Лоуренс Уотт-Эванс - Ночь Безумия

– Если это намек, что я должен отпустить тебя, то прости, Кларим, и потерпи еще немного. – Правитель вновь обратился к остальным: – Венгар, мне известно: на площади собрались несчастные горожане. На что они жалуются? Поджоги, грабежи, насилие?..

– Поджоги, грабежи, насилие – а еще воровство и убийства, милорд, – проговорил Венгар. – Об изнасилованных женщинах мне не докладывали, но, возможно, еще доложат. Хотя больше всего жалуются на исчезновения людей.

– Исчезновения?.. – переспросил Азрад. – Не припомню, чтобы слышал об этом.

– Предупредил же я, что сплю на ходу, – пробормотал Кларим. – Совсем забыл сказать.

– Милорд, – вмешался Венгар, – донесений об исчезнувших у нас чрезвычайно много. Люди пропали после того, как поднялся крик и чары впервые явили себя. Кое-кто просто ушел и не вернулся; других, похоже, вытащили из окон или через дыры в крышах. Капитан Нараль ведет подсчет; последний раз, когда я виделся с ним, пропавших было порядка трех сотен.

– Три сотни?

– Да, милорд.

– Их забрали чародеи?

– Логика подсказывает, что да, милорд. Большая часть жалобщиков уверена именно в этом.

– Три сотни человек!

– По меньшей мере.

Азрад плотнее уселся на троне и с минуту молча смотрел на Венгара.

– Мне нужны донесения, – сказал он наконец. – Мне нужны письменные отчеты капитана Нараля и того, кто говорил с лордом Ханнером, – и любого, кто знает хоть что-то об этих исчезновениях. Я не потерплю такого в моем городе! Если это дело рук чародеев, я желаю, чтобы их всех изгнали.

– Да, милорд, – поклонился Венгар.

– Иди и займись этим! – Правитель жестом отпустил его.

Когда Венгар удалился, Азрад ткнул пальцем в Кларима

– Ты, – проговорил он, – ступай приведи мне Фарана. Мне дела нет, спит он там или не спит. Мне он нужен немедленно! Тащи его сюда, и можешь отправляться спать.

– Да, Азрад. – И Кларим вышел вслед за капитаном Венгаром.

– Пошли за магами, – приказал Азрад Илдирину.

Потом оглядел остальных – Караннина, Имру и Азрада Младшего.

– А вы трое, – сказал он, – займитесь каким-нибудь делом. По возможности полезным и где-нибудь не здесь.

Мгновением позже покой опустел, и лишь Азрад, совершенно несчастный, простерся на троне, с ужасом предвидя часы – а возможно, и дни! – бурной деятельности, покуда он наконец не разберется со всем этим и не сможет вернуться к обычному блаженному ничегонеделанию.

Глава 15

К тому времени как вернулась Альрис, лорд Ханнер ничего еще не решил насчет чародеев.

Он бродил по дому, восхищаясь по крайней мере теми двумя этажами, которые были ему доступны, и раздумывал, должен ли делать что-то еще.

Начал он с того, что сходил проведать пленников и убедился, что им принесли еду и воду. Они, казалось, смирились с судьбой и были готовы предстать перед судом. Кирша, та юная девушка, что была арестована среди похищенных тканей и украшений, попросила разрешения сообщить о себе родным, но ей ответили, что придется немного подождать.

Покончив с этим, Ханнер спустился вниз и отправился осматривать дом. Высокие двери в задней стене столовой вели в огромный бальный зал, который выходил прямиком в сад. На полу, в инкрустациях паркета, Ханнер разглядел круг, вполне пригодный для ритуальных танцев: дань дядюшки Фарана увлечению магией, решил он. Сперва Ханнер сомневался, использовался ли крут по назначению; потом заметил старые, неаккуратно затертые следы мела и понял, что использовался.

Вот интересно, подумал он, включает ли в себя запрет заниматься магией ритуальные танцы; но он не знал, ни кто были танцоры, ни для чего использовался танец, а потому и судить, нарушен ли запрет Гильдии, не мог.

Маленькая дверь в восточной стене столовой вела в кухни и кладовые, где и проводил большую часть дня Берн. Интерес хозяина к магии был заметен и здесь: Ханнер обнаружил сами собой передвигающиеся горшки и непустеющий кувшин с водой.

В западной части дома, за большой прихожей, располагались салоны, кабинеты и библиотеки.

Когда в замке парадной двери заскрежетал ключ, Ханнера от прихожей отделяли две комнаты – он восхищенно рассматривал коллекцию шанского стекла – или виртуозных подделок: впрочем, насколько Ханнер знал своего дядю, подделок он бы в своем доме не потерпел. Ханнер вертел в руках изящный пурпурный графинчик в форме орхидеи, любуясь нежными переходами цвета от индигово-синего донышка к алому верху, – и тут услышал, как повернулся ключ. Он оглянулся, и сосудик выскользнул из его пальцев.

