Крэг Гарднер - Плохой день для Али-Бабы

— ЧТО ТЫ ИМЕЕШЬ В ВИДУ? А ЧТО Я ДОЛЖНА БЫЛА СДЕЛАТЬ? — проворчала пещера у нее под ногами.

Касим старался поближе подобраться к перерубленной шее с помощью языка и зубов. Тело, однако, этого совершенно не хотело и принялось дергать плечами, пытаясь стряхнуть непрошенного гостя. Касим издал новую серию мычаний, приглушенных одеждой, на этот раз, возможно, говоря: «Это труднее, чем я думал!»

— Ты коллекционируешь золото и женщин, — продолжала Марджана, обращаясь к пещере, — и не желаешь слушать ничего, кроме развлекательных историй. Судя по тому, что мне известно о твоей жизни, твой главный враг — скука.

— ГИБКОСТЬ — НЕ САМАЯ ХАРАКТЕРНАЯ ДЛЯ ПЕЩЕР ЧЕРТА, — признала Мордраг. — ЧЕГО ВЫ ОТ МЕНЯ ХОТИТЕ, ПОКА Я НЕ УБИЛА ВАС ВСЕХ И НЕ НАЧАЛА ВСЕ СНАЧАЛА С НОВОЙ ГРУППОЙ?

Тело, которое оседлал Касим, теперь пыталось ткнуть голову саблей, делая это весьма неуклюже, поскольку у него не было глаз, чтобы направлять движения. Касим снова издал серию абсолютно нечленораздельных звуков, хотя, возможно, это означало: «Снимите меня отсюда!»

— Ты же вечно ищешь приключений, — пояснила Марджана. — Вместо того чтобы пытаться остановить нас, почему бы не позволить событиям идти своим чередом, чтобы насладиться всей их полнотой?

— ЖЕНЩИНА, НА ДАННЫЙ МОМЕНТ ТЫ УБЕДИЛА МЕНЯ, — признала Мордраг. — НО ПОМНИ, ПОСКОЛЬКУ ПЕЩЕРЫ ОБЫЧНО НЕ ОТЛИЧАЮТСЯ РАЗГОВОРЧИВОСТЬЮ, У НАС НЕ ВЫРАБОТАЛАСЬ ПРИВЫЧКА ДЕРЖАТЬ СЛОВО.

И тут же двенадцать тел попадали наземь. Касим с визгом покатился прочь. Отдышавшись, он провозгласил:

— По крайней мере все, что я делаю, я делаю достойно.

Али-Баба подхватил голову и снова засунул в мешок, пока Касим не успел продолжить тираду.

— И чего ты теперь от нас ждешь? — отважно спросила Марджана у пещеры.

Сейчас, когда тела больше не угрожали им, Ахмед снова занял свое место возле нее и смотрел на девушку с искренним восхищением.

— НЕ ОДНИ ВЫ БРОДИТЕ ПО ЭТИМ ПРОХОДАМ. ПОЧЕМУ БЫ НЕ ОТПРАВИТЬСЯ НАВСТРЕЧУ ВАШЕМУ ПРИКЛЮЧЕНИЮ? — Пещера хихикнула — тот самый звук, который слышат Али-Баба в самый первый раз, когда обнаружил бесценный клад. — АХ ДА. СЕЗАМ, ОТКРОЙСЯ!

И тут же очередная каменная плита обрушилась на еще слегка подергивающиеся тела безголовых воинов. Синдбад, стоявший ближе всех к упавшей плите, опасливо выглянул наружу.

— Похоже, это тот самый коридор, по которому мы пришли. Хотя как можно достоверно отличить одну пещеру от другой — это выше моего понимания.

— СТУПАЙТЕ ПО СВОИМ СЛЕДАМ, — велела Мордраг, — И ВСТРЕТИТЕ СВОЕ ПРИКЛЮЧЕНИЕ.

Али-Баба решил, что снова пойдет во главе отряда. Он опустил взгляд на гладкий кусочек гранита у себя в руке.

— Готов ли ты к этому, о наш хранитель?

— Я подозреваю, что происходящее куда масштабнее, чем то, с чем я привык иметь дело, — несколько неуверенно ответил камень. — Опять-таки то, с чем я привык иметь дело, обычно сидит на одном и том же месте тысячелетиями, придавленное силой тяжести. Я сделаю, что смогу.

Остальные последовали за дровосеком в проход, вновь зажигая факелы, чтобы разогнать тьму. В конце короткого коридора снова обнаружились ступени, ведущие наверх.

— Полезем? — спросил Али-Баба у тех, кто шел за ним.

— ТОЛЬКО ПОСЛЕ ВАС, — заполнил все вокруг рокочущий голос Мордраг.

Они начали карабкаться по ступеням. Но лестница оказалась короткой, за ней последовал другой коридор, который круто уходил влево, и там обнаружилась еще одна лестница. Короче говоря, дорога наверх была совсем не похожа на тот путь вниз, что запомнил Али-Баба.

— Может быть, пещера играет с нами? — спросил он вслух.

— МОЖЕТ БЫТЬ, — прогремел голос Мордраг со стен, пола и потолка.

— Тебе обязательно забавляться с нами именно так? — спросил Аладдин. — Ты когда-нибудь позволишь нам уйти?

