Олег Шелонин - Дитя Стужи

Одного Валентин не мог понять: почему нарисованная им картина грядущего апокалипсиса была воспринята так равнодушно? По идее все подразделения конторы «Ангелы Миллениума» должны встать на уши и приступить к глобальным поискам этого неведомого чудища под названием «Дитя Стужи». И в первую очередь этим должен заняться он. Все говорит за то, что именно у него есть шансы решить данную проблему, а он опять сидит здесь как дурак и… и ждет конца смены, чтобы ринуться домой, где его наверняка уже будет ждать Дашка.

Видел бы Валентин сейчас себя со стороны. На лице его играла такая счастливая и такая глупая улыбка! Юноша погрузился в свои мечты…

— А на рабочем месте спать нельзя, — послышался сзади тихий голос.

Валентин встрепенулся, кинул взгляд в зеркало заднего вида. На заднем сиденье вольготно расположился молодой человек лет двадцати пяти. В первый момент лейтенант его даже не узнал, настолько разительно изменилась его внешность, и рука дернулась было за пистолетом, но потом вернулась обратно. Это был тот самый парень, что строил ему глазки в ресторане. Только теперь его внешний вид был другим. Ни напомаженных волос, ни кожаного жилета, ни кожаной кепки. Самое обычное пальто поверх твидового пиджака, заячья шапка на голове.

— Ну вот, сподобился, — с легким смешком пробормотал юноша, — теперь по мою душу из небесной канцелярии пришли. Демоны-то пошустрее вас работают. Что ж вы так нерасторопно?

— Да, это вы правильно подметили. Демоны умеют шустрить. На их стороне все грязные и подлые уловки, удары в спину и из-за угла, но тем не менее я здесь.

— Я вижу. А можно сразу к вам вопрос?

— Пожалуйста.

— Я вот не понял. Вы же ангел. Сейчас вот выглядите вполне прилично. А там подкатили ко мне в образе какого-то гомосексуалиста. Меня всего аж передернуло от отвращения. Потому и в драку полез. Зачем вам это было нужно, объясните. Ведь гомосексуализм, как и лесбиянство… тьфу! Мерзость. Содом и Гоморра! Даже говорить противно.

— А что вы знаете о процедуре вызова демона? — вопросом ответил ангел.

— Ну демона вызывают с помощью специальных заклинаний, предварительно рисуя на полу пентаграмму…

— Прекрасно, агент Херувим, прекрасно. Ну а что вы знаете о процедуре вызова ангела?

Вопрос сразил агента Херувима наповал.

— Ну, я всегда думал, они как-то сами приходят.

— Ну да… по мере надобности, — усмехнулся ангел. — Ответ неверный, агент Херувим. Сами мы являемся только к воистину праведным душам, чтобы вещать им от имени Господа нашего. Молодой человек, в облике которого я сейчас нахожусь, искренне желал избавиться от своей пагубной страсти к лицам одного с ним пола, молил Господа нашего избавить его от этой ошибки природы. Грех было не воспользоваться таким случаем. Мы с легким сердцем удовлетворили его желание, и теперь он стал нормальным человеком, но тогда, в ресторане, он был еще прежним, а поговорить нам надо было срочно. Этот юноша с огромным удовольствием предоставил свое тело в мое распоряжение. Уязвимое, бренное тело. Демону удалось немножко подпортить его своим ножом, но сейчас уже все в порядке. Вы удовлетворены моими объяснениями?

— Вполне.

— Прекрасно. Будем считать, что вы готовы к конструктивному диалогу.

— В принципе готов, боюсь только, поздно уже со мной разговаривать, — грустно сказал Валентин.

Этой ночью они с Дарьей поговорили о многом. Рассказывали друг другу все, не таясь, в частности и о черных крыльях за его спиной. Теперь ему понятны были непрозрачные намеки демона, что для них он свой в доску. Как же горячо его Дашка убеждала в обратном! Обзывала идиотом, кретином, стучала своими маленькими крепкими кулачками по его, как она говорила, тупой башке. «Какой демон ринется спасать людей и их бессмертные души, изгоняя из них бесов?» — орала она, и Валентин с готовностью давал себя уговорить, покаянно соглашался, что он кретин и дурак, а в душе все равно копошился червь сомнения и подспудный страх: а вдруг демон все-таки прав?

— Это вы о черных крылышках, о которых говорила вам ваша нареченная? — рассмеялся ангел.

— О них.

— Мальчик, лебеди тоже черные бывают, но, несмотря на окрас их перьев, они все-таки остаются лебедями. И наверняка вам демон намекал на то, что ты, мол, практически уже наш. В аду с распростертыми объятиями примут, на самое почетное место рядом с падшим ангелом посадят.

— Ну где-то так, — оживился Валентин, в душе которого затеплилась надежда.

