Энн Маккефри - Белый дракон

После долгих споров и обсуждений место для наблюдения выбрали на возвышении каменистого восточного мыса, подальше того места, где располагались ямы для жарения и выпечки. С помощью Джексома и Паймура Фандарел собрал там треногу и на ней вертлюг для крепления дальновизора. Вансор, понятно, наблюдал за строительством и в конце концов до того надоел Фандарелу, что добрый кузнец увел Звездочета на самый край мыса, под деревья, и там велел смирно сидеть. К тому времени, когда тренога была готова, Вансор сладко спал на теплом песке, подложив под щеку ладонь и негромко похрапывая во сне.

Фандарел прижал палец к губам — мол, не будите — и потихоньку удалился вместе с Джексомом и Паймуром с мыса. И, выкупавшись, разделил с ними послеполуденный отдых.

Все так боялись упустить хотя бы миг, пригодный для вечернего наблюдения Сестер, что ужин собрали прямо на мысу. Мастер Идаролан принес с корабля еще один дальновизор, и кузнец на скорую руку возвел вторую треногу.

Закат, в прежние дни всегда наступавший слишком быстро, сегодня, казалось, нарочно медлил. Джек-сом молча злился, поглядывая на Вансора: если тот еще раз примется настраивать свой дальновизор, переставлять скамеечку или пересаживаться на ней… И даже драконы, весело игравшие в воде, растянулись на берегу и притихли, а файры устроились спать около Рута или безмолвно сидели на плечах у своих друзей.

И вот наконец солнце скрылось за горизонтом, окрасив запад яркими цветами заката. Когда восточный край неба достаточно потемнел, Вансор прильнул к окуляру… и тут же, вскрикнув от изумления, отшатнулся и едва не опрокинул скамеечку.

— Этого не может быть! Это не поддается никакому логическому объяснению!.. — И снова уставился в окуляр, тщательно настраивая фокус.

Мастер Идаролан смотрел в свой дальновизор:

— Я вижу только Сестер в их обычном расположении… все как всегда!

— Но это невозможно! Они слишком близко одна к другой! Между тем нам известно, что звезды никогда не сходятся вплотную, — между ними всегда огромные расстояния!

— Дай мне взглянуть! — Фандарел едва не приплясывал на месте от нетерпения. Вансор неохотно уступил ему место, продолжая жаловаться на невозможность увиденного.

— Иди-ка сюда, Н’тон, твои глаза небось помоложе! — Мореход уступил свой прибор бронзовому всаднику, который не замедлил воспользоваться приглашением.

— Вижу три круглых штуковины! — во всеуслышание объявил Фандарел. — Три круглые металлические штуковины. Сделанные, бесспорно, людьми. Это не звезды, Вансор! — оглянулся он на ошарашенного Звездочета. — Это… изделия человеческих рук!

Робинтон жадно впился в окуляр, только что не отпихнув в сторону могучего кузнеца, и ахнул:

— Они круглые! Они сияют — и притом не как звезды, а как блестящий металл!

Воцарилась благоговейная тишина, которую самым непочтительным образом нарушил голос Паймура:

— Ясно одно: вот ты и нашел на Юге следы наших пращуров, Мастер Робинтон.

— Воистину так, — странно сдавленным голосом отозвался арфист, и Джексом не мог понять, сердился он или, наоборот, сдерживал смех. — Но я не собираюсь удовлетворяться этим, о чем ты, кстати, отлично знаешь!

Дальновизор Идаролана не обладал достаточным увеличением, так что всем по очереди было позволено заглянуть в прибор Вансора. Вердикт, вынесенный Фандарелом, подтвердили единогласно: так называемые Сестры Рассвета не были звездами. Совершенно бесспорно было и то, что они являли собою круглые металлические предметы, каким-то образом сохранявшие неподвижное положение в небесах… И это при том, что даже луны поворачивались к Перну то одной, то другой стороной!

Тотчас же, пока Сестры Рассвета не потускнели, было послано за Лессой, 0'ларом и Ф'нором. Недовольство Лессы, вызванное поспешностью приглашения, тотчас испарилось, стоило ей заглянуть в окуляр. После нее инструментом завладели Ф'лар и Ф'нор и не отходили от него, пока Сестры Рассвета еще были видны в темнеющем небе.

Заметив, что Вансор лихорадочно чертит на песке формулы, Джексом с Паймуром бегом приволокли стол и письменные принадлежности. Несколько минут Звездочет стремительно что-то писал, затем уставился на полученный результат с таким видом, словно тот представлял собой новую загадку, еще неразрешимой исходной. Не понимая, в чем дело, он даже попросил Н'тона и Фандарела проверить выкладки — не закралась ли ошибка.

— А если ее нет, тогда каков же твой вывод, Мастер Вансор? — спросил Ф'лар.

— Эти… штуковины в самом деле висят над одной и той же точкой Перна. Они как бы следуют за планетой!

— Что и доказывает, — невозмутимо добавил Робинтон, — их рукотворное происхождение.

— Вот и я к тому же пришел, — неуверенно ответил Вансор. — Для того они, видимо, и предназначены…

— И нам туда никак не попасть, — с сожалением пробормотал Ф'нор.

— Не смей и думать об этом! Слышишь?.. Не смей! — воскликнула Брекки с таким жаром, что Ф'лар и арфист, переглянувшись, невольно улыбнулись.

— Их сделали и подвесили там, — начал Паймур. — Но сделали, похоже, не на нашей планете, а, Мастер Фандарел?

— Похоже, — согласился кузнец. — Старые Записи рассказывают о многих замечательных вещах, сделанных людьми. Правда, о неподвижных звездах не говорится нигде.

— Записи говорят: люди ПРИШЛИ на Перн. — И Паймур оглянулся на Робинтона за подтверждением, — А что, если они использовали эти штуки, чтобы прилететь сюда, на Перн, из какого-то другого мира?

Его слова на какое-то время погрузили всех в размышления. Потом Брекки сказала:

— При том несметном количестве миров, что кружатся в небесах, неужели они не могли присмотреть местечка получше Перна?..

Паймур ничуть не смутился:

— Доведись тебе повидать столько, сколько за эти Обороты повидал я, ты бы согласилась, что наш Перн — вовсе не такое уж скверное место. Особенно если постараться забыть об угрозе Нитей…

— Кое-кому из нас, — сказал Ф'лар, — никак не удается об этом забыть.

Менолли от души ткнула Паймура локтем в ребра, но, когда Паймур осознал всю бестактность своих слов и принялся извиняться — Ф'лар отмахнулся со смехом.

— Замечательное достижение, — проговорил Робинтон, оглядывая ночное небо, словно бы в поисках все новых тайн. — Только подумать: мы воочию видим те самые корабли, что принесли сюда наших праотцов…

— Неплохая тема для спокойного размышления, а, Мастер Робинтон? — поинтересовался Олдайв, хитро улыбаясь и подчеркивая слово «спокойного».

Робинтон только раздраженно фыркнул.

— В любом случае навряд ли ты сможешь туда отправиться, — заметил целитель.