Игорь Стенли - Кодекс Прехистората. Суховей (СИ)

Ознакомительный фрагмент

4. Не очень томительное ожидание

Дома я был уже около трёх. Неплохо для делового дня с двумя встречами. Если не учитывать того, что весь обратный путь, от офиса на набережной реки Мойки, я проделал на полном автомате. Когда я вышел из арки, количество мыслительных нитей в моем мозгу уже переваливало за десяток, и в конечном итоге, все они слились в серый шум, который чётко отделил сознание от окружающей среды. То есть домой, моё бренное тело, привели подсознание и рефлексы. Единственной точкой, где я отклонился от маршрута, был продовольственный магазин. Там скупил, не выбирая, вечерний холостяцкий комплект еды. Я недели три не употреблял полуфабрикатов, и вот вдруг потянуло на что-то такое. А это первый признак морального перенапряжения, которое я всегда сбрасывал либо физическими нагрузками, либо вот так, употребляя в пищу нечто сомнительное, но с высокими вкусовыми характеристиками.

Всю дорогу я пытался понять, на что же я подписался в кабинете академика Лаврова. Немалую долю сомнений вызывало ещё и то, что сразу после моего согласия, наша встреча довольно быстро свернулась. Профессор отправил меня восвояси, взяв обещание не распространяться о новой работе и заверив, что свяжется, в течение недели.

И вот я прибыл в свою квартирку, уют которой успокаивал и ощущался особенно остро в контрасте с совсем испортившейся погодой за окном. Небо плотно заволокло тучами, а срывающийся то и дело мелкий дождь промочил пиджак и волосы насквозь. Пришлось даже включить пару светильников, так как в комнатах царил неприятный полумрак. Я снял мокрую одежду и сразу направился на камбуз, где поставил закипать воду, в чайнике и кастрюле. Затем я минут двадцать, пока не засвистел чайник, отогревался в душе. Выйдя из ванной, надел тёплый домашний спортивный костюм, и заварил травяной чай покрепче. С чайником и кружкой я вышел на лоджию и устроился за небольшим столиком, который как раз и служил для подобного времяпровождения. Пришлось полностью поднять жалюзи, чтобы рассмотреть пейзаж. Небо стало одной серой гладью с заливом. В воздухе висела нетипичная для июня взвесь мелкого дождя. Налив горячий чай и добавив две ложки мёда, я выпил его почти залпом. Налил сразу следующую кружку, и выключил закипевшую в кастрюле воду. Есть уже не хотелось.

Посидев немного у окна, я не нашёл ничего лучше, как отправиться в комнату и, развалившись на диване, включить телевизор. Сейчас подойдёт любой канал, где нет назойливой рекламы и анонсов. По «Культуре» транслировали итальянскую оперу на языке оригинала, и я не заметил, как провалился в глубокий и безмятежный сон.

Проспал я, судя по ощущениям, всего ничего. В комнате царил тот же полумрак, телевизор шелестел голосами ведущих телепередачи, а из затемнённой глубины комнаты на меня смотрели два жёлтых светящихся глаза. В пору бы получить сердечный приступ, но это были всего лишь пара светодиодов на пульте охранной сигнализации, которые не удачно отражались в зеркале стенного шкафа. Давно хотел заклеить чем-нибудь прозрачную панель щитка, но так руки и не дошли.

Перевёл глаза на часы. Понял, что проспал я часов семь, не меньше. А неугомонное июньское солнце продолжало работать даже за плотной занавесью туч. Тут-то голод меня и настиг. В следующие пять минут я смёл из холодильника, без разбору, всё, что было готово к употреблению, запив холодным травяным чаем.

Послонявшись немного по квартире, я расположился за рабочим столом и открыл запылившийся лэптоп. Через минуту компьютер был готов утолить мой уже информационный голод. Открыв главную страницу поисковой системы, я начал судорожно придумывать запрос. Точное название организации, в которую я неожиданно трудоустроился, я так и не удосужился узнать, поэтому начал импровизировать. Помню, что речь точно шла о некоем фонде по «охране», нет — по «сохранению» культурного наследия цивилизации. Введя свой запрос, в различных интерпретациях, я получил множество ссылок на всевозможные фонды, ни у одного из которых не было филиалов по данному адресу.

Поняв, что задача непростая, я решил обратиться к старому проверенному методу поиска в интернете. Это было небольшое приложение, которое мы с приятелем по университету разработали в свободное время, несколько лет назад. Виктор, так его зовут, работал в страховой аналитике, а я в инвестиционной, и приложение очень помогало нам в сложном интернет-поиске. Нужно было ввести запрос в программу один раз, чтобы получить результаты от сорока поисковых баз по всему миру. Приложение переводило запросы и их результаты на разные языки и обратно, а также умело выделять наиболее релевантные страницы по их информационной ценности, а не по рейтингу веб-сайта.

Приложение загрузилось и показало сохранённые данные с момента последнего использования. А было это чуть не полгода назад, когда у меня гостил другой мой, более близкий однокурсник Гоша Мелихов из Ростова-на-Дону, который испытывал чудо-программу. Егор абсолютно в своём репертуаре, не мог выдумать более сумасшедшего поискового запроса, как «девки оптом в москве», введя который, он потешался, и был горд своим остроумием. После чего, быстро потерял интерес к приложению. И теперь, спустя шесть месяцев, я наблюдаю довольно противоречивые результаты в своём лэптопе.

Вспомнив о хорошем приятеле, и решив связаться с ним в ближайшее время, я очистил непристойные результаты поиска. Отправил, наконец, свой запрос. И программа стала постепенно подгружать во встроенный браузер блоки с ответами. Многие из этих результатов я уже видел ранее, но вдруг на первую страницу загрузился блок, помеченный приложением как стопроцентное совпадение запросу. Я, не вчитываясь в текст и заголовок блока, сразу перешёл по ссылке.

То, что произошло дальше, окончательно выбило меня из колеи. По ссылке открылась белая страница, на которой в центре, крупным шрифтом, было набрано сообщение: «Сергей! Успокойтесь, пожалуйста, и займитесь чем-нибудь приятным. Вы получите ответы на все свои вопросы. Привет от Льва Борисовича». В адресной строке, вместо привычного доменного имени, значился простой ip-адрес.

Острое ощущение сюрреализма происходящего, вновь захлестнуло меня. Чисто машинально, я проверил адрес по базе интернет-адресов, получив ничего не значащую информацию, о том, что адрес зарегистрирован где-то в Нидерландах в числе сотен таких же адресов из одного пула.

Я откинулся на спинку кресла, и потёр глаза. Сумерки сгущались, я сидел, освещённый только голубоватым светом экрана компьютера. Во что же я вляпался? Да, я дал устное согласие на работу, но если за организацией стоит что-то сомнительное или незаконное, то я имею право отказаться от своих слов, так как соглашался на другие условия. Так я постарался успокоить себя. Всё равно, если профессор, как я уже стал для себя называть доктора философских наук, академика Лаврова, влез в мой компьютер и возможно в мои мозги, то я сижу на его крючке. И лишние движения в этом состоянии только ухудшат положение. Кроме того, моя интуиция, к которой я привык прислушиваться, сейчас ничего плохого не предвещает. Всё же я закрыл экран ноутбука, отправив его в сон, и достал свой планшетный компьютер.