Ольга - Однажды в Подлунном Лесу

Войти в замок тоже не составило никакого труда: на входе в здание стражников не было. Делла невольно вздрогнула, вновь оказавшись под крышей этого здания, насквозь пропитанного неприятной, тревожной атмосферой. Впрочем, возможно, никакой особой атмосферы тут и не было, а принцессе так просто показалось по старой памяти. Девушка пересекла пустой зал, повернула направо и обнаружила ведущую вниз лестницу, уже знакомую ей по показанному волшебной тарелкой изображению. Принцесса осторожно спустилась вниз, стараясь не наделать по дороге шума. Старания оказались излишними: ступени под ногами не скрипели, да и не было поблизости никого, кто мог бы услышать её шаги.

Сердце особенно сильно заколотилось, когда Делла одолевала последние ступеньки. Что-то она сейчас увидит? А если царевича здесь уже нет? А если его увели куда-то в другое место, или она попросту не успела?

Но опасения оказались напрасны. Лестница окончилась, и девушка оказалась в том самом помещении вытянутой формы, которое увидела в тарелке Лилит. Перед ней находилось несколько камер с широкими зарешёченными дверьми. Все они были пусты, кроме одной, второй справа, и в ней действительно находился Эйван. Царевич сидел на охапке соломы, опустив руки на колени и глядя в одну точку. На Деллу он, разумеется, не смотрел, так как не мог догадаться о её присутствии.

Девушка как следует огляделась. Не считая Эйвана, темница пустовала. Напротив одной из камер обнаружился небольшой закуток, незаметный со стороны входа, но и там никого не оказалось. Она возвратилась к подножию лестницы и прислушалась, задрав голову вверх. Тишина. Лишь после этого Делла вернулась к камере Эйвана и сняла шапку.

Глаза царевича расширились, потом несколько раз моргнули, и, наконец, подскочили к решётке вместе с головой и туловищем.

— Делла?! Какого чёрта ты здесь делаешь???

Не знаю, возможно ли кричать полушёпотом, но это выражение как нельзя лучше описывает интонацию, с которой царевич произнёс эти слова.

— Не видишь, что ли — грибы собираю, — не задумываясь, ответила принцесса.

— Ты с ума сошла, — констатировал Эйван, обречённо хватаясь за голову.

— Вчера я готова была бы с тобой согласиться, но сегодня уже не думаю, — возразила Делла, присматриваясь к замку. Увы, похоже было, что без ключа его не отпереть.

— Ты хоть понимаешь, что с тобой будет, если тебя здесь застукают? А я-то, дурак, думал, что ты давно уже в безопасности! — простонал он, тем самым подтверждая, что подозрения Лилит были небеспочвенны.

— Я просто подумала, что из леса будет веселее выбираться вдвоём, — невозмутимо пояснила Делла. — Иначе кто будет отгонять от меня мух, комаров и медведей?

— Никого отгонять не придётся, — пообещал Эйван. — Я тебя раньше придушу, мне бы только дотянуться!

Принцесса на всякий случай отступила подальше от решётки.

— Откуда ты взяла эту шапку? — спросил царевич тоном инквизитора, ведущего допрос еретика.

— Мне её одолжила Лилит.

— Ах, Лилит! Ясно, стало быть, с ней у меня тоже состоится разговор по душам, — мрачно предрёк Эйван.

— Вот и хорошо, — не стала возражать Делла. — Только для начала придётся отсюда выбраться. И кстати по поводу Лилит у НАС с тобой тоже состоится разговор по душам, — пообещала она. Девушка вроде бы и понимала, что сейчас следовало сосредоточиться на другом, но никак не могла отказать себе в удовольствии высказаться по этому поводу.

— Какой такой разговор? — нахмурился царевич, заподозрив неладное.

— Хочу поинтересоваться, что у вас с ней было, — недвусмысленно заявила она.

— А Лилит что, сказала, будто что-то было? — осторожно спросил Эйван.

— Нет, она как раз утверждает, что ничего не было.

— Так чего же ты тогда морочишь мне голову? — в голосе царевича определённо прозвучало чувство облегчения.

— А почему это ты покраснел? — победоносно спросила Делла.

— Тише! — Эйван снова перешёл на шёпот.

Делла прислушалась. Сверху действительно раздавался шум шагов.

— Скорее надевай свою шапку!

— Постой. У меня другая идея, — возразила Делла, оглядываясь на недавно обнаруженный закуток.

Стражник спустился в подземелье, чтобы в очередной раз убедиться, что всё в порядке. Это был самый что ни на есть стандартный обход, имевший место каждые полчаса. Каково же было его изумление, когда единственного на всю темницу пленника на месте не оказалось! В ужасе представляя себе, что именно сделает с ним за такое упущение хозяин замка, стражник дрожащими руками отпер дверь камеры и вошёл внутрь, растерянно озираясь в поисках хоть каких-то улик. Улик не было, зато сильный удар по голове, пришедший из ниоткуда, заставил охранника потерять сознание.

