане расступаются, хлопают глазами, тыкают пальцами.

Выехали из ворот. Лес. Какое счастье.

Все, я устал и отправляюсь в комнату этих троих. Остальные — пусть творят что хотят. Я недоспал и очень не советую меня будить в ближайшие часы.

Пупса взял с собой. Кот не возражал.

(Далее идут отрывочные записи о путешествии, не обозначенные днями и временем. — Примеч. автора дневника.)

Кощей собирает букет.

Принц бегает по травке.

Гном сражается с эльфом. Идиоты.

Ура, на ужин суп. Я первый.

Кто нассал в обувь гному? Расцелую.

Какое сегодня число? А где река Быстрая? Болото я и сам вижу. Река где? Этот компас сломан. Виноват… принц!

Так… а куда ехать? Гном что, самый умный? Ну и ладно. Потом не возмущайтесь.

…

Хм… и впрямь река. Ладно. Мне все равно, я есть хочу.

Дождь. Опять дождь. А лапа избушки застряла в яме. А достают ее гном, эльф и принц. А я сижу дома, пью чай с плюшками.

Хорошо.

Еще бы и молнией попасть в каждого. Пока промахиваюсь.

Я не зверь. Просто забодали. Один из туалета по три часа не выходит. Второй всю ночь жрет мои пирожки, припасенные наутро. А третий интересуется, сплю ли я, когда я как раз пытаюсь заняться кое-чем с женой, после чего просит избавить от приступа радикулита!!!

О, попал в Кощея. Разрядом. Хорошо…

…

Лапу вытащили. Все еще дымясь, вошли в дом. Уделали меня.

Очнулся через три дня. Жаль, избушка может идти на автопилоте.

Пустите меня в ванную! Мне надо! Мне очень… Твою маха, у тебя там понос или запор? Если второе, считай, что помощь близка.

Был понос? М-да. А щас чего? Жестокий понос? Да не ори ты, ща вспомню, как его остановить.

Вопли переходят в вой со всхлипами, сквозь которые меня обещают убить, одновременно упрашивая помочь.

Помог.

Тишина. Так чего там?

Дверь открылась, гном выполз на четвереньках, сказав, что он там немного напачкал. Заглядываю в ванную, челюсть отвисает.

Мыться уже как-то не хочется.

Гад.

Где мой носок? Какая зараза?! А, он у тебя. Да нет, Чай, это я так… просто. Можешь играть в куклы и дальше. Да, шапка из носка обалденная. Софии очень идет. Хм… зря я на эльфа подумал. Теперь вон сидит и уже третий час пытается отскрести свои носки от ступней. А я что? А я ничего. Это они от пота… прилипли. Угу.

И ведь никто не ценит. Никто не любит. Никто не понимает, что я тут всех везу… за свой счет… на море! А они… а они жрут, забыв, что я ушел за дровами. Стою мокрый (там дождь), обиженный, с бревном под мышкой. Еще горка у порога. Мне предлагают присоединиться.

Выхожу наружу, хлопаю дверью. Обижен.

…

Затаскивают в дом. Сажают, суют в рот ложку супа, продолжают травить байки.

Хм… ладно, я вон тоже знаю одну неплохую.

Сказка о колобке (в переделанном варианте):

— Жили-были старик со старухой. Однажды старуха испекла ком теста, а у него появились глаза, рот и… все остальное. Сказал, что он — их сын. И полез целоваться.

(Все в шоке. Нильс намекает, что Чай такое на ночь слушать не стоит. Кощей разглядывает булочку, что-то прикидывая. Кот спит на подоконнике, к которому примыкает стол.)

— Но старик не растерялся и выкинул колобка за дверь. И покатился наш герой в лес. Очень страдая.

В лесу ему встретился заяц. Попытался съесть пирожок, но колобок улыбнулся ему, хлопнул глазками, и заяц скончался от разрыва сердца. А хмурый колобок покатился дальше.

