Олег Шелонин - Ковчег

— Да, восторженных дурочек вокруг спасителя нации полно, — согласилась Ева.

— На их фоне такая стервозочка, как ты, приятно выделяется. Кстати, сколько можно выкать? Мы с тобой знакомы почти сорок лет. Может, пора перейти на «ты»?

— Вас плохо учили истории, император. «Ты» — это для друзей, соратников. А «вы» — для врагов. Вы — это тьма. Заметьте, император, к Создателю в своей молитве никто не обращается на «вы».

— Звучит нахально и оскорбительно. Выходит, ты считаешь меня тьмой? Врагом?

— На данный момент — да.

— Выходит, я не угадал. Постель здесь ни при чем. Прискорбно. Теряю хватку. — Император скинул ноги со стола. — Ну что ж, начинай каяться. Я ВАС, — подчеркнул последнее слово император, насупив брови, — слушаю внимательно.

Сразу было видно, что он играл. Похоже, ситуация его забавляла.

— Помните, тридцать лет назад, сразу после празднеств по поводу чудесного спасения, который ваши подданные наивно приписали вам…

— Девочка, ты в этом сомневаешься? — ханжески изумился император.

— Да. И очень сильно. Так вот, вы тогда поручили мне расследовать факт исчезновения Адама Мицкевича и Василия Коробеева. Помните?

— Прекрасно помню, поручал. И ты это задание успешно провалила, — с показной скорбью вздохнул император.

— Ну почему же провалила? Нелегко искать черную кошку в темной комнате, особенно если ее там нет, но кое-что я все-таки нашла. Еще тогда, тридцать лет назад. И это кое-что показалось мне настолько подозрительным, что я решила сообщить вам, что расследование зашло в тупик.

— Зачем? — резко спросил император, и было видно, что он уже не шутит.

— Чтобы во всем спокойно разобраться без помех и контроля с вашей стороны.

— И что заставило тебя нарушить мой приказ?

— Тот факт, что вас гораздо больше волновала судьба этой парочки, чем судьба пятнадцати тысяч ваших подданных, исчезнувших в то же время, что и они. Что интересно, эти подданные исчезли вместе с семьями.

— И что тебя в этом удивило?

— То, что нападения крогов на момент их исчезновения не наблюдалось.

— А то, что в процессе перехода через грань измерений возможны пространственные флуктуации, тебе в голову не приходило?

— Флуктуации, погубившие пятнадцать тысяч человек? Тупейшая отмазка. Она меня не убедила.

— Забавно. Всех убедила, тебя нет.

— Я, как и моя мама, очень недоверчива, а потому начала копать. Серьезно копать. Выяснились интереснейшие факты. Пропали только те, кто дал вам клятву на крови одними из первых. А кто были первыми? Самые преданные. Те, кто был с вами еще во времена, когда вы бороздили просторы космоса под пиратским стягом. Сразу возникла мысль о ненужных свидетелях, которым в новом мире рядом с императором места нет. Вдруг начнут делиться неприглядными воспоминаниями в узком семейном кругу, потом кто-то из их детишек по недомыслию где-то что-то ляпнет. Ай-яй-яй! Какой удар по имиджу. Уж если зачищать, так вместе с семьями. Я угадала, господин пират? Вы уж простите, Питер, императором язык не поворачивается вас называть. Чего ж вы замолчали, Блад? Возразите, попытайтесь оправдаться. Молчите? Выходит, я права.

— Нет, деточка, — издевательски улыбнулся капитан и вновь откинулся на спинку кресла, расслабляясь, — не права. Неверный вывод из верных предпосылок. Ты не глупа, не скрою, но в этом вопросе дала маху. У тебя все?

— Ну почему же? С таким «все» я к вам могла прийти и тридцать лет назад. Я уже тогда задалась вопросом, почему именно эти двое так вас волнуют и почему сектор В-17 вместе с тронным залом и машинным отделением выпали из поля зрения системы? Отключить ее могли лишь вы и я.

— Уже тогда?

— Уже тогда, — подтвердила Ева.

— Тихий ужас. Продолжай.

