Цветок в мужской академии магии (СИ) - Буланова Наталья Александровна

Я посмотрела в лицо магистра и сглотнула. Что он спросил? Что-то о формах… Арчи повел челюстью так, будто разминался перед поцелуем.

Точно! Он же говорил, что будет долго и со вкусом возвращать мои достоинства.

— Что ты тут делаешь? — Мои ноги словно прилипли к дорожке.

Арчи подошел ближе и внимательно посмотрел на то ухо, где была серьга. Ухмыльнулся, а потом еще раз окинул взглядом Храм Справедливости и спросил:

— Что, не вышло развестись или ты передумал?

Я обратила внимание, что он обращался ко мне в мужском роде. Неужели я зря паниковала, что магистр догадался? Или же он подыгрывает мне? Этого Арчи Рейва не поймешь!

— А вы здесь за разводом или по другому поводу? — В нашем общении отвечать вопросом на вопрос стало традицией.

Что-то не верится, что магистр мне поможет. Смотрит в сторону Храма так, будто готов в любой момент взять меня в охапку и открыть портал, чтобы унести отсюда ноги.

— Я-то? Да вот спал себе мирно, верил, что лекарь не врет и ты действительно трудишься в поте лица, а тут ты за связь дернул. — Арчи подошел совсем близко, почти вплотную, и уверенно произнес, глядя сверху вниз: — Теперь-то я знаю, что Фрай Дай врет.

Мне показалось или звучало очень двусмысленно?

Арчи снова повел челюстью, и я, словно зачарованная, проследила за твердой линией подбородка, четким очертанием мужских губ. Я знала их вкус и напористость и машинально прикусила свою нижнюю губу, чтобы не растечься лужицей от предвкушения.

Мия, помни о мести, о цели, о разводе. Все остальное потом, если получится. Где там моя колкость? Где острый язык?

— Магистр, челюсть вывихнули? Зачем вы так ей двигаете? — поинтересовалась я.

И только по довольному взгляду поняла, что Рейв только и ждал вопроса, провокации.

— Разминаю, — подмигнул он в прорезь маски.

Самое страшное, что мне нравились эти наши перепалки. Нравилась его живая реакция на мои слова. Я не смогла остановиться:

— Зачем? — спросила, напустив на себя непонимающий вид.

— Готовлюсь тебе формы возвращать. А там, может, и вывихну челюсть, если сопротивляться будешь. — Магистр поиграл бровями, а я не к месту вспомнила, что целоваться в маске не больно-то удобно. Особенно жестко упирается нос в щеку.

Боги, о чем я думаю? Дурею от магистра, как от дурмана.

— Не надо. Я поем, посплю, все само и вернется, — заверила я, решив больше не провоцировать мужчину.

— Это долго, — несогласно покачал головой Арчи. — А я наконец-то тебя в платье вижу, а насладиться не могу.

Ай, зачем же по больному? Самой обидно!

Я судорожно размышляла, как же быть. Может, убить сразу двух зайцев? Поцелуй не только вернет силы и формы, но и позволит подобраться к сережке, ведь так? Надо попробовать. Там и близко, и руками можно шею оплести, и к замку подобраться.

Я опустила голову вниз, повернулась полубоком и потрогала свою серьгу. Где же там застежка? Нужно узнать сразу, чтобы не тратить время даром.

— Ты что, смущаешься? — не поверил своим глазам Арчи.

— Давайте уйдем отсюда. Нельзя злить богов! — нашла что ответить я.

— С удовольствием. Не думаю, что они оценят наш поцелуй. — Рейв посмотрел по сторонам так, словно ему было в этом месте не по себе. А потом предложил взяться за его локоть, словно это было в порядке вещей.

Вот зачем он так? Нравится меня дразнить?

— Я сам! — пробасила я в ответ, чем заслужила насмешливый взгляд.

Нет, ну он точно что-то подозревает!

Я хотела попрощаться с обитателями Храма Справедливости, но все послушники словно растворились в воздухе. Даже бабочки не порхали, будто пережидали, когда же мы покинем двор.

Когда мы вышли из храма, ворота с грохотом закрылись за нами.

— Это намек? — Магистр со смешком обернулся к входу, а потом посмотрел на меня. — Кажется, нам там не рады.

Рады или не рады, а рецепт развода дали. Осталось только претворить его в жизнь.