Катится он, катится, а навстречу ему — волк. Волк радостно облизнулся и открыл было пасть, но колобок громко завизжал, вцепился ему в нос и холодно посмотрел прямо в желтые, навыкате, глаза.

Серый не пережил реалий мира, понял, что кусающиеся злобные булки — это абзац всему, кое-как сбросил колобка и рванул в лес, мечтая о нормальном ужине. Наткнулся на дохлого зайца, от которого пахло тестом. Понял, что вовремя смотался и унес тушку в логово, мечтая больше никогда не встречаться с ожившими колобками.

(Принц икнул. Гном вздохнул и зачем-то похлопал по плечу все еще разглядывающего булку Кощея. Чай смотрела на меня во все глаза, слушая необычную сказку. Кхм. Продолжим.)

— Дальше колобок никуда не катился, а просто стоял на месте и переживал. Но тут вышла из кустов лиса, облизнулась и схомячила его, не заметив, что колобок — живое мыслящее существо с глазами и ртом.

(Чай вздрогнула и захлопала веками. Ребенок явно не понял такого конца. Нильс помешивала сок, хмурясь. Все чего-то ждали.)

— Э-э… но справедливость восторжествовала! И колобок вышел естественным путем уже через пять секунд и покатился дальше.

— А лиса-а… — ошарашенно протянул гном, сжимая плечо скривившегося Кощея. Бледный принц молчал, мысленно представив весь ужас картины. Чай радостно улыбалась, веря, что все выжили.

— …а лиса выжила. И даже поползла дальше, тоже мечтая больше никогда не видеть колобков.

Чай спросила, появились ли потом у колобка друзья, или все так и мечтали всю жизнь больше его не видеть.

Подумав, согласился, что у героя появилось много друзей: рогалик, булочка с повидлом и батон. Всех их выгнали из дома, как и колобка, из-за наличия разума и глаз. Колобок организовал банду, женился на булочке и еще долго терроризировал лес на пару с рогаликом.

Чай улыбнулась, и Нильс срочно погнала всех спать, спеша умыть и уложить ребенка и раздав ценные указания — кому убирать со стола, а кому просто выйти и не путаться под ногами.

В итоге боковая комната стала моей, Чай и Нильс. Какая ирония. Просто можно было уложить там ребенка пораньше и не волноваться, что ее разбудят не спящие допоздна дяди.

Я кой-че усовершенствовал. Все стало не так плохо. Матрас Кощея вытащил в главную комнату. Спал он там же.

Темно. Ночь. Избушка покачивается, ветки скребут по стенам и тычутся в окна. Укачивает. Ну и что. Все давно привыкли.

Среда

Море. Ура. Все. Приехали. Никого. Песчаный пляж. Установили избушку. Временно сняли ее ноги и поставили на берег.

Меня не трогать. Я устал.

Сидя на берегу, потягиваю коктейль, приготовленный Нильс, и смотрю в голубую даль. Или какая там она? Солнце палит нещадно. Лето уже заканчивается, но все еще жарко.

Странно, но только вернувшись домой, я понял, что отсутствовал больше полугода. Нильс сказала, что уже и не надеялась. Да и сейчас иногда еще плачет в подушку и обнимает меня даже чересчур крепко во сне.

Глупо, знаю. Стараюсь вести себя как ни в чем не бывало. А в голову нет-нет, да и залезет дурацкая мысль: а кто еще может вот так, запросто, прийти и вытащить меня из домашнего уюта в другой мир, к чужим людям, с очередной целью, которая не имеет ко мне ни малейшего отношения. Да, я не идеал. И до других миров и миллионов существ в них мне дела нет. Гораздо важнее для меня моя семья и мои друзья. Дочь. Жена. Принц… Да и остальных в обиду не дам. А спасать целый мир, в котором тебя никто не держит… глупо, странно и непривычно. Анрел бы меня укорил и объяснил, что все твари равны и требуют одинаковой заботы. Возможно. Но, надеюсь, не моей заботы. Ибо я тоже тварь, как это ни печально.