Второй шанс для Элии - Марина Николаевна Александрова

утешить, но судя по всему не чем… — тяжело вздохнул Фет, сложив руки на обнажённой глянцево-черной груди. Единственным предметом одежды на мужчине была золотая юбка из тонких кожаных полос чуть выше колена. Царящий в предгорьях Тарволь холод его ничуть не беспокоил. В конце концов, он бог и холод был ему ни по чем.

— Это последняя кровь, Фет, понимаешь? — несколько болезненно прошептал Маат опускаясь на колени возле висящей в воздухе девушки. — Кровь, которую ещё нужно суметь пробудить.

Оба мужчины были гораздо выше любого человека и лишь поэтому девочка казалось такой маленькой рядом с ними.

— Я предвидел это, — тихо сказал Фет. — Я знаю, один раз ты уже пострадал за то, что нарушил правила и влез в дела мирские, но ты ведь жив! А, если эта девчонка ни на что не годится? Я не желаю видеть, как мой единственный друг умирает…

— Что ты? — нахмурив светлые брови, посмотрел Маат на друга своими неоново-голубыми глазами.

— Я украл прялку у сестры, — прошептал Фет.

— Ты спятил⁈ Плетущая судьбы и души не сможет без своей прялки…

— Поэтому, нам надо поскорее её вернуть! — прошипел мужчина, сверкнув на Маат черными глазами полными негодования. — Мы не будем ничего конкретно менять! Всё, что нам нужно притянуть сильную, но разрушенную душу и сплести один стержень с другим ну и мотануть колесо разок назад! Нестрашно! Ничего не изменится, да и не заметит никто! — протянул он на ладони крошечную сияющую золотом прялку, стоявшую на не менее крошечном колёсике.

— И, где я тебе достану такую душу?

— Я же не просто так принёс это, — Фет выразительно посмотрел на артефакт в своих руках. — Смотри, — точно фокусник он разжал вторую ладонь, чтобы показать изрядно потрёпанную, но всё ещё тлеющую искру чужой души. — Притянул его…

— Его? — нахмурился Маат. — Он был мужчиной?

— Ой, да какая разница, — пожал плечами Фет. — Сестра говорила, что у душ пола нет!

— После прохождения через очищающий котёл, — в отчаянии вскинув руки, воскликнул Маат.

— Да всё равно, — взмахнул рукой Фет. — Эта через котёл уже не пройдёт. Слишком надорвана. Да и нужен нам лишь стержень, память не подтянется. Сплетём с душой последней, — кивнул он на висящую к верху ногами девицу, — отмотаем немного время назад, дадим ей время слиться с более сильным стержнем, и мы получим то, что нужно!

— Где ты её взял? — практически жалостливо просипел Маат, не зная уже можно ли согласиться с предложением друга или лучше отказаться и принять свой конец вместе с последней из созданного им народа.

— В одном безмагическом мире, — пробормотал Фет. — Там у них какая-то Перестройка и выживали лишь те, кто за себя мог постоять. У него был свой отряд, его звали Илья, правда, похоже на имя девчонки? А? — заискивающе улыбнулось божество. — Ну, и они боролись за справедливость, — важно кивнул Фет, на искру. — Они сражались с такими же, как и они, чтобы иметь право покровительствовать несчастным торговцам за символическое вознаграждение. Его предал друг и он даже сидел в тюрьме, совсем как ты, Маат, — ободряюще улыбнулся Фет.

— Да? Он был благородным воином?

— Ну…уважаемым, — кивнул Фет, поспешно прикрыв глаза, чтобы его только окрылённый надеждой друг не заметил, как ему на самом деле неловко за обман.

Но и вариантов не было. Он и так спер то, что никто брать не хотел из местных крылатых богов, пока рогатые не подоспели…

— Хорошо, давай попробуем…

Глава 1

— Почему так долго не приходит в себя? — женский голос, полный негодования разозлённым писком ворвался в сознание.

— Но, госпожа, Элия сильно ударилась при падении, лекарь сказал, что это нормально, что так долго не приходит в себя. Всё же с лошади упала, хорошо хоть шею не сломала… — ответствовал старческий, несколько дребезжащий голос.

— Думаешь?

— Что? — растерянно спросила старушка.

— Ну, что это хорошо? — вкрадчиво поинтересовалась женщина и только в этот момент мою голову пронзила нестерпимая боль, а вместе с тем пришли и воспоминания.

Это был очередной урок верховой езды. Не у меня. У брата с сестрой. Я всего лишь бездельно болталась во дворе, посматривая на то, как учитель занимался с ними, когда Тэо вдруг заметила меня и предложила попробовать тоже. Вот уже десять лет я живу в замке своего отца, а всякий раз с замиранием сердца жду, что мои родственники хоть как-то признают меня. Интересно, зачем оно мне надо?

Неожиданная мысль болью прошила виски.

И впрямь, на хрена я полезла на лошадь, когда ни разу не сидела в седле? А, эти мелкие выродки возьми и стегани скотину подо мной… Че за?!.

— Ой, кажется пришла в себя? — забормотала няня, приставленная отцом к нам троим, но по факту занимавшаяся в основном братом и сестрой.

Открыв глаза, не смогла сдержать накатившего раздражения.

— Воды дай, — буркнула бабке, чтобы та немного занялась делом и перестала жужжать у меня над головой.

— Что…а да, сейчас, — пробормотала та и резко скрылась с горизонта.

— Рада, что тебе лучше, надеюсь, ты не заставишь себя ждать на ужин, — пробормотала мачеха, развернулась на каблуках и была такова.

А, вот я так и лежала, смотря в одну точку. И, вот, что было действительно странно. Всю свою сознательную жизнь, на мачеху я смотрела с придыханием, страхом и в какой-то степени с восторгом. Она мне казалась такой красивой, миниатюрной, изящной. Её манеры были идеальны. Но сейчас… как пелена с глаз спала? Баба, как баба ещё и жалела, что я шею не свернула…

Так бы и вломила ей в догонку!

От последней мысли стало не по себе, но странно хорошо?

Нахмурившись, я откинула одеяло и попыталась встать…

— Это ещё что? — забормотала я, понимая, что кто-то что-то обмотал вокруг меня…

И только, когда руки прошлись вдоль тела я наконец-то в полной степени поняла, что то, что мешало подняться — мой собственный живот! Но, у меня нет такого!

Голова вновь разболелась, заставляя болезненно жмуриться. Да, что со мной такое⁈ Словно и тело не моё и всё вокруг не то! Ещё этот мамон торчит, как будто я беременная…

От последней мысли и вовсе замутило, и я поспешила в уборную.

Вернувшись увидела няню, что сгружала графин с водой на маленький столик возле кровати.

— Попей и одевайся, скоро ужин…

— И че?

— Что?

Похоже у няньки любимым словом было «что», во всяком случае, она всё время что-то переспрашивала. А, может, старческое уже, и она с первого раза плохо слышит?

— Слушай, фрау, — заговорила