Энн Маккефри - Небеса Перна

Повернувшись, чтобы приветствовать М’ранда, она заметила, как похудело и заострилось его лицо. Определенно, они прилетели сюда, чтобы поговорить о своем намерении уйти на покой. Конечно, они вовсе не обязаны обсуждать это решение с Бенденом, поскольку Вейры автономны, однако М’ранд крайне пунктуально исполнял любые формальности.

— Вина? Или, может быть, ликера, который готовит мастер Олдайв?

— Это было бы просто прекрасно, Лесса, — ответил М’ранд, разражаясь приступом кашля.

Почему она до сих пор не замечала, что М’ранд стареет? Когда предводители двух Вейров виделись в последний раз? Королевы время от времени обменивались сообщениями, но всадники друг друга не посещали. Она помнила предводителя Вейра Плоскогорье сердечным, энергичным, полным жизни и сил, высоким и широкоплечим, всегда державшимся очень прямо; сейчас она видела удручающую перемену, происшедшую с ним. Он сутулился, его некогда красивые черты истончились, лицо осунулось, на щеках проступила красная сетка сосудов, кожа на шее и под подбородком стала дряблой и немного отвисла… В темных волосах Пильгры не было ни одной седой нити, но необычно яркий цвет волос заставил Лессу предположить, что женщина пользуется какими-то особыми средствами, рецепт которых она разыскала в файлах Игипса. На Перне существовали корни, из которых можно было получить рыже-красную краску для волос, но результат не выглядел так натурально, а в файлах Игипса можно было найти рецепты краски для волос самых разных естественных оттенков.

Ф’лар подал всем ликер, а Лесса принялась расспрашивать гостей о своих знакомых в Вейре Плоскогорье и о лорде Баргене, который, как ей передавали, все еще переживал из-за того, что трое сыновей покинули его и решили основать холды на Южном.

— У Хосбона дела идут весьма неплохо, — рассказывала Пильгра. — У него есть пирс, барабанная вышка и шлюп.

— Ему удалось так много выбить у Торика? — Лесса обменялась удивленным взглядом с Ф’ларом; тот хихикнул.

— Ну, если ему удается добиться от Торика таких любезностей, то он явно далеко пойдет, — заметил Ф’лар.

М’ранд оживленно закивал, соглашаясь:

— Барген научил их всех работать на совесть, чтобы они могли устроиться в жизни, когда ему придет время покинуть свой пост.

— Кстати, Лесса, Ф’лар, именно потому мы и здесь. — Пильгра подалась чуть вперед, сдвинувшись на краешек стула. — Мы хотим уйти на покой.

— У нас четыре хороших командира крыла, которые знают о Падении Нитей не меньше моего, — быстро прибавил М’ранд. — Вейр пойдет за любым из них. Три хорошие сильные королевы, и еще одна молодая, которая никогда не поднималась в брачный полет. Так что мы хотим отправиться на юг. Мы уже нашли место в Катэй, когда помогали людям во время Потопа. Небольшой заливчик, защищенный с востока и с запада; конечно, места там не слишком много, но нам много и не нужно. Еще четверо или пятеро из Вейра собираются присоединиться к нам, чтобы погреть свои старые кости под южным солнышком. Мы хотели у вас спросить: можем ли мы это сделать?

— Можете ли вы?.. — Ф’лар посмотрел на него с удивлением. — Конечно же, можете! Вы с Пильгрой сделали гораздо больше, чем можно требовать от всадников, и много летали — и в этом Обороте, и в предыдущих…

— И вы не думаете, что мы дезертируем? — Вопрос Пильгры был скорее обращен к Лессе; на ее лице читалась искренняя обеспокоенность.

— Во имя Первого Яйца! Конечно, нет! — Лесса потянулась через стол и ласково погладила руку Пильгры, заметив при этом старческие темные пятна на ее коже и чуть опухшие суставы пальцев, сжимавших стакан.

— Сегрит’а уже не хочет подниматься в воздух для брачного полета, хотя с тех пор, как мы перебрались сюда, она каждый Оборот производила по две кладки.

— И в каждой кладке было по крайней мере пятнадцать яиц, и из всех вылуплялись драконы, и все маленькие выжили… Удивляюсь, как у вас в Вейре еще хватает места на всех!

— Что ж, по крайней мере, место королевы теперь свободно, — резковато отозвалась Пильгра. — М’ранд хотел дожить в Вейре до конца этого Прохождения, но… — Она беспомощно развела руками.

М’ранд откашлялся и наклонился вперед, опершись локтями о колени:

— Я надеялся на это, Ф’лар, не всем выпадает такой шанс. — Он улыбнулся, но его улыбка была лишь бледной тенью былой очаровательной жизнерадостности. — Но после того, как увидел Катэй, после того, как Р’март ушел на покой, я подумал, что, может быть… у нас три королевы, и еще у меня несколько отличных бронзовых всадников…. Так вот, я подумал, что, может быть, мы сможем… ну… отправиться на юг и согреться после здешних холодов.

— Вы же знаете, что вам не нужно спрашивать у нас разрешения, — мягко проговорила Лесса, улыбаясь искренней благодарной улыбкой. — Вы и так много для нас сделали. Вы ведь по собственной воле пришли в наше время из прошлого, чтобы помочь нам с Ф’ларом пережить это Прохождение…

— «То было дважды решено», — тихим голосом процитировал М’ранд старинную песню. — Мы пришли, потому что это было именно то, что было сделано, потому что мы должны были это сделать — и сделали.

— И тридцать один Оборот мы благодарны вам за вашу щедрую помощь, — ответила Лесса.

М’ранд тихо рассмеялся:

— Нам было вовсе не так весело в Интервале между Прохождениями. Я был достаточно молод для того, чтобы рискнуть. А теперь я достаточно стар, чтобы думать, что Р’март поступил правильно. Мы помогли вам, а теперь можем с чистой совестью уйти на покой. Конечно, он по-прежнему хочет жить в своем Вейре, но мы с Пильгрой провели в нем слишком много времени и хотели бы теперь пожить сами по себе. Но, разумеется, — поспешно прибавил он, — если мы будем вам нужны, то мы и наши драконы — в вашем распоряжении, в любой момент!

— Если вы хотите, чтобы мы начали уговаривать вас остаться в вашем холодном Вейре, то не надейтесь, этого не будет, — чуть усмехнувшись, проговорил Ф’лар. Он широко повел рукой. — Иди же, всадник, и наслаждайся заслуженным отдыхом! Надеюсь, что ты еще увидишь то, что наступит После.

— Вы правда так думаете? — Пильгра повернулась к Лессе, удивленно расширив глаза.

— А разве кто-то считает, что вы поступаете неправильно? — поинтересовалась Лесса; Пильгра и М’ранд обменялись неуверенными взглядами, и Лесса продолжила: — Дайте-ка, я угадаю. Г’денед?

— Ну, он — самый старший из нас… — ответила Пильгра.

М’ранд откашлялся.

— Он упрям; не хочет уходить из Исты, потому что жил в этом Вейре, — он снова кашлянул, — полсотни Оборотов, и он знает все, что только можно знать, об управлении Вейром и о Падении Нитей.