Сергей Мусаниф - Третье правило стрелка

— Нет, — сказал Реджи.

— Деревья валить кто-нибудь умеет?

— Нет, — сказал Реджи.

— А как же вы костры разводите, чтобы по ночам греться?

— А мы из веточек, — сказал Реджи, — которые на земле валяются.

— Из веточек, значит. — Друид яростно поскреб в бороде. То ли это помогало ему думать, то ли борода жутко чесалась. — А как насчет животных?

— А что насчет животных? — уточнил Реджи.

— Животных убиваете?

— Зачем?

— Чтобы питаться их мертвой плотью, — пояснил друид.

— Мой спутник имеет кремнийорганическое происхождение, — заявил Реджи. — А я вообще вегетарианец.

— Непохож ты на вегетарианца, — сказал друид.

— Вегетарианцы могут выглядеть по-разному, — сказал Реджи.

— Может быть, — сказал друид. — Предъявите багаж к досмотру.

— У меня никакого багажа нет, — сказал Негоро.

— Зато у твоего приятеля есть. Открой чемодан, — сказал друид Реджи.

— Пожалуйста, — сказал Реджи. — Только это саквояж.

— Без разницы, — сказал друид.

Заглянув в любезно распахнутый Реджи саквояж и убедившись, что он абсолютно пуст, друид сокрушенно покачал головой.

— Мяса не едите, деревья не рубите, припасов никаких с собой не несете. Пропадете вы здесь, парни.

— Где наша не пропадала, — сказал Реджи.

— Не знаю, где ваша не пропадала, но в наших местах и не такие бесследно исчезали, — успокоил его друид. — Кстати, меня Пентагоном зовут.

Негоро и Реджи тоже представились, после чего друид возобновил допрос:

— Вы тут по делу или просто путешествуете?

— Это как посмотреть, — сказал Реджи. Если бы он заявил, что совершает путешествие, друид потерял бы к ним интерес и вряд ли проводил в священное место, где хранился Серебряный Серп. Если же сказать друиду, что путники явились за их главной реликвией, их туда тоже вряд ли отведут. — Мы ищем… кое-что.

— Например? — насторожился друид.

— Нечто нематериальное, — сказал Негоро. — Смысл жизни. Хотели бы поговорить с вашими мудрецами. Ведь у вас тут есть мудрецы?

— Мудрецов у нас много, — согласился Пентагон. — Плюнуть некуда — в мудреца попадешь. Можешь меня о смысле жизни спросить. Я тоже мудрец.

— А что же ты, мудрец, в кустах-то сидел, словно тать в ночи? — поинтересовался Негоро.

— Я мудрец с большой дороги, — сказал Пентагон. — Собираю подати с проходящих мимо путников. Только с вас, бедолаги, и взять-то нечего.

— Я не знал, что друиды собирают с путников какие-то подати, — заметил Негоро. — Друиды должны жить дарами природы. Ты уверен, что ты друид?

Пентагон одной рукой покопался в бороде, а другой потер свой округлый животик.

— Уверен, — заявил он. — К тому же природа всеобъемлюща и путники являются ее неотъемлемой частью, так что их дары тоже можно считать дарами природы.

— Непобедимая логика, — признал Негоро. — Ты покажешь нам дорогу к вашему главному мудрецу?

— Мудрость — это слишком широкое понятие, чтобы у ее носителей существовал рейтинг, — сказал Пентагон. — Каждый из нас по-своему мудр и достиг вершин в своей области.

— Я даже боюсь спрашивать, какая область досталась тебе, — сказал Негоро.

— Казуистика, — сказал Пентагон. — Какого рода знания вам потребны?

— Ну… э… — сказал Негоро. — Как насчет главного вопроса жизни, вселенной и всего остального?

— Сорок два, — сказал Пентагон.

— Почему сорок два? — опешил Негоро.

— Это ответ на главный вопрос жизни, вселенной и всего остального. Его все знают, — сказал Пентагон. — По крайней мере все образованные люди, к числу которых, как я вижу, ты не принадлежишь. Еще вопросы?

— Лично я бы хотел знать, где хранится Серебряный Серп, — решился Реджи.

— Зачем это тебе? — спросил Пентагон.

— Я всегда интересовался подобными вещами, — сказал Реджи.

— Надеюсь, твой интерес имеет чисто академический характер?

— Почти.

— Тогда вам повезло, — сказал Пентагон. — Сегодня ночью состоится ритуал, во время которого любой желающий может узреть Серебряный Серп своими собственными глазами.

— Вот здорово, — сказал Реджи. — И где состоится этот ритуал?

— Я не могу вам сказать, ведь вы же не друиды, — заявил Пентагон. — Только друиды имеют право присутствовать при таинстве нашего обряда.

