Закат кроваво-красной луны - Владимир Александрович Мисечко

его в бок и прошептал: — «Очнись, тебе угрожает беда!»

— Нужно принести жертву кровавой богине луны, — отвернувшись от окна и посмотрев на спящую девицу, произнёс Константин, — и узнать, что всё-таки произошло в мире, так потревожив его сон?»

Подойдя к кровати, колдун резким движением сдёрнул девицу за волосы на пол.

— Пошевеливайся, хватит спать, для тебя есть работа! — рявкнул он на перепугавшуюся девушку.

— Можно, я хотя бы оденусь? — посмотрела она снизу вверх на Константина, который стоял голыми ногами на каменном полу.

— Тебе не потребуется одежда! — произнёс и ощерился колдун. — Поднимайся и пошли!

Вскочив на ноги, боясь, что в гневе колдун может избить её, как это было ни один раз, она закрутила головой, не зная, в какую ей сторону идти.

Константин подпихнул её в спину и указал головой направление, в какую сторону ей нужно идти.

— Но, ведь выход совсем в другой стороне, — заупрямилась девица, взглянув в лицо колдуна.

— Кто сказал, что тебе надо на выход! Ступай вон в ту дверь, да пошевеливайся, пока я не рассердился!

Девушка уже пятый раз была в комнате у колдуна и не знала, что за ковром, прикрывающим стену, была дверь в другую комнату.

— Что там? — решила она вновь попытать счастье, спрашивая у Константина, мило улыбаясь и строя глазки, — вдруг он соизволит ей ответить, на заданный вопрос.

Но, тот отдёрнув край ковра, за которым никакой двери и не было, а находился просто вход и впихнул её в небольшую комнатку, где горели чёрные свечи, расставленные в углы, вырезанной в каменном полу странной фигуры. Она так и не поняла, что это пентаграмма.

Впихнув девицу в комнатку, колдун незаметно откуда-то выдернул нож и полоснул её по горлу. Она даже не успела пикнуть, как умерла.

Подхватив обмякшее тело, которое ещё несколько секунд стояло на ногах, Константин положил его в центр пентаграммы.

Кров из перерезанного горла тонкой струйкой стекала по шее и заполняла небольшое углубление в самом центре фигура, а наполнив её, побежала по расходившимся от неё лучам.

Пока кровь девицы наполняла пентаграмму, колдун, вскинув руки к потолку, стал произносить заклинание, упоминая в нём богиню кровавой луны.

— Калия! — выкрикнул Константин, когда лучи до краёв наполнились кровью, — прими в жертву это тело и скажи мне, что случилось в мире!

Кровь в углах пентаграммы вспыхнула синим пламенем, и огонь медленно побежал к центру фигуры, где лежала убитая девушка.

Огонь добравшись до нужного места, где находилась выемка, и в тот же миг вспыхнуло тело.

В пламени, что в метре поднялось над жертвой, показалось лицо богини.

«Зачем ты меня потревожил человеческий червяк?» — услышал в своей голове Константин голос богини.

— Прими эту жертву, Калия, как мой подарок тебе, — произнёс чёрный колдун, встав на колени перед лицом кровавой богини.

«Говори, что ты хочешь услышать от меня, только поскорей? — вновь раздался голос в голове у колдуна. — Скоро это тело догорит и я, приняв его, как твоё подношение, исчезну».

— Что случилось этой ночью в мире, что так потревожило меня?

«Ты только это хочешь услышать от меня?»

— Да, Калия! — выпалил колдун.

— Тогда слушай, человеческое ничтожество, второй раз, этот голос, что сейчас звучит в твоей голове, ты слышишь в последний раз!»

— Это почему? — поинтересовался колдун, не отрывая глаз от лица богини.

«Потому, что ты скоро умрёшь, — прозвучал в голове Константина голос. — В этом мире появился человек, который тебя уничтожит».

— Извини меня богиня, Калия, но простой смертный человек не сможет причинить мне никакого вреда, — испуганным голосом выдавил из себя колдун.

«Он не простой человек, ты это скоро сам узнаешь», — прозвучал в голове Константина голос кровавой богини и затих.

Пламя ярко вспыхнуло, проглотив тело жертвы, и погасло. Вместе с ним исчезло лицо богини и голос в голове Константина.

В тот же миг силы покинули колдуна и, обмякнув, он без чувств повалился на пол, где секунду назад лежало тело девушки, принесённое им в дар богине кроваво-красной луны.

***

Привезя Вадима Шведова домой, полковник оставил его отдыхать, а сам отправился в контору.

— Здесь продукты! — подал он ему пакет, — отдыхай, но сначала прими душ, а то от тебя больницей прёт, а завтра мы с ребятами к тебе приедем и поговорим.

Проводив Сергея, закрыв за ним дверь на ключи и накинув цепочку, Вадим первым делом принял горячую ванну и, выпив чашку крепкого чёрного кофе, как всегда, без сахара, пошёл в спальню.

Только голова его коснулась подушки, он в тот же миг провалился в другой мир. Нет, тело его оставалось на месте, как и положено, а вот душа переметнулась в тело другого человека.

В том мире всё было совсем по-другому, даже время бежало не так, как здесь. В нашем мире, где жил Вадим, была одна луна, нет, теперь уже две. А в том мире, где по злой воле он очутился, по ночному небу плыли три луны, которые двигались на одинаковом расстоянии друг от друга и освещали землю.

Скажи, что такое с ним может приключиться, Вадим, не посмотрев на его возраст и звание, просто набил бы ему морду. Но этого никто не мог знать, даже и он сам. И пока Вадим Шведов крепко спал в своей постели, над его родным городом и в мире светили две луны. Одна жёлтая, наш естественный спутник, а вторая — кроваво-красная, неизвестно откуда появившаяся в мире людей и что от неё ожидать в дальнейшем, никто не знал.

***

Отдохнувший мужчина, в которого вселилась душа Вадима, поднялся и потянулся, чтобы размять затёкшее тело.

В комнате, где он отдыхал, стоял полумрак. Свечи, что «недавно» так ярко горели, освещая всю комнату и распространяя по ней приятный аромат, были кем-то погашены. Только две свечи горели по кроям двери, в которую он вчера или сегодня (он не знал точно) вошёл.

— Как спалось? — услышал он голос рыжей ведьмы, и уже через секунду она появилась в дверях.

— Спасибо, хорошо, — не зная, что ей ответить, ляпнул Вадим.

— Тогда прошу к столу! — произнесла Властелина и, развернувшись, вновь исчезла в другой комнате, где стоял большой стол, за которым они вчера обедали. — Поторопись, а то всё остынет, — услышал он её голос.

Долго не раздумывая и не заставляя себе повторять, он последовал за Властой. Стол уже был накрыт, от которого исходил такой аромат, что у него потекли слюни и не получился заворот кишок. В нос ударил пряный запах жареного с приправами мяса, аромат спелых фруктов и вина, который он