Иван Валеев - Категории Б

А домик-то и впрямь мало напоминает отель. Судя по запаху, здесь раньше был какой-то архив. Архивы я не люблю. Так уж получилось. Ну, ладно, это уже мои проблемы.

Довольно запутанной дорогой Наталья провела меня в какой-то кабинет в отдельном флигелечке, я пробежал глазами по бумагам, вроде ничего подозрительно, предосудительного или не оговоренного ранее по почте не заметил и сказал:

— Наталья. Давайте по моим основным обязанностям пройдемся?

Она кивнула:

— Давайте. Вы работаете через день — точнее, через ночь — в смену, с восьми вечера до десяти утра. Сейчас, к сожалению, вы будете один. Думаю, мы найдем еще двоих работников, ну а пока — поработаете на две ставки? — я кивнул, и она продолжила: — С другой стороны — гостей сейчас всего пятеро, и нельзя сказать, что кто-нибудь из них до сего дня доставлял нам какие-то проблемы. Ваша задача — разносить по номерам заказы… Ну, это вы увидите, там все просто… Вы, кстати, пишете, что вредных привычек у вас нет?

— Практически.

— А именно?

Я улыбнулся:

— Компьютер, странная музыка, странное кино…

— Я тоже Линча люблю, — заметила Наталья. — В спиртных напитках вы, стало быть, не разбираетесь?

— Верно, — ответил я, — но…

— Нет-нет, это и не обязательно. Почти всегда заказы будут подготовлены, вам останется только доставить в нужную комнату.

— Понятно… Да, кстати, а мой внешний вид вас устраивает?

— Это в каком смысле? — переспросила Наталья.

— Ну, в одной компании начальство все время желало видеть меня гладко выбритым.

— А что, это как-то противоречит вашим религиозным убеждениям?

— Нет, просто, побрившись, я, как правило, тут же простужаюсь.

— Да уж… Это определенно не в наших интересах, — Наталья улыбнулась, — лучше оставьте все как есть.

— Отлично. Теперь… Униформа? Если я приступаю к работе сегодня…

— А мы сейчас посмотрим. В крайнем случае, если мы не сможем подобрать костюм точно по размеру, возьмем пока то, что будет более-менее впору, и снимем с вас мерку, а к следующей смене новый костюм будет готов.

Наталья отвела меня в гардеробную. Гардеробщица, еще одна блондинка, представилась Татьяной и предложила мне на выбор три костюма, включавшие в себя черные брюки, белую рубашку, серую куртку и серые мягкие туфли. Первый же мне подошел, как будто его специально для меня и сшили, так что остальные я решил не мерить.

— Прекрасно! — сказала Наталья. — Теперь…

Тут Татьяна шепнула ей что-то на ухо, и та всплеснула руками:

— Точно! Бейдж забыли. Вот это да… Ну, ты пока проводи Никиту к его рабочему месту, покажи там все, что да как, а я сейчас…

Татьяна отвела меня в небольшую комнатку, стены которой до от пола до низкого потолка были заставлены шкафами с множеством длинных узких дверок, на каждой из которых имелся двузначный номер. Кроме шкафов и стула, никакой другой мебели в ней не было.

— Вот, смотрите, — и Татьяна указала на телефон без диска, стоящий на открытой полке шкафа, стоявшего напротив входной двери: — Администратор будет звонить вам сюда — и одновременно в комнату отдыха, — Татьяна указала в сторону еще одной двери, — и называть номер или номера заказов и номер комнаты, куда нужно все доставить. А если вам понадобится администратор — снимаете трубку, и вуаля. В общем-то, это все.

Я с умным видом покивал головой, заглянул в комнату отдыха — она была чуть побольше и содержала в себе небольшой диванчик, пару стульев, стол (и электрический чайник на нем), шкаф для одежды, тумбочку с еще одним телефоном, — и подумал, что все это устроено как-то уж сложновато. Не в смысле сложности функций, которые мне предстоит выполнять, разумеется… А, мне ли решать?

— Ну, как вам? — спросила Татьяна, войдя в комнату отдыха вслед за мной.

— Нормально.

Хлопнула дверь.

— Никита, снимите, пожалуйста, куртку, — сказала подоспевшая Наталья.

Я подчинился, и девушка, схватив ее, уселась на стол и принялась что-то пришивать к лацкану. Молчание затягивалось.

— Вы говорите, что сейчас тут всего пятеро постояльцев? — спросил я, просто чтобы что-нибудь спросить.

— Да, — кивнула Татьяна.

— Угу… А возможный максимум?

— У нас всего двадцать пять номеров. Пока. И, по-моему, мы еще ни разу не принимали больше десятка гостей.

— Ясно. А персонал?

