Фу такими быть! Или Мистер и Миссис Фу (СИ) - Юраш Кристина

Призрак молчал. Видимо, он был в ужасе, как и я.

— …разрытая могила выглядела зловеще. Оттуда торчали обглоданные временем кости! — послышался жуткий голос мужа. — Огромные вороны отрывали от них куски гнилой плоти…

— Хлюп! — послышался звук, от которого тазик тут же наполнился.

— Мало, — заметил муж. — Вороны смотрели страшными глазами…. И словно переговаривались друг с другом, пока некромантик рылся…

Послышался еще один хлюп.

— О, теперь достаточно, — заметил муж. — А продолжение сказки будет позже…

Тазик исчез.

— А теперь, пока мама спит, я расскажу тебе сказку… Про одного мальчика… — усмехнулся муж. — Жил был мальчик… С мамой и папой. Мама и папа часто ругались. И однажды в доме появилось много-много людей. Они все ходили вокруг мальчика и жалели его. «Туда не ходи! Не пускайте ребенка! Он не должен это видеть!», — дернули мальчика и снова стали совать ему под нос игрушку. «Но там же мама и папа!», — удивился мальчик. — «Они что? Снова ругаются?». «Уже нет!», — ответили ему. И тут же замолчали.

В углу сидел призрак, обиженно гремя цепями.

— Хочу про принцессу-извращенку! — ворчало привидение, утешая себя ударами плетью.

— Молчать! — сверкнул глазами муж.

Даже я вздрогнула. Призрак забился в угол. Муж тут же продолжил.

— … а потом на пороге появилась очень красивая женщина. Она пахла бисквитами и цветами. Она была похожа на клумбу. Так подумал мальчик, — продолжал муж, пока гном болтал ногами. — Она сказала, что она его тетя. И забирает его. «А как же мама и папа?», — спросил мальчик. «Ты будешь волшебником!», — улыбнулась тетя. Она показала мальчику магию. И сказала, что научит его так же…

Погодите, это тот самый темный чародей, который… Нет, это точно он? Не верю!

— Мальчик спросил, а что с его мамой и папой, — задумчиво продолжил муж. — И тетя сказала, что они умерли… Но если мальчик будет хорошо учиться магии, то сможет их вернуть…

Повисла тишина. Мертвых не воскресить!

Я легла и прикинулась спящей, слушая сказку.

— Это сейчас мальчик знает, что воскресить мертвых магия не способна. Но тогда он поверил, — заметил муж. — А потом началось обучение. Каждый день он спрашивал, а когда мы будем учиться воскрешать мертвых? И каждый день ему отвечала тетя, что для начала нужно научиться правильно рисовать печати, отработать движение рук, выучить заклинания…

Я стиснула зубы. Я не знала об этом! Может быть, если бы знала, то вела бы себя по-другому тогда…

Мне почему-то было так тепло, уютно. Откуда-то выплыли воспоминания.

— А мы уже проходили начальное обращение! — гадким голосом заявил несносный мальчишка.

— А мы уже рисовали первые печати! — парировала я. Вокруг нас цвел волшебством сад, хотя на улице была осень. За оградой стояли голые деревья, стыдливо прикрываясь последними листочками.

— А мы вчера варили приворотное зелье! — хвастались мне. — Скоро — скоро я научусь воскрешать людей!

— А мастер сказал, что это невозможно! — заметила я. — Мы это недавно проходили!

— А вот и возможно! — крикнули мне в лицо.

— А вот и нет! — крикнула я.

— Ах ты, жаба! — послышался крик.

— Сам ты жаба! — закричала я, хватая палку. А дальше я помню грязь, ветки и «ыыыыы! Сам такой!».

Довольный гном лежал и икал. На меня повернулись мешки под глазами. Взгляд у него был такой, словно он три магический войны видел. И во всех участвовал.

— На сегодня сказка окончена! — заметил счастливый «отец», ссаживая гнома в люльку. Гном отрыгнул так, словно три пьяных орка.

— А который час? — спросила я, демонстративно подтягиваясь.

— И на дежурство заступает мама! — выдохнул муж, доползая до кровати и падая бревнышком.

— Пост сдал, пост принял, — пробурчал он в подушку.

— А что это вы друг другу внимание не уделяете? — послышался голос домомучительницы. — Сегодня даже не обнимались! И не целовались! Вы знаете, мистер Фу! Если вы прекратите так себя вести от вас уйдет жена!

