Второе пришествие Воланда - Игорь Будков

ему его адрес на случай, если его опять упекут в психушку. Его друг, а жил он через три дома, волей судьбы побывал на том свете и посвятил в это только Николая Петровича – и то лишь потому, что Николай Петрович вовсе разуверился в этой жизни. Его рассказ и его уверенность в скором, в относительно скором, приходе в Россию Царя дали надежду и силы Николаю Петровичу.

Николай надеялся, что Николай Петрович позвонит своему другу и договорится о визите. А получилось, что необходимо выполнить просьбу Николая Петровича в случае его помещения в психбольницу, сообщить об этом его другу.

В итоге Николай с учащенным сердцебиением позвонил Маргарите и предложил ей вместе посетить путешественника в загробный мир. Она с радостью согласилась, хотя ей и было немного страшно, но Николай казался ей надежной опорой.

Уроки на сегодня закончились, и Маргарита, быстро собрав сумку, с улыбкой на лице покинула учительскую.

События последних дней не только вскружили ей голову, но и заставили ее немного беспокоиться. Она еще не отдавала себе отчета, что это за беспокойство, и потому инстинктивно направилась к дому друга Николая Петровича, где была назначена встреча, через двор дома номер тридцать один. Предчувствие ее не обмануло. На помойке орудовало несколько телевизионных каналов. Кто-то выпускал в эфир крупным планом дворника Рустама, кто-то говорил о зарождении соляного бума именно вчера после репортажа о нападении на женщину здесь, на этой помойке. Третьи говорили о таинственном убийстве и последующем не менее загадочном исчезновении трупа. В прямом эфире корреспонденты по очереди вели репортажи с помойки и от префектуры.

Невольно замедлив шаг, Маргарита разглядывала оборудование и работников телевидения. И тут ее взгляд остановился на сером, не очень пушистом и даже чуть-чуть плешивом существе, напоминающем крысу.

«Точно, – у нее екнуло сердце, – это крыса», – подумала она.

Крыса медленно, шаг за шагом, оглядываясь по сторонам, двигалась к стоящему от нее в одном метре оператору. Маргарите вдруг сделалось так страшно, что она кинулась к крысе, что-то крича и размахивая сумочкой. Вбежав в самую середину съемок, она зацепилась ногой за провода и с размаху упала, а ее сумочка пролетела вперед и накрыла крысу. Крыса, получив сумочкой по голове, не раздумывая метнулась к контейнерам и пропала.

Маргарите помогли подняться.

– Что случилось? – посыпались вопросы. – Что вас встревожило?

– Я увидела крысу. Мне показалась, она подкрадывалась к оператору, чтобы укусить его за ногу. – Маргарита отряхивала себя и свою сумочку.

– Вы прочитали это в ее глазах? – три микрофона поднесли к ее лицу.

– Нет. Просто показалось.

– Вы видели ее раньше?

– Она вам знакома?

– Нет. Я раньше никогда не видела здесь крыс, – Маргариту передернуло. – Очень неприятно.

– Вы считаете, крысы сбежались сюда на трупный запах?

– Я ничего не считаю, – Маргарите не нравилось быть в центре внимания. – Мне пора. Извините.

Она с трудом ушла от корреспондентов и направилась в соседний двор, где ее ждал Николай.

Корреспонденты ухватились за этот случай и преподносили его как акт самопожертвования под заголовками: «Русская женщина один на один с голодным зверем», «Детские тетрадки выбили агрессивные планы из головы крысы».

На самом деле крыса не собиралась никого кусать. Она просто устала от постоянного шума на ее родной помойке и потому решила незаметно перебраться в трансформаторную будку и пересидеть там до ночи.

Удар по голове женской сумочкой отрезал ее от внешнего мира. Она забилась под контейнер и уже больше не высовывалась.

Николай смотрел то на часы, то на проем между домами, из которого ожидалось появление Маргариты. Она опаздывала на десять минут, и с каждой секундой сильнее билось его сердце. Он решил не смотреть больше на часы и закрыл глаза, а когда на счете двенадцать открыл, Маргарита была от него в трех шагах.

– Привет, – запыхавшись выпалила она. – Я опоздала?

– Нет. Нет, конечно. Ты не опоздала, – Николай тряс головой, завороженно смотрел в радостные глаза Маргариты.

– Я готова, – Маргарита двумя руками держала перед собой сумочку.

– Тогда вперед. Но, – Николай поднес палец ко рту, – войдем в подъезд – и молчи. Говорить буду я. Договорились?

– Договорились.

Они направились к обшарпанному подъезду четырехэтажного кирпичного дома. Дверь со скрипом открылась, и они вошли в слабоосвещенный подъезд. Справа от лестницы находилась дверь. Николай взглянул на нее и, повернувшись к Маргарите, приложил палец ко рту. Она в ответ кивнула. Он медленно потянул ручку двери на себя, и она бесшумно открылась. Николай одной ногой шагнул в проем и остановился. Повернул голову в сторону верхней петли двери и, протянув руку, провел пальцем по ней. Потерев пальцы один о другой, поднес их к лицу и понюхал. Затем, повернувшись к Маргарите, еще раз поднес палец ко рту и медленно двинулся по ступенькам вниз.

Маргарита шагнула за ним в тепло-влажный темный и пугающий подвал. Медленно спустившись на семь ступенек, ее рука, опирающаяся на стену, погрузилась в паутину. Она замахала рукой, пытаясь скинуть с нее паутину, а другой рукой дернула за рукав едва различимого в темноте Николая.

– Мне страшно, – прошептала она. – Уйдем. Ну его, путешественника. Как бы беды не накликать.

– Тихо, – прошипел Николай. – Не бойся. Всё под контролем.

Маргарита вздохнула:

– Хорошо.

Они спустились. За ступеньками – коридор в правую и левую абсолютно темные стороны. Николай подсветил телефоном, и у стены обнаружились два старых, помятых, пустых ведра. Он тихонько переместил их в правый коридор, перегородив ими проход. Сами они пошли в левую сторону. Николай нащупал руку Маргариты и бережно взял ее в свою ладонь. Они двигались по коридору, освещая выплывающие на них из темноты старые башмаки, пустые бутылки, покрытый пылью ватник, чьи-то следы на полу… И вдруг Маргарита вскрикнула от неожиданности. Сзади загремели пустые ведра, и чьи-то шаги раздались на лестнице.

- Стой! Стрелять буду, – закричал Николай. – Ложись.

Маргарита не поняла, кому ложиться, и со страху уже хотела падать на пол, когда Николай дернул ее руку и увлек за собой. Наверху хлопнула дверь и заскрежетал засов. Они добежали по лестнице до двери и остановились. Дверь была заперта снаружи. Николай не выпускал все это время руки Маргариты. Она не пыталась освободить ее.

Он три раза ударил в дверь свободной рукой и затих.

Дверь оказалась хорошо подогнанной, без щелей. Они стояли почти в абсолютной темноте и были счастливы. Он задействовал вторую руку