— В основном, — сказала Наталья, не поднимая головы от шитья, — вы будете общаться со мной и с моей сменщицей Валентиной. С Татьяной вы уже знакомы, она иногда подменяет кого-то из нас, и наоборот… Так, кто еще… Курьеры Кирилл, Михаил и Пантелей — вы их иногда, наверное, будете встречать… Ну, еще те, кто работает на кухне, и, конечно, охрана — с ними тоже познакомитесь по ходу дела. Вообще, персонал у нас ходит в форме, думаю, не ошибетесь, — она перекусила нитку, осмотрела результат своей работы, держа куртку на вытянутых руках, дунула на прядь волос, спадавшую ей на лицо, и продолжила, — Да, теперь — что касается наших гостей. Максимальная вежливость и аккуратность. Понимаете? — она строго посмотрела на меня, я кивнул. — И ничему не удивляйтесь. Держите.

Это была проверка, и я ее чуть не провалил. К лацкану куртки крупными стежками, составлявшими буквы моего имени, был пришит ломтик вяленого мяса. Я моргнул, аккуратно натянул куртку и заявил:

— Готов.

— Прекрасно!

Они уже выходили, когда я хлопнул себя по лбу. Девушки обернулись.

— Простите! — воскликнул я. — Совсем забыл. А кормежка как?

— Хорошо, что напомнили, — сказала Наталья. — Я зайду на кухню. Она будет здесь же, в шкафчике, по расписанию.

— Ага. Тогда…

— Тогда — добро пожаловать к нам, — Наталья намеренно профессионально улыбнулась, склонив голову набок. — Когда будете отвечать на звонки, обязательно говорите «обслуживание номеров» и называйте свое имя.

Первый заказ возник только в девять двадцать. До этого я успел разве что помыть руки. Мне пришлось связаться с Натальей и выяснять, где это можно сделать. Оказалось, что нужно выйти наружу, войти в соседнюю дверь, там и будет раковина. Я так и сделал. Раковина, действительно, «там» была. Большая, железная, с высоко торчащим краном без вентилей. Я немного подумал и открыл стенной шкаф, мимо которого только что проскочил. На полке рядом с ящиком мыла, я и нашел вентиль…

Итак. Телефон зазвонил, я взял трубку, сказал «Обслуживание номеров, Никита», Наталья сказала: «Ноль шесть и тридцать один в семнадцатый номер» и отключилась, я даже ответить не успел. Сунув нос в соответствующие шкафчики, я задумался. Похоже, что либо тут балуются чтением мыслей, либо содержат армию тренированных гномов, либо какая-то зараза все-таки сподобилась изобрести телепортацию и теперь делает на ней неплохие деньги. Я все эти полтора часа проскучал на стуле в комнатке со шкафами и точно знаю, что в нее никто не входил. Хотя, может, обитатель семнадцатого номера все время заказывает одно и то же? Однако…

В шестом шкафчике на подносе стояли немного пыльная (уж не специально ли?) бутылка красного вина, бокал на длинной ножке и штопор… Штопор, собственно, лежал… Ладно, неважно. В тридцать первом находились свернутые в трубочку газеты, по-моему, выдержанные куда более, чем вино. Я аккуратно взял поднос, сунул газеты в карман и отправился искать семнадцатый номер.

Комнаты располагались довольно нелогично, нумерация почему-то начиналась с третьего этажа, перескакивала на первый и заканчивалась на втором. Да уж, «ничему не удивляйтесь»… Я спустился со второго этажа обратно на первый и нашел нужную комнату в самом конце коридора.

— Входите, прошу, — отозвался мужской голос на мой стук в дверь.

Я вошел. Комнатка была на удивление маленькая и вся заставлена стеллажами с книгами, как библиотека. Большой письменный стол в центре комнаты был покрыт красной тканью и завален бумагами. В левом углу стоял здоровенный, больше метра в диаметре, и крайне старомодный глобус. Из другого угла с постамента на меня таращился чей-то бюст, скорее всего, бронзовый. Сначала мне показалось, что в комнате никого не было.

— Здравствуйте, — неуверенно сказал я в пространство.

— Добрый вечер, молодой человек, — раздался справа от меня тот же голос.

Хозяина комнаты я углядел не сразу. Это был пожилой маленький сухопарый человек с седыми волосами и колючими голубыми глазами, одетый в красивый красный с серебром костюм. Он утопал в глубоком кресле, с явным умыслом поставленным так, чтобы открытая дверь скрывала это кресло, а заодно и сидящего в нем, от любого входящего в комнату. От меня, например.

— Поставьте это, пожалуйста, сюда, — обитатель семнадцатого номера указал на низенький журнальный столик рядом со своим креслом.

Я выполнил.

— Вы, кажется, здесь недавно работаете? — спросил человек, всматриваясь мне в лицо. — Или это нам с вами так не везло?