Эйван подхватил выпавшую из руки стражника связку ключей, снял шапку-невидимку и вышел из камеры. Делла покинула своё убежище и присоединилась к нему снаружи.

— Отдохни-ка пока, — встительно сказал бездыханному стражнику Эйван, закрывая дверь камеры и проворачивая ключ в замке.

Затем он протянул шапку-невидимку Делле.

— Знаешь, она очень тебе идёт, — заметил царевич.

— Откуда ты знаешь? — нахмурила брови принцесса. — Меня же в ней не видно.

— Вот именно поэтому, — пояснил Эйван. — И пока ты не покинешь замок, тебе будет лучше выглядеть именно так.

Делла немного обиженно пожала плечами и собралась было надеть головной убор, но Эйван внезапно перехватил её руку.

— Подожди.

Его пальцы сжали запястье принцессы с такой силой, что, казалось, кровь вот-вот перестанет поступать в ладонь.

— Я был уверен, что больше тебя не увижу, — сказал Эйван, заглядывая ей в глаза. — Ты, конечно, сумасшедая, что сюда пришла. Но всё равно спасибо.

Он отпустил её руку. Делла отвела глаза и отвернулась, что-то пробормотав себе под нос.

— Нам надо обсудить, что делать дальше. — Она предпочла перевести разговор в иное русло. — Мы сможем здесь спокойно поговорить? Сюда никто не нагрянет в ближайшее время?

— Почём мне знать? — пожал плечами Эйван. — Всё может быть. Но до сих пор кроме этого никто не приходил, — он кивнул в сторону лежащего в камере стражника. — Так что, думаю, это место ничем не хуже, чем любое другое.

Делла брезгливо огляделась. Она могла бы поспорить о качестве этого места, но речь сейчас действительно шла о другом.

— Шапка-невидимка только одна, и сразу на две головы её не напялить. А проскользнуть незамеченным через двор, а потом ещё и через ворота, вряд ли удастся. — Сейчас, разговаривая о насущных делах, было намного проще смотреть ему прямо в глаза. — Есть потайной ход, он ведёт наружу из сокровищницы, но до неё ещё надо добраться. Правда, замок, похоже, по большей части пустует. Наверное, можно рискнуть. И ещё — оказывается, Кащея всё-таки можно убить.

— Это что-то новенькое, — вмиг оживился Эйван. — И как же?

Делла коротко пересказала ему то, что узнала от Лилит.

— Игла в яйце??? — Царевич выглядел слегка ошарашенным. — Как ему такое только в голову взбрело?

— Не знаю, — согласно хмыкнула Делла, — но с другой стороны это, знаешь ли, ещё не предел. Он бы мог ещё и похлеще завернуть. Представь себе, к примеру, что яйцо это было бы в утке, утка в зайце, заяц в сундуке, а сундук…не знаю, под дубом закопан.

— Ты часом не перегрелась? — нахмурился царевич, опуская ей на лоб ладонь.

— А дуб ещё и на острове, а остров — посреди океана, — вошла во вкус Делла.

— Остановись! — взмолился царевич. — Нам с тобой и так не позавидуешь, а ты придумываешь лишние сложности на свою голову. Вот все вы, женщины, так.

— Мы, женщины, может, и фантазируем, — ехидно ответила Делла, — но в жизнь-то воплощаете вы, мужчины. Это у вас вон иголки с яйцами по замкам разбросаны.

— Придумала тоже по Кащею обо всех мужчинах судить! — возмутился Эйван.

— А по кому мне судить? Может, по тебе? Слушай, а знаешь, — Делла внезапно сменила тон, — у тебя сейчас есть шанс постоять за честь всех мужчин. Реши задачку — где Кащей прячет своё яйцо?

— Был бы здесь Пашка, он бы вмиг нашёлся, что ответить, постоял бы за честь всех мужчин, — пробормотал себе под нос царевич. — Кто его знает, — сказал он погромче. — Замок большой. На открытом месте вряд ли. Яйцо — не книга, не кинжал; внимание привлекает.

— Где же тогда? В каком-нибудь старом шкафу, куда никто никогда не заглянет? На самой верхней полке?

— С верхней полки яйцо и скатиться может, — задумчиво возразил Эйван. — Но дело даже не в этом. Если будем искать по всем шкафам да каморкам, до осени не управимся. Надо вычислить более точное место. Что мы знаем? Игла — в шкатулке, шкатулка в форме яйца, хрупкая, бьющаяся. ВА вещь эта — самое ценное, что у него есть.

— Но если ценное… — продолжила рассуждение Делла, — значит, должно храниться вместе с другими ценностями. В сокровищнице? — Она вопросительно посмотрела на царевича.