Ханнер попытался удержать его, сообразил, что раздавит, и промедлил, а потом стало вообще поздно, до графинчика дотянуться он уже не мог. Но он все равно пытался поймать сосуд, отчаянно желая, чтобы он не упал...

И он не упал. Он медленно опускался, будто погружаясь в масло, и Ханнер сумел с легкостью подхватить графинчик задолго до того, как он ударился о твердый паркетный пол.

Ханнер поймал сосуд в воздухе, осторожно поставил на полку и уставился на него.

Не приходилось сомневаться в том, что произошло. Он тоже оказался чародеем.

Значит, все-таки и он чародей, просто раньше он этого не понимал.

Над этим стоило поразмыслить. Как он стал чародеем? И почему он им стал?

А может, чародеями стали все, просто большинство людей еще не обнаружили этого? Или чародейство заразно, как болезнь, и он подцепил его у кого-то из своего отряда?

Сначала Ханнеру ничего не приходило в голову. Он совершенно не изменился... и тут он вспомнил, как споткнулся накануне ночью, за миг до того, как поднялся крик.

Скорее всего это случилось тогда, а он просто ничего не замечал – до сих пор.

Сколько еще людей, подумалось ему, в подобном положении?

В прихожей Берн говорил с Альрис, и голосок сестры прервал размышления Ханнера.

– Ханнер! – звала она. – Где ты там?

Он заставил себя отвлечься от стеклянных вещиц и своих новых способностей и откликнулся:

–Я здесь!

Потом, бросив на графинчик прощальный взгляд, вышел из комнаты.

Увидев сестру, он сразу понял, что она одновременно и возбуждена, и встревожена – и встревожился сам, потому что обычным настроением Альрис было скучающее неудовольствие.

– Ты говорила с дядей Фараном? – спросил он.

– Нет. Он был слишком занят, чтобы подойти к двери, а меня не впустили.

Ханнер удивленно моргнул.

– Не впустили? Ты хочешь сказать – не пустили во дворец?

– Ну да. Внутрь по-прежнему по какой-то причине никого не пускают. Правитель указа не отменил и не похоже, что отменит. И дядя Фаран ничего по этому поводу не предпринял – стражник сказал, что, как он думает, Фаран согласен с правителем!

– Иногда с ним такое бывает, – сухо заметил Ханнер. – Так с кем же ты говорила?

– В основном с охраной. Ханнер, все плохо, очень плохо.

– Что плохо?

– Все. В городе беда. То, что случилось ночью...

Ханнер уселся в кресло и показал сестре на соседнее.

– Рассказывай, – потребовал он. – Что случилось ночью, кроме воровства и драк?

– Люди пропали, – ответила Альрис. – Сотни людей!

Ханнер нахмурился.

– Как пропали? – спросил он. – Просто исчезли? Или что-нибудь сверкало, громыхало, дымилось? Я лично ничего подобного не видел. И не слышал.

– Ничего такого не было, – ответила Альрис. – Во всяком случае, не всегда. Может, с кем-то подобное и случилось, но большинство, похоже, просто исчезло. Когда их поутру стали искать родные или соседи, их не оказалось. Но ходят слухи, что видели, как они дюжинами улетали прочь, а ночная стража доносит, что через Западные ворота около полуночи, не сказав ни слова, вышло огромное множество народу – все шли без вещей, а кое-кто даже без одежды!

В груди Ханнера шевельнулся холодный комок. Юноша вспомнил пролетающие над головой силуэты. Сколько же их не вернулось, спросил он себя.

– Зачарованные, – проговорил он. – Возможно, против воли.

Альрис кивнула:

– Очень может быть. Во всяком случае, так думает большинство. Там на площади огромная толпа друзей и родни, и все ждут, чтобы правитель что-нибудь сделал, и все уверены, что не обошлось без чар – ведь и правда, что еще может заставить человека вот так просто взять и уйти из дому посреди ночи, да еще и не вернуться?

Ханнер хмыкнул в знак согласия.

– Но вот о чем спорят, так о том, что это за чары, – продолжала Альрис. – Большинство сходится, что это дело рук чародеев.

– Глупость какая! – возмутился Ханнер. – До прошлой ночи чародеев не было. Да у них просто не хватило бы времени измыслить что-то подобное!

Альрис развела руками.

– Ну, во всяком случае, большинство уверено, что какая-то связь тут есть. Кое-кто считает, что за этим стоит Гильдия магов – по каким-то своим причинам, а другие – что это заговор демонологов, которым оплатили некое великое заклятие... Да, а еще говорят – это месть северных колдунов, выживших после Великой Войны.