Вот забракованный магистр — одна штука. Я — одна штука. И сережка, которую нужно снять. Все предельно просто.

Ах, да! Еще же желание развода. А этого у меня хоть отбавляй. Да и повод серьезный имеется: даже при всей симпатии к Арчи я не хочу погубить его из-за связи потенциалов.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Полная решимости, я повернулась к Арчи. Пришлось задирать голову вверх, чтобы встретиться взглядом с магистром. А он в ответ смотрел так покровительственно-насмешливо, что досадно стало.

Внутри меня скребла чисто женская обида. Впервые перед Рейвом выгляжу пусть и скромно, но женственно: в платье, с лентой в волосах, в туфельках, а не грубых ботинках. Но смотрюсь отвратной шваброй в зеленом мешке из-за нулевого резерва, а не девушкой.

Как же хотелось увидеть восхищенный взгляд Арчи Рейва, удивление, да что скрывать — лучше сразу приятный шок. А тут магистр прекрасно держал себя в руках.

Как же горько от этого, как же неприятно!

Если мне сейчас удастся снять сережку, это может быть нашим последним поцелуем. Кто знает, как жизнь дальше повернется? Может, я стану одичалой, за которой однажды придет Арчи Рейв, чтобы вырвать мое черное сердце?

От этих мыслей мороз пошел по коже. А ведь это возможная реальность, если я скормлю Гордону черную горошину.

В горле встал вязкий ком. Я сделала шаг к Арчи и неловко положила руки на широкие мужские плечи.

— Это намек или предложение? — Рейв приятно удивился моим действиям, положил одну руку поверх моей и сжал ее, словно боясь, что я убегу.

Боги, как дышать-то?

Я остановила взгляд на нижней половине лица Арчи и стала медленно пробираться рукой к сережке. Ближе, еще ближе, еще.

— Как тебя зовут? — приглушенно спросил магистр.

Я подняла взгляд к его глазам ровно в тот момент, когда нащупала сережку. Дыхание снова перехватило. Он спрашивает меня о мужском имени или о женском? Знает ли он?

Хотелось назвать настоящее имя хотя бы перед разводом.

Я осторожно выпутала руку из пальцев Арчи и обвила его шею. Судя по ошеломленному лицу магистра, меньше всего он ожидал от меня такой прыти.

Арчи принял затянувшуюся паузу за нежелание раскрывать имя и хрипло переспросил:

— Это намек или предложение?

В этот момент я как раз добралась двумя руками до сережки и потянулась за поцелуем, чтобы вернуть формы и силы до разрыва связи.

Прошептала у самых губ:

— Это развод, магистр.

И дернула замок сережки-стрелы.

Арчи Рейв

Сколько раз меня выручало предчувствие беды. Оно холодом дышало в шею, заставляя волоски вставать дыбом. Когда в схватке с одичалыми уворачивался в последний момент и когти вспарывали спину, а не живот. Когда отводил ногу от шаткого камня и не проваливался в бездну. Когда молния разила в то место, откуда только отошел.

И вот сейчас, глядя в фиолетовые глаза, я ощутил не только нежную руку на шее, но и необъяснимое напряжение. Будто неприятность подкрадывалась ко мне, скользя змеей по позвоночнику.

— Это развод, магистр! — шепнула девушка и сама коснулась моих губ своими.

Тонкие пальцы крепко вцепились в ухо. Раздался щелчок, и я действовал быстрее, чем успел что-либо понять. Крепко сжал кисти девушки, но не разорвал поцелуй.

Развод, значит? Через снятие сережки? Да сейчас!

Я убедился, что сережка на месте, застежка тоже, а сам крепко прижал руки девушки к себе, не разрывая поцелуй.

Подкралась ко мне, такая сладко податливая, чтобы я слабину дал и остался с носом? Решила оставить в дураках?

Что ж, я должен как следует проучить ее. Я едва прикусил нижнюю губу обманщицы в наказание и в ответ на "ох” девушки резко приподнял ее за бедра и посадил на себя. Чтобы не завалиться назад, ей пришлось крепко обхватить меня за плечи. Подол платья поднялся вверх, оголяя колени, а я крепко держал одной рукой под бедра, а другой — голову, чтобы у нее не было и шанса оторвать свои губы от моих.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Что… ты… делаешь? — пыталась спросить нахалка, прервать поцелуй.