— ЕСЛИ БЫ Я ОТКРЫЛА ВАМ ЭТО, СИТУАЦИЯ УТРАТИЛА БЫ ВСЮ ОСТРОТУ НЕИЗВЕСТНОСТИ. ВОТ ЧТО Я ВАМ СКАЖУ. Я ВПОЛНЕ СОГЛАСНА С ЮНОЙ МАРДЖАНОЙ. ИЗ ЭТОГО МОЖЕТ ВЫЙТИ НАСТОЯЩАЯ ДРАМА.

В этот миг Али-Баба даже не знал, помогло им заступничество его юной служанки или навредило.

Ступеньки внезапно закончились, сменившись очередным коридором, уходящим, похоже, гораздо дальше, чем можно было разглядеть в свете факелов.

— Где мы? — спросил Ахмед у тех, кто был рядом с ним.

Но никто не имел ни малейшего понятия.

— Мы потерялись навеки! — запричитал Касим.

— Ты всегда был слабохарактерным, — заметила его жена.

Однако Али-Баба уже начинал немного представлять, как все устроено в волшебной пещере.

— Похоже, для того, кто позитивно настроен, надежда есть, — сказал он остальным. — Коридоры и нижняя пещера появлялись перед нами тогда, когда я задавал вопросы или принимал решения. Значит, теперь я должен принять решение.

Он чувствовал себя немного глупо, пытаясь проделать это там, где не было и намека на какой бы то ни было проход. Но почему бы и нет? Ведь раньше-то получалось.

— Эй, — воскликнул он поэтому. — Сезам, откройся!

Трое евнухов взвизгнули, ибо под ногами у них открылся люк.

— Куда они подевались? — поинтересовался Гарун, светя факелом во вновь образовавшееся отверстие. — По-моему, я вижу… золото!

— Значит, это другой вход в сокровищницу? — спросил Ахмед.

— Должно быть, так! — подтвердил Синдбад. — И волшебная лампа тоже там.

— Мне кажется, — сказал Аладдин собравшимся вокруг него, — что нам пора последовать за нашими собратьями. — И с этими словами он спрыгнул в открывшийся лаз.

Что оставалось Али-Бабе, как не отправиться следом?

Глава тридцать вторая,

в которой в пещере оказывается полно не только золота

Падение было недолгим. Али-Баба и остальные с оглушительным звоном шлепнулись на груды золотых монет.

— Берегитесь! — подали голос евнухи откуда-то рядом. — Мы не одни в этой сокровищнице.

— Значит, маг и наш главарь опередили нас! — догадался Синдбад. — Аладдин, живо! Пока они не нашли лампу! Ты должен воспользоваться кольцом и моли Небо, чтобы джинн уже достаточно отдохнул!

С этим, во всяком случае, Аладдин согласился и поспешно потер кольцо. На этот раз появилось приемлемое количество багрового дыма, который достаточно быстро развеялся, являя взглядам обсидианового джинна. Глаза существа ярко горели в тусклом свете этого дальнего закутка сокровищницы. Джинн открыл свой страшный рот и произнес следующее:

О да, я раб кольца, и хоть устал безмерно,Тебе в любой беде готов служить я верно.Чего изволишь, хозяин, чего изволишь?

— Где-то в этой сокровищнице, — пояснил Аладдин, — находится лампа, в которой обитает твой сородич. Отыщи эту лампу и принеси ее сюда!

Но на этот раз джинн заколебался.

— Я не уверен, что могу сделать это, о хозяин. Мы, сверхъестественные существа, подчиняемся строжайшим правилам и исповедуем отказ от конкуренции и вмешательства. Джинны — существа крупные и обособленные, любящие уединение.

— Может, — разумно предложил Ахмед, — погасим сперва эти все еще горящие факелы? Кажется, там, в главном зале, света хватает, и я думаю, нам следует скрывать наше присутствие здесь как можно дольше.

«Правильно», — подумал Али-Баба. Хотя они провалились в помещение очень внушительных размеров, настолько набитое золотыми монетами, что ноги дровосека по колено ушли в груды золота и все равно не достали пола, похоже, это было всего лишь преддверие главного зала, где хранились сокровища. Через большую арку дверей, ведущих туда, Али-Баба мог разглядеть отблески дрожащего света факелов, без сомнения тех же самых, которые он видел, когда в первый раз нашел сокровище. Это было всего несколько дней назад, хотя ему казалось, что с тех пор прошла целая жизнь.

Али-Баба почувствовал, как две мягких, но сильных руки сжали его руку.

— В этом закутке так темно без огня факелов, — хрипло сказала ему на ухо жена Касима. — Какое счастье, что есть надежная рука, чтобы защитить меня!

— Мне очень жаль разочаровывать тебя, о жена, — встряла голова Касима, висящая в мешке на плече у дровосека. — Но мне сдается, что мои руки находятся в двух разных мешках.

Гарун с усилием передвигал увязшие в монетах ноги, и каждое его движение сопровождалось оглушительным звоном золота.

— Не представляю, — проворчал он, — как мы можем скрытно приблизиться к кому бы то ни было, идя по этой трясине?

— Хорошо, — сказал Аладдин. — О джинн кольца!

Громадный черный дух кивнул:

— Слушаю и повинуюсь. В разумных пределах, конечно.

И Аладдин спросил его:

— Можешь ты перенести нас в центр того главного зала сокровищницы?

Джинн быстро пересчитал присутствующих.

— Это мне вполне по силам. Считайте, что это уже сделано!