— Тогда почему же ты сказал, что нам повезло? — спросил Негоро.

— Мы совершаем этот обряд каждый год в один и тот же день, — сообщил Пентагон. — И с давних времен существует традиция приглашать на него несколько посторонних людей. Что-то типа почетных гостей, понимаете?

— Понимаем, — сказал Негоро. Память сотворившего его волшебника хранила много подробностей о ритуалах друидов и их «почетных гостях».

— Вы можете стать нашими почетными гостями. Если вы согласитесь, я сам провожу вас к месту проведения ритуала.

— Мы согласны, — сказал Реджи, прежде чем Негоро успел его остановить.

— Тогда потопали, — улыбнулся Пентагон.

— Ты совсем дурак? — поинтересовался Негоро, когда Пентагон утопал в кустики, чтобы, по его собственному выражению, «принести природе свои дары». — Разве ты не знаешь, какие именно ритуалы проводят друиды? Они приносят людей в жертву на своих каменных алтарях или сжигают их на кострах в равноденствие. Или в полнолуние, я точно не помню. Во всяком случае, они этим своим Серебряным Серпом явно не картошку чистят.

— Не понимаю, почему ты волнуешься, — сказал Реджи. — Друиды даже при помощи Серебряного Серпа не смогут пустить тебе кровь.

— Я не хочу, чтобы мне отчекрыжили голову, — сказал Негоро. — Я не хочу, чтобы голову отчекрыжили тебе, потому что останусь один, не смогу добыть артефакт, прогневаю Горлогориуса, и тогда он точно отчекрыжит мне голову.

— Твой инстинкт самосохранения никогда не вступает в противоречие со страстью к уничтожению вселенной?

— Пусть это покажется тебе странным, но ответ отрицательный, — сказал Негоро. — Видимо, смерть в большой компании меня совсем не страшит.

— Удивительное проявление коллективизма, — заметил Реджи.

— Великая вещь — стадный инстинкт, — подтвердил вернувшийся Пентагон. — О чем вы говорили-то, парни?

— Ни о чем, — быстро среагировал Негоро. — Просто так трепались.

Пентагон пожал плечами и энергично зашагал в ему одному ведомом направлении. Реджи и Негоро дали друиду небольшую фору, чтобы он не мог их подслушивать, и потопали следом.

— Пентагон не производит на меня впечатления опасного человека, — сказал Реджи. — У него даже оружия с собой нет.

— Ага, он своих врагов руками душит и зубами грызет, — согласился Негоро. — Не производит впечатления… Он ведет нас в ловушку и, между прочим, делает это с твоего согласия.

— Тебе известен более быстрый способ добраться до Серебряного Серпа?

— Доберемся мы до него, а дальше что? Серпом по… шее, и привет семье.

— Все бессмертные — такие зануды или мне исключительно повезло? — вопросил Реджи. — Знаешь, если бы меня попросили придумать самое страшное для тебя наказание, я запер бы тебя наедине с самим собой и ты сам бы занудил себя до смерти.

Глава 9

Жизнь полна сюрпризов.

Бозел был в ярости.

Это длилось уже довольно долго, и на данный момент больше всего остального его злили волшебники. Волшебное сообщество в целом и молодой Гарри Тринадцатый в частности.

Некоторое время назад Бозел согласился на унижающее честь и достоинство дракона предложение и временно принял человеческий облик. Большого выбора у него не было — либо это, либо драка сначала с Гарри, а потом со всем волшебным сообществом, которое крайне негативно относится к инцидентам, во время которых посторонние лица пожирают его членов.

Бозел сделал все, что от него требовалось: сопровождал непутевого Гарри и его спутника — профессионального убийцу — в долгом и опасном путешествии, пережил несколько неприятных моментов и под конец выполнил свою часть уговора — зарубил злобного волшебника Негориуса зачарованным мечом. После этого Бозел вернулся в свою любимую пещеру, надеясь провести пару веков в божественной скуке и восхитительном покое.

Как бы не так.

Все знают: кто рассчитывает на благодарность волшебников, строит свой ледокол из хрусталя, но Бозел надеялся, что про него забудут хотя бы на время. Однако уже через неделю после возвращения из странствий к Бозелу приперся первый из посланных Мерлином рыцарей, после чего закованные в броню парни стали являться с завидной регулярностью, действуя порядочному дракону на нервы.

Бозел рыцарей не любил.

От постоянных физических упражнений мясо рыцарей становилось жилистым и невкусным, а их приверженность к алкогольным напиткам ситуацию отнюдь не улучшала. Рыцарей можно запекать в собственной броне, но выковыривать их потом оттуда — это настоящее наказание. Кроме того, рыцари являются крайне несговорчивой частью драконьего рациона. Те же бараны намного превосходят их по вкусовым качествам и гораздо проще в приготовлении.