Павел Кошовец - Рик: Прогулка в небесах

  Посредине зала стояло мягкое низкое кресло. Пустое.

  Наш провожающий, не глядя, махнул рукой, и мы остановились, как один, не доходя пяти метров до кресла, а сам прошёл к следующей двери. Вышел...

  Прошло по моим подсчётам пол часа. Хорошенькая познавательная экскурсия. Посещение зоопарка. Туристы, на которых любуются зверушки, указывающие лапами и хвостами на возбуждённых обезьян с фотоаппаратами. Которых можно наградить красной задницей и банановой кожурой промеж глаз, а для пущего писающего восхищения утопить в верблюжьем плевке...

  Раздражение накапливалось, как дворняги вокруг случайного прохожего, брехливый лай стоял в ушах, взъерошенные алчные шавки, линяющие, облезлые кобели с закрученными на свиной манер хвостами яростно выказывали подвижные носы из-под плетней. А что? Когда много - сила! В смысле, громко...

  Рисуемая в воображении картина кроме едкой улыбки не приносила ни капли успокоения, и я продолжил с каменным лицом вышагивать из одного конца зала в другой. Бравых "зольдатос" в чёрно-золотом, видимо, уже укачало слежение за моими однообразными перемещениями, и они нашли более благодарный объект - яростно чешущегося Бурого. Остальные же светло-серые невозмутимо расположились вокруг нас, ни секунды не теряя бдительности.

  Наконец-то дверь, за которой исчез наш проводник, открылась, и нам явился самодовольный бампер... его же. Фары так и лучились великодушием камаза на пешеходном переходе. Он сделал пару шагов в нашем направлении, замер, вытянув руки по швам - ну вылитый оловянный солдатик в запасе (подкантоваться не мешало) - и, глядя куда-то поверх наших голов, официально запричитал:

  - Его Главеншество, Пожиратель Малых и Больших Земель, Попиратель Звёзд, просеянных на Друшлак, Профессор всех учебных заведений, Бывших, Имеющихся в наличии и Будущих, Собиратель невинных детских Слезинок, а также их Употребитель за неимением собственных, Держатель за Яйца Воздух, буде пошатнётся твердь, Бросатель Банановой Кожуры на пути Космопроходцев, Агрессор, Откладывающий в Гальюн... - и прочее, прочее, всё в том же духе. В общем, на редкость схожий набросок на Бармалея.

  Пока длился монолог, я стоял открыв рот. И жалел об одном - об отсутствии диктофона - уж больно красочные были иные титулы. Я же мог оценить только эстетическую привлекательность, не успевая сбросить в базу данных, то бишь, навертеть на извилины по причине изобилия оных эпитетных вкусностей. Чего только стоит: Гнилозуб на Лице Собственной Задницы или Высмаркиватель Культурных Ценностей? А вот это как вам: Фаллический Имитатор Вселенной?..

  Когда-то это всё-таки закончилось, и я спустился с перины блаженства, катая во рту пресловутый "имитатор", теребя прелестное звукосочетание, смакуя чудесное словосочетание. И створки бутона дверного проёма повторно раскрылись...

  И явилось... явился... Явились?

  Пусть Бурый конечно извиняет, но этот рахитичный шаблон на страшилище не тянул. Не только в размере, естественно, дело, когда вопрос касается вселенского испуга и прочих катаклизмов, стихийных бедствий и войн. Но всё-таки личина какого-нибудь Минотавра более б удовлетворила мой законсервированный страх. Но было в нём, в этом Главеншестве, что-то такое до боли знакомое... Ага, вспомнил, навеял он мне небезызвестного вождя в кепке и с резиновым бревном на плече, прописавшегося на всех городских площадях и центральных проспектах чудесной, сказочной, зазеркальной страны Совдепии. И то сказать: сколько этот гном в конечном счёте попортил крови своим желанием посадить всех на диету (а избранным оставить икорочку), народу-то втоптал своими копытцами - не сосчитать. А яду подсыпал на много поколений вперёд.

  В общем, это "чудо" с рыжеватой жиденькой бородкой, отсутствующие волосинушки которой кой-де не прикрывали крышку этого долгоиграющего самовара по имени Бланд, восшествовало. Думаю, волосяного покрова на подмышки и прочие "правоохранительные органы" явно не хватило. Ничего, пригласим паучков - заштопают прорехи в заборе удивительного генетического кода, к которому даже ползком не стоит подбираться - боязно за спокойный сон и другие гигиенические прокладки дальнобойщика.

  Бланд, поскрипывая трухлявыми костьми и прихрамывая на одну из опирательных конечностей, взгромоздился в кресло, то бишь, индивидуальный трон (что-то вроде личного переносного судна с протягиваемой вслед канализацией; представьте себе резиденцию ентого сиятельного монарха: лабиринт дерьма похлеще Ариаднового распущенного клубочка из трусиков танго). Прощупал перила оного трона пятипалой мелкой тёркой, пошморгал канцелярской кнопкой и перевёл драгоценнейший (не иначе, как брильянтовый) взгляд на наши мусороуборочные хари.

