Фу такими быть! Или Мистер и Миссис Фу (СИ) - Юраш Кристина

— Ааа, — простонала я, не чувствуя заклинания вообще. — Карма-а-а не треснет? Аааа!

— Мистер Фу! Фу таким быть! — возмутилась домомучительница. — Вы должны присутствовать при родах! В идеальной семье все так делают!

— Хорошо, хорошо! — согласился муж, демонстративно усаживаясь в кресло. Он взял книгу: «Молодой отец — это еще не конец!», с противным шелестом листая страницы.

— О, как интересно… Ага… Ну-ну… — страница с шелестом перевернулась. Муж поднял глаза. — Дорогая, ты там скоро?

— Ах ты… — закусила я губу, терзая одеяло. — Ой-ой-ой!

— Ну как? На какой стадии? — спросил муж, снова поднимая на меня глаза. — Там конец близок?

Страница снова перевернулась.

— Да, да! — стонал рядом призрак, почесываясь плеткой. — Ничего себе! Вот это пытка!

— Я вежливо поинтересуюсь, — заметил муж. — А можно потише? Просто ты немного мешаешь сосредоточиться…

— Ненавижу, — простонала я, снова стиснув зубы и зажмурившись.

— Мистер Фу! Вы должны сидеть рядом, утешать жену, утирать ей пот! Фу таким быть! — возмутилась домомучительница.

Я плохо помню, что было дальше.

— Вы не должны ругаться при ребенке! — строго заметила домомучительница, когда я выпалила такое, от чего покраснели бы благородными девицами даже портовые маги — грузчики.

— Он же еще не родился, — простонала я, дыша, как ежик.

— Но головка как бы уже показалась! А на головке уже есть уши! — спорила со мной домомучительница. — Так что он все слышит! И запоминает! Представьте себе, первое, что он услышит в этом мире — это то, как его мама ругается нехорошими словами!

— А если бы вперед ножками, то можно было бы? — простонала я, чувствуя, как сводит живот. — Ай! Ой! Ух!

— Ну, поздравляю! — выдохнула домомучительница. — У нас как бы малыш!

— У-у-у! — протянула я, видя, как живот уменьшается.

— Отлично! Вы прямо созданы для родов! — умилилась домомучительница. А я не могла поверить, что все закончилось. Платье прилипло к спине, руки тряслись, а я села на кровати, приводя себя в порядок.

— Ура! — поднял глаза супруг. И изобразил улыбку.

— Я жалею, что вышла за тебя замуж, — выдохнула я, приходя в себя. — Такого черствого сухаря я еще в жизни не видела.

— Зови меня греночкой, — улыбнулся муж. — Тебе ведь было не больно. Я трижды кидал заклинание. Так что хватит мне тут рассказывать!

— Как там говорилось? И в болезни, и в здравии… И в боли, и что-то там еще… Мне кажется, что в идеальной семье, за которую я двумя руками, мужчина тоже делит боль пополам! Даже от родов! Или хотя бы на своей шкуре знает, что такое рожать!

Воцарилась тишина. Я была ужасно зла!

— А вы правы, Миссис Фу! — внезапно послышался голос домучительницы. — Мисетр Фу должен понимать, что такое роды!

Я чувствовала себя исчадьем, глядя на то, как у мужа растет живот.

— Дорогой, неужели я так вкусно готовлю? — с издевочкой заметила я, глядя в изумленные глаза мужа.

— Тебе больно, милый? Да? — участливо спросила я, глядя на мужа. — А ты приляг…

— Ну? И? — заметил муж, глядя на свой живот. — Что тут такого? Больше крика, чем… чем… чем… Аааааааа!!!!

Мне показалось, что зазвенели стекла.

— Аааааа!!! — орал муж так, что даже если бы мы жили рядом с кладбищем, то перебудили соседей.

— Оооооо!!! — слышался его голос. — Заклинание быстро!

— Я уже кинула, — вздохнула я, стряхивая магию с пальцев. — Тебе легче?

— НЕЕЕЕЕЕТ!!!! — скорчился супруг, едва доползая до кровати.

— Давай-давай, еще три метра! — болела я, видя мучения.

Даже дед стоял, уронив призрачную челюсть. Он выглядел несчастным. Словно впервые в жизни почувствовал себя школьником среди профессоров.

— Иииииии!!!! — слышался голос мужа. — Еще заклинание! Да это … это… Ааааа!!!!

Боль прекратилась, муж притих.

— Ну вот и все, — заметил он, переводя дух. Он лежал на подушке, глядя на меня измученным взглядом. Взмокшие волосы, словно черная паутина облепили подушку.

— Это были первые схваточки, — заметила домомучительница.

