Смерть и прочие неприятности. Орus 1 (СИ) - Сафонова Евгения

Впрочем, Герберт этого явно и не ждал.

— Хочу тебя кое с кем познакомить. И кое-что обсудить. — Рывком отвернувшись, некромант направился к лестнице, по которой только что спустился. — Идём в мой кабинет.

— Давно я здесь не был, — заметил Миракл в процессе восхождения, разглядывая лепнину, которой отделали лестничный колодец; ореховый взгляд слегка туманила не то грусть, не то досада, не то оба чувства разом.

— В какой-то момент я устал посылать приглашения, всё равно остававшиеся без ответа.

— И вдруг передал мне это. Спустя столько лет. При таких обстоятельствах. — Туман во взгляде сменила жёсткость. — Если это ловушка…

— Надеюсь, ты был достаточно осторожен. — Герберт очень убедительно изобразил, что не услышал последних слов. — Как я уже написал, Айрес не должна знать об этом визите. Наше сближение после стольких лет ссоры вызовет у неё совершенно ненужные подозрения.

— Даже у меня вызывает.

— Почему же ты всё-таки пришёл?

Не прерывая восхождения, поднимаясь всё в том же мерном и ровном ритме, Миракл положил руку на перила, позволив пальцам скользить по камню: точно вспоминая, как делал то же много лет назад.

— Ты не стал бы звать меня попусту. Не сейчас. Если это не ловушка, то нечто очень важное. Если ловушка, я смогу себя защитить. — Следом за некромантом свернув в ведущий к кабинету коридор, Миракл на миг коснулся пальцами рукояти меча: в серебре ножен, бивших его по бедру, бликами играл свет волшебных кристаллов, белевших на стенах. — И, может, я дурак, но в вероятность ловушки мне не слишком верится.

Герберт не откликнулся и не улыбнулся. Лишь довёл брата до двери, которую озаботился тщательно прикрыть перед уходом — и, почти не притормозив перед порогом, взялся за ручку.

Минутой позже Миракл созерцал новоявленную суженую: в не меньшем потрясении, чем сама Ева.

— Моя… суженая? — после долгой паузы уточнил он.

— Вы готовите переворот. В твою пользу. Ты взойдёшь на престол, — терпеливо, словно объясняя несмышлёному малышу элементарный урок, растолковал Герберт. — Она — та, на чьё чело ты должен возложить обручальный венец. Дева из иного мира, пришла в указанный Лоурэн день. Огненный меч, поверь, при ней. Красота, как видишь, тоже.

Ева наконец сумел отвести глаза от лица нежданного жениха, устремив взгляд на Герберта.

Взгляд, бывший очень злым и очень многообещающим.

Ну да. Всё как всегда. Я придумал гениальный план, дорогая Ева, только тебе о нём знать совершенно необязательно. И твоё мнение меня не интересует, ибо твоё согласие мне совершенно ни к чему.

Понять бы ещё, к чему такая секретность. И с чего всё это время её водили за нос, заставив думать, что в женихи ей предназначен один венценосный сноб.

— Не понимаю, о каком перевороте идёт речь, — после другой долгой паузы невозмутимо изрёк Миракл.

— Брось. Никто нас не подслушивает. А даже если бы подслушивали, Айрес и без того обо всём догадывается, и не говори, что вы этого не предусматривали. — Отойдя от двери, Герберт встал точно посередине между братом и Евой. — Народ тебя любит, в отличие от неё. Арестуй тебя сейчас, и восстания не миновать. Но вы хотите ударить раньше, чем она сумеет изменить расклад в свою пользу — и, по моим расчётам, ударите уже очень скоро.

Миракл вновь воззрился на девушку: в этом взоре Ева отчётливо читала подозрения по поводу своей скромной персоны. Впрочем, немудрено. Странно, как самой королеве не пришёл в голову хитрый план с ловлей врага на живца. Предложить тому, кто собирается отобрать у тебя престол, «деву из пророчества», а потом поймать его на признании в своих узурпаторских намерениях — какое искушение!

Впрочем, судя по всему, что Ева слышала о Её Величестве Айрес, для ареста признание той и правда было ни к чему. И, судя по словам Герберта, ничего не меняло.

Но Миракл — осторожный, как и следовало — явно брал в расчёт иной расклад.