  Ой - е - ёй! В какую бы ближайшую канаву отнести свой жидкий испуг! Лишь бы плотина заднего ангара выдержала эту целенаправленную мозгозаси...ятельную терапию. Опустить нижнее туловище лица вместе с зубами в свежую жижу на предмет проверки пропускаемости носоглоткой энного количества ЦУ (ценных указаний). Полоскание ещё то. Покруче содового раствора на возбуждённый член. Дохнут все бактерии. Даже те, что ещё не появились.

  - Кхе-кхе... Что я вижу? Лицезрею отсутствие спермораспространительного Дрола, - изрёк Бланд. - Мне бы радоваться, что этот разрыхлитель экзотической флоры не опылит меня. Но... Кстати, - резко наклонился в нашу сторону, что мы с Бурым даже отшатнулись, - вы знаете, как он распространяет собственное семя?

  Мы отрицательно покачали головами. Сказать, что мы были озадачены, так это ничего не сказать. Не знаю, как насчёт Бурого, я к генетическому материалу нашего главенствующего кренделя не имею ни малейшего отношения. И в будущем не собираюсь соприкасаться даже в резиновых перчатках проктолога.

  - А это, между прочим, ежесезонная процедура наподобие посадки картофеля. Когда всё лето приходится окучивать и полоть любимое чадо. А также травить полосатых насекомых на чудесных чешущихся личиках до тех пор, пока от манной каши не начинают отлетать зубы, а в гортани начинаются запоры от карамели. Когда даже пурген действует, если двенадцатиперстную кишку растворить в кислоте. И пальцем изнутри регулировать диоптрию глаз: "Смотри Сюда!!! Ты видишь поляну и цветочки! Ну и что, что они воняют? Это кал пахнет - запомни на будущее! Своими вытаращенными зенками запомни!" - Он сорвался на фальцет и протянул коррозийный палец, в котором не было ни миллиметра ровной поверхности вверх. Оратор хренов. Детям на ночь - пусть родители уточняют объёмность памперсов. - Я мог бы заговорить вам зубы так, что и овсянка с изобилием масла покажется твёрдой пищей. Но нафиг мне распинаться у выгребной ямы? Я сделал своё дело по маленькой, а заодно и по большому, - неожиданно подмигнул, - а вы уж впитывайте, - сполз в кресле, вроде сдулся чахоточный воздушный шар. - Поди сюда, - слабо махнул рукой, подзывая к себе, а сам при этом глядя в противоположную сторону.

  Мы с Бурым переглянулись, и я продемонстрировал своему полевому учителю - преподавателю жест у согнутого локтя и среднего пальца - мол, ты главный, тебе и макароны из глистов... живых...это...на вилку наматывать. Бурый скорбно глянул, словно пёс на мыло в руках активного члена организации "По защите животных". А чё? Руки чистые. Маникюр на месте. И даже педикюр не повреждён - ещё никто из четвероногих по рёбрам не получил.

  Поплёлся Бурый в сторону "страшилища".

  У-у-у. Садюга, этот плешивый. Нет бы рожу сплющить до нечеловеческой узнаваемости либо зубом воздух до крови процыкать - и то было б понятно, за что гибнуть. А так, на пороге постного рыльца, заточенного совсем в другую сторону. Просто хочется расплакаться и сопли размазать частой гребёнкой. Располовиненная золотистая муха и то меньше аппетит портит.

  Я жалостливо проводил взглядом вождя светло-серых, так сказать, посочувствовал. А сам подумал, что в качестве второго блюда даже без гарнира слопают уже меня.

  Ничего, прорвёмся! И не такому дракону третью голову под задницу подкладывали... Даже в такой трагический (собственно, почему?) момент моё латексное лицо, проверяя прочность и эластичность материала, прорезала улыбка. Оптимизм - вещь несносимая. И у "кондома" есть зубы, если его вовремя не разгладить. Правильно, только при наличии утюга и гладильной доски.

  Бурый притормозил у кресла, руки безвольно повисли, как у плакучей ивы, он стал лизать исподлобья начальственную фигуру. А мысли у самого, небось, о чудесной бутсе с металлическими набойками, удивительнейшим образом вмещающуюся под пятую конечность различных зануд. Не будем называть имена.

  - Шо ж ты, служивый, без рвения, без огоньку в глазах на подкурить? - обратился Бланд к подошедшему. Ласково так, навроде как к беспричинно болезному. - Тебе бы выпендрёж плаксивый зачитать мне - авось платочек достану девственный, пожертвую под твои гайморитные причитания, приласкаю рукою нетвёрдой? А?