— Отрасти ноги и сходи по адресочку, куда я сейчас тебя пошлю, — послышался сдавленный подушкой голос.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— О, не может быть! — ужаснулась домомучительница. — У нас опять отношения не клеятся! Значит, нам нужен… ребенок! Как говорится, лучший клей для отношений — детские сопли!

— Нет! — хором закричали мы, вскакивая.

Глава тринадцатая. Тайный подыхатель

— Нет, я решительно настаиваю на еще одном ребенке! — заметила домомучительница. — К тому же, если ребенок будет плакать, я решила, что буду принимать меры! Вы должны быть идеальными родителями! Все в этом доме должно быть идеально!

Если честно, то ее слова меня настораживали! Какие же меры она собралась принимать?

Рядом с одной колыбелькой появилась еще одна. Мне было страшно к ней подходить. Но я сделала решительный шаг, заглянув в нее. В ней лежал мужичок с клинообразной бородкой и тараканьими усиками. Он был абсолютно лыс и напрочь лишен носа.

— Это в прапрадедушку, — заметил муж, зевая. — Он заклинанием случайно отшиб себе нос. Ну что, сморкастик?

— Это тоже девочка? — спросила я, рассматривая тело в пеленках.

— Да! Они близняшки! Я и так стараюсь, чтобы у вас было меньше проблем! С девочками всегда меньше проблем! — умилилась домомучительница. — Правда, она милая?

И тут «девочка» зевнула. У нее были острые клыки, как у волка.

— Когда спит зубами к стенке! — заметил муж. — Не припоминаю, чтобы у меня был оборотень в роду… Хотя… Погодите… Был! Я ошибся! Был! Прапрапрадед всю жизнь охотился на оборотней!

— Неужели? — удивилась я.

— В надежде, что он его укусит, — заметил муж. «Аууууу!», — донеслось протяжное из колыбели.

— Поздравляю, мама! Ты ему палец в рот не клади! — заметил муж и похлопал меня по плечу. Он направился к двери.

— Стой! Ты куда? — ужаснулась я, глядя на две колыбели. Я и с одним с трудом справляюсь, а тут целых двое!

Но дверь захлопнулась.

— Предатель, — сквозь зубы процедила я, качая сразу две люльки. «Ушел, значит! Бросил меня с двумя детьми! Ушел спать в другую комнату!», — скрипела зубами я.

Обида росла с каждой секундой.

— Вот и доверяй после этого мужчинам! — шипела я, пытаясь заклинанием убрать кучку.

— Одному нужно спеть колыбельную, другому рассказать сказку! — поучала меня домомучительница. — Что вы так смотрите, миссис Фу? Представьте, что вы родили сразу двоих детей!

Дверь открылась, а на пороге появился муж.

— Ути кто у нас тут папе чуть полпальца не отгрыз? — склонился он над колыбелькой.

— Вот! Берите пример с мистера Фу! Он — идеальный отец! А вы — отвратительная мать!

— Отвлеки ее пока, — послышался едва слышный шепот мне на ухо. Я бросила взгляд на мужа, продолжая магией трясти люльки.

Он исчез за дверью, а я не знала, как унять эти крики.

— Вы что? Не видите, что один ребенок хочет сказку, а второй колыбельную? — удивилась домомучительница, пока я пыталась отыскать книгу сказок.

— А можно я в туалет схожу? — спросила я, глядя на дверь.

— Вы что? С ума сошли? Идеальная мать не должна ходить в туалет! — возмутилась домомучительница. — А вдруг с ребенком что-то случится?

— И что? Мне терпеть до его совершеннолетия? — возмутилась я, срочно требуя отпуск.

Дверь открылась, и в комнату вошло чудовище. Я дернулась, округляя глаза. Это было что-то похожее на зомби. На нем было задом наперед надето женское платье.

— Эуыр… — выдало зомби, и направилось ко мне подволакивая ногу. Три волосины были кокетливо уложены в «прическу», на ногах были разные туфли, причем, обе левые…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Это что такое? — ужаснулась я, видя, как чудовище приближается ко мне с протяжным постаныванием. Голова завалилась на бок, а выставленные вперед руки шарили впереди себя.

— Это — наша няня! — послышался голос мужа. Он стоял, опираясь на дверной косяк с закатанными рукавами рубашки.