— И вы согласились принять во всём этом участие, лиоретта? Стать женой того, кого даже не знаете? — голос и глаза одарили её колючей насмешкой. — Впрочем, для иномирных дев подобное решение не слишком удивительно. Насколько я знаю, будущие короли — ваша маленькая слабость.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ева порадовалась, что щёки её не могут вспыхнуть.

А вы, однако, та ещё язва, лиэр Совершенство. И, похоже, ей не раз ещё будет аукаться поведение её предшественниц.

Параллельные квинты в уши этим наглым русским девицам…

— Не могу сказать, что не слышала о вас, лиэр Миракл, но о нашем предполагаемом браке я узнала только что. Как и о том, что вы соизволите нас посетить, — спрятав задетое достоинство за горделивой холодностью, откликнулась Ева. — Моего согласия на помолвку никто не спрашивал. Как и вашего, полагаю. Но да, я согласилась действовать по плану Гер… Уэрта, в чём бы он ни заключался. Видите ли, когда тебя… когда твой враг — королева, мечтающая тебя убить, и за этим врагом стоит вся мощь и все силы незнакомой тебе страны, не говоря уже о его собственной силе — тому, кто согласен укрыть тебя от него, нужно быть благодарной. — Факт её убийства этой самой королевой явно пока лучше не разглашать. — И услужить своему спасителю в качестве благодарности, если он не требует от тебя того, что тебя оскорбляет — по мне, цена вполне приемлемая.

В ответ на свою тираду она получила нескрываемое одобрение, проявившееся в глазах Герберта, и выражение уважительного удивления, проглянувшее из-за маски скептицизма на лике лиэра Совершенство.

— А брак с незнакомцем, стало быть, вас не оскорбляет? — всё же иронично осведомился он.

— Насколько я поняла, о браке и всех его… последствиях речь не идёт. Лишь о помолвке, отношение к которой для меня напрямую связано с тем, как незнакомец проявит себя после знакомства. Пока, должна сказать, он делает это не слишком блестяще.

— В чём же я провинился?

— Сходу судить человека лишь по тому, как когда-то вели себя его соотечественники, не слишком вежливо по отношению к нему и не слишком умно по отношению к себе. Можно жестоко ошибиться, а иные ошибки могут дорого тебе обойтись.

Изобразить тон и манеры обиженной ледяной принцессы удалось ей на славу, но Ева надеялась, что всё же не перегнула палку. Впрочем, взглянув на обоих представителей королевской семейки, она убедилась: вовсе нет.

— В данном случае, видимо, я и вправду ошибся. — Приложив ладонь к сердцу, Миракл учтиво склонил голову. Пусть он и проверял её, вести себя недостойно по отношению к нежным девам лиэру Совершенству явно претило. — Я оскорбил вас, лиоретта, и приношу свои извинения. Я задал недостойный вопрос и сделал недостойные выводы о вашей персоне. — Дождавшись, пока Ева милостиво кивнёт в ответ, Миракл посмотрел на брата — лицо его вновь сделалось жёстким. — Но всё же, Уэрт…

— Боги, никто не заставляет вас жить долго и счастливо, — устало проговорил некромант. — После её победы над драконом прилюдно совершите обручальный ритуал, дабы у народа не осталось никаких сомнений в том, что на троне теперь истинный король. Походите помолвленными, пока всё не успокоится. А дальше, если будете друг другу так противны, разорвёте помолвку. Всё просто.

Миракл, явно раздумывая над данным предложением и всей этой подозрительной ситуацией, с сомнением качнулся с мысков на пятки.

— И как же ты нашёл её? Неужели сумел опередить Айрес? Спрятать страшнейшую угрозу её власти прежде, чем та до неё добралась? — юноша вновь пытливо вгляделся Еве в глаза. — Ведь, зная королеву…

Вдруг оборвал фразу, — и когда лиэр Совершенство решительно направился к ней через всю комнату, Ева не сразу поняла, что он намеревается сделать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Простите меня за бестактность, лиоретта, если я ошибся, — произнёс юноша, быстрым жестом взяв её за руку.

Ева не успела отпрянуть прежде, чем лицо его вытянулось. В тот миг, когда он ощутил, как холодна её ладонь.

Мертвенно холодна.

— О, нет. — Миракл бесцеремонно сжал пальцами её запястье, явно пытаясь прощупать пульс. — О, боги…