— Мальчик, никогда не ведись на байки демонов. Обман и искушение у них в крови. А насчет колера крылышек за спиной позволь напомнить тебе всего лишь один факт из твоей бурной биографии. Ты разве сам, по доброй воле, не принял кровь Некрона?

— Ну?

— Что — ну? Вспомни, какого цвета крылья за его спиной, и не задавай больше глупых вопросов.

— Фу-у-у… — облегченно выдохнул юноша, — а я уж себе чего только не навыдумывал.

— Скажу больше. Ты занимаешь уникальное положение в этом мире. Ты плоть от плоти его и в то же время отмечен предтечами, владеющими силами, которые недоступны даже нам, ангелам, и крылья, вдруг возникшие за твоей спиной, говорят о многом как нам, так и демонам, которые пытаются переманить тебя на свою сторону. А еще ты отмечен древними богами. По крайней мере одну такую печать я чую, но не могу понять: кто из богов приложил к ней руку. И это возвращает нас к цели моего визита.

— Я слушаю.

— Тебе, возможно, будет странно слышать то, что я тебе сейчас скажу, но у нас, ангелов, к тебе та же просьба, что и у демонов. Найди Дитятю Стужи.

— Охренеть! И вы туда же. Найди и убей, пока не поздно!

— Насчет последнего не знаю. Решение будет за тобой. Ты, главное, найди, а сердце потом само подскажет, что делать дальше. Доверяй ему, оно не подведет.

Ангел начал таять в воздухе.

— Постой! — всполошился Валентин, выворачиваясь всем телом назад. — Скажи хоть, что это за зверь такой — Дитя Стужи?

— Мы этого не знаем. Мы знаем, что оно должно прийти, разбудить древних богов и ввергнуть в пучину хаоса весь этот мир. Тебе надо остановить его… или ее…

Ангел окончательно растаял в воздухе, и Валентин остался в машине один.

— Ну задачку, блин, подкинули! — почесал затылок лейтенант. — Пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что. Нашли спасителя. И где, позвольте спросить, я должен искать этого Дитятю Стужи?

И тут перед его мысленным взором появилась подвывающая от ужаса Мария, на карачках улепетывающая от мифической мышки, и рушащиеся за ней здания многоэтажек, превратившиеся в гигантские глыбы льда.

— Провалиться…

Валентин извлек из кармана мобильник, негнущимися пальцами набрал номер.

— Да?

— Папа, у нас большие проблемы.

— Что там у тебя опять случилось? — недовольно буркнул Стас.

— Не у меня. У нас. Я, кажется, знаю, что собой представляет Дитя Стужи. Папа, это конец…

— Если ты про агента Незабудку, то можешь успокоиться. Она у нас под плотным контролем. Ею занимаются Колдун и Черная Вдова.

— А вы как догадались? — оторопел Валентин.

— Не считай себя умнее других. Так как она принимала самое непосредственное участие в ликвидации первого адепта Стефано в момент совершения ритуала, то стала первым кандидатом на роль Дитяти Стужи. Нет, вторым. Первым был ты. Но после внимательного изучения записи прохождения трассы агентом Незабудкой твою кандидатуру с подозрения пришлось снять. Однако долго до тебя доходило. Что послужило толчком к озарению?

— Задушевная беседа с ангелом. Только что испарился из моей машины. Перед этим втюхивал про то, что, если это чудо пробудит древних богов, наступит армагеддец. Намекал, что только я смогу с этим дитяткой справиться. Только в отличие от демона рекомендовал мне этого дитяти не валить, а просто остановить. Ну тут я два плюс два сложил, и…

— Помолчи! — С минуту Стас сердито сопел в трубку, о чем-то размышляя. — Да, раз уж и ангел до тебя домотался, то… да, так будет лучше. Значит, так, агент Херувим, я сейчас высылаю тебе замену, и, как только она подкатит, бери ноги в руки — и домой. Сиди там и носа никуда не высовывай.

— Я так понимаю, чтобы рвануло подальше от мирного населения?

— Правильно понимаешь. Ремонт твоей гостиной уже закончен, периметр проверен, все охранные системы функционируют нормально… на посторонних. Как вы с Дарьей умудряетесь исчезнуть с экранов? Наши техники с ума сходят.

— Исчезали и будем исчезать. Не люблю, знаешь, жить под стеклянным колпаком. А как? Черт его знает. Просто очень захотелось, и я электронику об этом попросил. Вроде сумели с ней договориться.

— Охренеть… попросил и договорился. Ладно, жди смену — и домой.

— Яволь, мой фюрер! — обрадовался Валентин.

— Будешь продолжать в том же духе, твой фюрер тебе такой концлагерь подберет — взвоешь! — пробурчал Стас, и из трубки послышались короткие гудки отбоя.