— Что?! — дернулся муж, пытаясь встать. Но боль догнала его раньше.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Вот тебе еще заклинаньице. Легче, дорогой? — спросила я. — Ой, там книжку интересную видела «Этикет для вдовы». Пойду, почитаю….

— Куда-а-а!!!! — заорал муж страшным голосом.

— Я тут, тут, — заметила я, усаживаясь в его кресло и беря черную книжку с надгробным памятником. — Ты там, как отстреляешься, скажешь! И попробуй только родить мне девочку!

— Что? Я не слышу! Ааааа! — корчился муж.

— Говорю, что мне наследник нужен! — усмехнулась я, сидя в кресле нога на ногу. Книга

«Этикет для вдовы» была достаточно интересной. Мне очень понравилась фраза: «…научитесь рыдать каждые пять минут. Потренируйтесь перед зеркалом. В рыдании обязательно должны присутствовать: „Я не могу… На кого он нас покинул… Бедный, бедный (вставить имя) … О, лучше бы я умерла вместо него…“».

— Аааааа!!!! — орал муж, словно его режут.

— Я не могу! — всхлипнула я. — На кого он нас покинул! Бедный-бедный… Эм… Эльфисер, кажется… О, лучше бы я умерла вместо него!

— Ооооооо!!!! — понравилось мужу мои будущие рыдания.

— Могу вслух почитать! Итак, черное стройнит, поэтому вдова может есть сколько влезет! — читала я, листая страницы. — Черная вуаль на лице придумали, чтобы скрыть отсутствие слез… Как правильно выбрать носовой платочек для вдовы? Выбор носового платка — очень важный выбор! Он должен быть кружевной, легкосминаемый и большой, чтобы показать глубину вашего горя…

— А-а-а-а-ай! — выдал муж, пытаясь встать с круглыми от ужаса глазами. Он тянул ко мне обессиленную руку, словно в надежде, что я спасу его.

— Да, милый? Тебе ручку погладить? — спросила я, вставая и подсаживаясь на кровать. — Бедный мой… Эх, как тебя угораздило!

— Ненавижу, — цедил муж, а лоб его покрывался бисеринками пота. Волосы облепили его мокрый лоб и висели сосульками.

— Ой, да ладно! Я целых три заклинания в тебя бросила! Хватит придуриваться. Это совсем не больно, — ядовито вернула я.

— Ааааа!!! — заорал внезапно муж, едва ли не согнувшись пополам.

— Я книжечку пока почитаю, да? — спросила я, глазами показав на кресло. — Могу в коридоре подождать. А то все эти женский штучки…. Не хочу вникать! Потом, крикнешь, кого родил! Договорились?

— Не уходи, — схватили меня за руку и сжали ее изо всех сил. — Ооооо!!!

— Ой, ты что-то некрасиво выглядишь, — с укором произнесла я. — Тебе не идет это выражение лица, дорогой!

— Да мне плевать, как я выгля-я-я-яжу! — со стоном протянул муж. Он замер, переводя дух.

— Мужчина всегда выглядеть красиво! Даже когда рожает! — усмехнулась я, вспоминая как присутствовала при родах проклятого ребенка. Ну и денек был, скажу вам! Ничего, все закончилось хорошо. Никто не умер. Только муж разбил голову в кровь о стул. Я метко кидаюсь стульями, если что.

— Ну все. Давай, держись! А я пока в туалет схожу! Смотри, без меня не рожай! Мать я все-таки! — с улыбкой заметила я. — Ты там без меня не роди! Я быстро!

— О, да…. — стонал призрак, витая вокруг мужа. — О, да-а-а-а!

Стонал он уж больно сладострастно. С томным придыханием.

— Беру свои слова обратно! — с невероятным усилием выдохнул муж, морщась. — Только отгони его от меня!

— Так, а это уже интересно, — заметила я, устраиваясь на подушечке рядом. — Ну-ну! Брысь, извращенец!

На меня посмотрели взглядом обиженной гимназистки: «Никакого почтения к усопшим! Хоть бы розы на могилку отнесли!». Мне показалось, что вместо «роз» прозвучало «розги».

— Это просто адская боль! — задыхался муж, в агонии сжимая мою руку. — Прости меня… Я не знал… Не уходи… Прошу тебя…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я убирала руку, а он судорожно ловил ее своей дрожащей рукой. Наконец он поймал ее и сжал.

Он поднес мою руку к губам и судорожно поцеловал. А меня словно током прошиб этот поцелуй извинения. Это было так неожиданно, что я отдернула руку, прижимая ее к груди. Сердце колотилось, в груди стало тесно. Воздух куда-то исчез. Мне показалось, что я не могу сделать вдох, ловя рукой убегающее сердце.