— Так как я этого не делала, то остаетесь только вы. А еще, прежде чем вырубиться, система наблюдения показала Адама и Василия, спешивших в этот сектор. Вывод напрашивался сам собой. Вы зачем-то заслали Адама и Василия в сектор В-17, предварительно в приказном порядке заставив очистить его от посторонних, а затем отключили системы безопасности. Я стала изучать личности этих господ. Оба они были системщиками, но на этом их сходство и кончалось, так как, если господин Коробеев был системщик от Бога, то Адам в этой области науки особыми талантами не блистал. Зато он был когда-то штурманом на флагмане и пиратствовал с вами бок о бок не один год. Мне стало ясно, что он там больше для контроля. Основную работу должен был сделать Коробеев. Что же это за работа? Что-то неординарное, вроде прорыва в другое измерение? Зная вас, я в этом сильно сомневалась. Тактик — да, стратег — отменный, вояка, но ученый и технарь вы никакой. Мне потребовалось тридцать лет, чтоб разобраться в этой каше. Я чуть ли не под микроскопом рассмотрела весь машинный зал и все-таки нашла ваше убежище.

Император вздрогнул.

— Да, капитан, нашла. Кто бы мог подумать, что на Ковчеге есть резервный пульт, доступ к которому имеет только император! Поломанный слегка, следы неумелого ремонта лично наблюдала, но все же полноценный резервный пульт. Правда, нерабочий. Я сразу поняла, кто его пытался привести в порядок. Уверена, ваша работа. В технике вы полный ноль. Крышку назад привинтили, пульт от системы отключили и на этом успокоились. На всякий случай приказали мне эту парочку поискать, чтобы убедиться, что из мертвых не воскреснут, и угомонились, когда я доложила, что поиски ничего не дали. Верно?

— Предположим. — Капитан вновь скинул ноги со стола. — Так ты узнала, что с ними там произошло?

— Представьте себе, да. И вы бы могли узнать, если бы хоть чуть-чуть разбирались в технике. Прежде чем пульт закрыть, ничего странного в нем не заметили?

— След лучевого удара? Трудно не заметить. Кто-то неосторожно с бластером игрался.

— Вот этот кто-то систему записи и повредил. Но я восстановила. Хотите на нее полюбоваться? Все ответы там.

— А почему бы нет? Хочу!

— Тогда приготовьтесь к интересному раскладу. — В руках девушки появился бластер. Дуло нацелилось капитану прямо в лоб. — Сейчас мы посмотрим эту запись вместе, и вы попробуете мне ее объяснить. Предупреждаю сразу, объяснения должны быть очень убедительными, хоть где-нибудь сфальшивите, тут же давлю на курок.

Над столом зависла голограмма. Два техника расположились около пульта и начали его вскрывать.

— Так всех подставить! Нет, ну какая мразь! Знали бы ребята, куда эта сука Блад Ковчег направляет.

— Кто тебе мешает отказаться?

— Издеваешься или у тебя есть способ обойти клятву на крови?..

Они досмотрели запись до конца. Ева с гневом, император с любопытством. При этом девушка, косясь на запись, не обратила внимания на то, что император снял с головы шляпу, словно для того чтоб почесать затылок, и спокойно, словно ничего особенного не произошло, надел на шею амулет. Камень власти замерцал в такт биениям его сердца.

— Плохо работаешь, Ева. Ничего нового для себя из этой записи я не узнал. Вот если б ты нашла стрелка… Кстати, бластер опусти, он все равно мою защиту не пробьет. Ты меня слышишь? Бластер на стол и на колени!

— Сколько же самомнения! Нет на тебе защитки. Я ее тоже отключила. И глазами можешь не сверкать, мне на твой амулет плевать.

Пораженный император скосил глаза на грудь. Камень власти исправно мерцал.

— Ты обошла клятву на крови? Но как?

— Забыл, кто стоял у истоков этой технологии? Моя мать совершила ошибку, доверившись тебе. Поверила в благородные мотивы якобы благородного пирата. Чтобы спасти империю, нужна твердая рука и беспрекословное подчинение! Ведь так ты ей сказал? А когда она поняла, кто ты такой на самом деле, стало уже поздно. Признайся перед смертью, мразь, она погибла не случайно?

— А что это теперь изменит?

— Действительно…

Выстрелить Ева не успела. Ее словно накрыл вихрь. Диадема с сиреневым кристаллом слетела с головы, бластер улетел в угол каюты, а сама она с заломленной за спину рукой оказалась согнутой в три погибели и вынуждена была застыть в этой унизительной позе.

— Ева, если ты такая умная, то почему такая дура? — Ехидный голос императора заставил девушку прикусить губу от обиды, злости и отчаяния. — Неужто думала, что я без камня власти с тобой не справлюсь? — Император сорвал с шеи амулет и швырнул его на стол. — Мой путь к трону был выстлан отнюдь не розами. Я боевик, дуреха! А у боевиков есть одно правило: оружие достают для того, чтобы стрелять, а не махать им перед носом у противника.

— Учту на будущее, — прошипела Ева.

— Его у тебя уже нет.