Ведьма для Инквизитора. Любовный приворот (СИ) - Эми Эванс

он плечами, — С действием приворота я как-нибудь справлюсь. И раз уж вы не смогли его снять, то смею предположить, что дело мы имеем с темным приворотом. Поэтому стоит лучше заняться поисками темной ведьмы, что завелась в Иствиле.

— Да, точно, — кивнула я.

И все же до чего же умный господин Ламберт, когда не находится под чарами. Даже в полубессознательном состоянии способен мыслить разумно, в отличие от меня.

— С чего начнем? — поинтересовалась я с готовностью, поддавшись вперед.

Тревога заставляла отказаться меня от идеи сидеть на месте ровно и упорно требовала, чтобы я предприняла хоть что-то.

— Для начала я предпочел бы отоспаться, — хмыкнул блондин, — Да и вам хороший сон не помешает. А завтра обсудим все детали.

В этот раз все еще привороженный, по его словам господин Инквизитор, проявил таки свое благородство и в спальню ко мне вломиться не пытался.

Если это действительно был темный приворот, то мы с Селимом однозначно просчитались и применили не тот ритуал. Но даже он дал свои плоды, и сейчас господин Ламберт ведет себя вполне адекватно. Правда похож на ходячий труп на последнем издыхании, но это мелочи, к утру будет свеж как огурчик.

С этими мыслями я и погрузилась в такой долгожданный сон.

И даже навязчивые сновидения с участием одного блондина в главной роли не помешали мне выспаться. Я проснулась, когда полуденное солнце уже вовсю освещало город. В прекрасном расположении духа после такого необходимого мне отдыха привела себя в порядок и спустилась вниз, где уже расположились фамильяр с господином Инквизитором.

— Доброго дня, госпожа Мурай, — поприветствовал меня мужчина, стоило мне показаться на лестнице, — Вы так долго спали, — заметил он с неудовольствием.

— Это вы спали слишком мало, с учетом вашего состояния, — протянула я, приглядываясь к блондину, — Кстати, выглядите уже гораздо лучше.

— И чувствую себя тоже, — кивнул господин Ламберт, — Я тут немного похозяйничал на вашей кухне, пока вы спали, и приготовил завтрак. Присоединяйтесь.

И я только сейчас заметила, что стол действительно был заставлен едой. И где он взял все это? Не припомню, чтобы у нас с Селимом были такие запасы.

— Он так быстро осваивается у нас в доме, — протянул кот, который на мгновение отвлекся от поедания жареного бекона, — Что мы и глазом моргнуть не успеем, а он уже поселится в твоей спальне.

— Вот еще, — фыркнула я, опускаясь за стол, — Не неси ерунды, — предупредила я фамильяра.

Не хватало еще, чтобы он идею подкинул господину Ламберту. Селим то еще не знает, что приворот нам снять так и не удалось.

— А я не против, — невозмутимо произнес господин Инквизитор, прислонив к губам чашку с чаем.

Бедный Селим, не ожидавший от представителя местной власти такой реакции, подавился куском бекона, выпучил глаза и закашлялся.

— А вот нечего было языком трепаться, — мстительно заключила я, заботливо постукивая фамильяра по спине.

— Чего это он? — просипел Селим, придя в себя.

— Приворот не сняли, — пояснила я с тяжелым вздохом.

— Как не сняли? — опешил кот.

— А вот так, — развела я руками, — Скорее всего, темная ведьма постаралась.

— М-да, — протянул фамильяр, — А в раздел с темными ритуалами мы и не заглянули.

Прервал наши дальнейшие размышления неожиданный стук в дверь.

— Я открою, — с готовностью произнес господин Инквизитор, подскочив с места.

Мы с Селимом с любопытством уставились на дверь, ожидая увидеть незваного гостя. Возможно, кто-то из клиентов решил наведаться в лавку, хотя двери и окна были по-прежнему закрыты на первом этаже. Я еще не успела подготовиться к открытию.

— Эли, я был не прав в тот день и хотел бы извиниться, — послышался голос Джозефа, когда дверь открылась.

Увидев перед собой господина Инквизитора, мужчина осекся и удивленно на него уставился.

— А вы что здесь делаете? — выдохнул он возмущенно.

— А вы? — невозмутимо поинтересовался в ответ господин Инквизитор, сложив руки на груди.

Господин Хорант отвечать блондину не спешил, вместо этого перевел взгляд на меня, и от его внимания не скрылся накрытый стол.

— Вы что тут ночевали? — снова возмущенно поинтересовался Джозеф, переведя взгляд на господина Ламберта.

— Это не ваше дело, — сухо ответил блондин, — Не вежливо вот так врываться в дом к женщине с обвинениями.

— Как будто проводить время в ее доме очень вежливо, — язвительно ответил Джозеф.

Я собралась подняться с места, чтобы, наконец, прекратить этот глупый мужской спор, но меня остановил Селим, крепко вцепившись лапой в мою руку.

— Зачем же обрывать такое представление? — протянул фамильяр довольно, — Теперь я вижу, что приворот еще действует, — промурлыкал кот, — Ах, ну какой же мужчина.

— Повторюсь, что это не ваше дело, — отрезал господин Инквизитор, — О своих визитах нужно предупреждать. Придете тогда, когда лавка будет открыта.

Блондин попытался закрыть дверь перед носом господина Хоранта, но последний не дал ему этого сделать, поставив ногу в дверной косяк.

— Вообще-то, я пришел не к вам, а к госпоже Мурай, — произнес он решительно, — Это ведь ее дом, насколько я помню?

Против этого господину Инквизитору было нечего противопоставить. И несмотря на недовольство Селима, я поднялась с места и произнесла:

— Давайте поговорим снаружи, господин Хорант.

Мужчина кивнул в знак согласия и вышел за дверь.

— Держите себя в руках, — шепнула я господину Инквизитору, проходя мимо, — Это всего лишь приворот.

Стоило мне выйти из лавки вслед за Джозефом, как мужчина окинул меня недовольным взглядом и требовательно поинтересовался:

— И как это понимать, Эли?

— Никак, — пожала я плечами, — С господином Инквизитором меня связывают исключительно деловые отношения. А с кем и когда мне завтракать, я могу решить сама. Поэтому, если вы намерены продолжить в том же духе, и забрасывать меня обвинениями так, словно вы мой законный муж, то, думаю, нам с вами будет не по пути.

Господин Хорант глубоко вздохнул, потер глаза ладонью и негромко произнес:

— Простите меня, госпожа Мурай. Мне просто сложно держать себя в руках, после того, как я увидел господина Ламберта в вашем доме. Я много думал после нашей последней встречи, — разоткровенничался мужчина, — И решил, что не должен так