Семь шагов к счастью - Эмили Гунн

посещает своих родственниц. Миссис Рози с дочерью. И пару раз побывала в магазине и на прогулке по парку, — сообщил Хэнкс таким тоном, словно поведал мне о тайной шпионской деятельности Деборы в пользу вражеского государства!

То есть моей жене запрещено не только посещать родных, но и вовсе выходить из дому элементарно по магазинам?? Ладно, допустим родственники не всем и, к сожалению, не всегда попадаются адекватные, но прогулка по парку каким боком может считаться неприемлемой?!

Может, у нашей семьи есть смертельные враги, угрожающие безопасности моих близких? — осенила меня страшная догадка. О чем я и принялся расспрашивать Хэнкса. Теперь пришел его черед стоять с отвисшей челюстью, внимая моим вопросам.

А затем тужиться, соображая, как объяснить мне, что я просто тиран, лишавший жену крошечных плюсов свободы.

— Ясно, — кивнул я, принимая свой новый образ. — Нет, ничего предпринимать по этому поводу не нужно. В любом случае скоро я буду дома. И уже сам решу все с женой, — поспешил я избавить бедную женщину от вмешательства в ее дела робота под названием «Клаус». — Если на этом все, то можешь идти, — отпустил я, наконец, чудного помощника, выдохнув посвободнее и оставшись наедине с собой.

Ну и частично с Мартином Никсом, конечно…

Глава 6.

Итак, спустя пару бесконечно долгих недель меня выписала из ставшей ненавистной белостенной палаты дорогой клиники. Мой ныне постоянный наперсник Клаус Хэнкс самолично встречал меня в дверях, сопроводив для начала до великолепного черного роллс-ройса, каковой я до этого дня видел лишь со стороны, не имея удовольствия посидеть даже в салоне, не то что владеть подобным красавцем.

Сегодня за руль меня, конечно, тоже не пустили бы. Ведь я был еще очень слаб. И потом такие, как Никс предпочитают ездить с личным водителем, так что я удобно расположился на заднем сидении, обитом натуральной кожей. И всю дорогу слушал монотонный отчет Хэнкса о проведенных денежных операциях.

Нужно подтянуть свои знания по экономике, — пришел я к неутешительному выводу. К счастью, мое образование включало и такую скучную область. Но работать я всегда предпочитал в сфере программирования. И не плохо преуспел, надо сказать.

Уже через полчаса автомобиль плавно въезжал в большие ворота элитного особняка, припарковавшись почти у самого входа.

Что ж, — подумал я, окинув взглядом этого гиганта архитектурной мысли, — вероятно, плюсы в моем положении все же тоже будут. По крайней мере теперь я страшно богат и, наверное, было бы черной неблагодарностью с моей стороны, проклинать свое положение. Особенно если учесть, что я вообще не должен был выжить. А значит, пора начинать браться за голову и смириться уже со случившимся фантастическим перевоплощением.

В большом светлом холле нас встречала целая делегация слуг. Однако все мое внимание мгновенно захватила девушка, робко переминающаяся с ноги на ногу. И дело было даже не в ее необыкновенной красоте, а в том, что я уже видел ее раньше.

Эти глаза я бы не перепутал ни с какими другими. Я запомнил их глубокий таинственный свет на всю жизнь. Парадоксально, что видел-то я их впервые именно в тот самый страшный момент в моей жизни, когда думал, что она вот-вот прервется навсегда.

Я умирал.

Там, лежа на больничной койке, одинокий и напуганный приближающимся концом, я внезапно увидел эту самую девушку, застывшую по другую сторону застекленного большого окна моей палаты. Она не подходила близко. Просто стояла и смотрела. Но в ее взоре было столько всего намешано, столько искреннего сочувствия, поддержки, своей и моей боли, переплетающихся причудливым узором духовной связи, что мне вдруг безумно, невыносимо сильно захотелось жить!

Конечно, никто не хочет умирать. Но иногда этого мало. Нужно еще хотеть бороться. Выгрызать у самой судьбы право на существование. И я сумел. На последнем вздохе выбил у провидения роковую рокировку тел и душ. Каким-то неведомым ангелом хранителем был возвращен в этот мир, заслужив второй шанс. Простое право быть.

И я никогда не забуду ни то ощущение таинства, произошедшего со мной, ни Ее глаза, протянувшие мне незримую нить, за которую я ухватился, чтобы не исчезнуть навеки.

Сейчас, глядя на нее я был переполнен искренней благодарности, смешанной с благоговейным восхищением. Но, естественно, я не мог сказать Деборе Никс об этом. Не мог рассказать, что в ту волшебную секунду она вытянула мою душу, испаряющуюся в запредельных потемках небытия, каким-то чудом поспособствовав моему перевоплощению в ее мужа.

Нет, я не думал, что эта милая, нежная девушка может обладать какими-либо сверхчеловеческими способностями. Скорее, и она, и я почему-то оказались связанными, записанными вместе в неисповедимых скрижалях судьбы.

И теперь я был уверен, что выжил неслучайно.

Однако я оказался прав, и девушка явно питала к супругу не самые теплые чувства. Да что там! По ее виду, по тому как она сжимала свои дрожащие пальцы сразу становилось понятно, жена побаивалась Мартина Никса.

Когда я это осознал, то неожиданно почувствовал такую вспышку гнева, что не сразу сумел взять себя в руки и вымолвить хоть слово в ответ на приветствие домочадцев. Вот и получилось, что я попросту стоял и тупо молчал.

Но наверное, это все таки списали на мое плохое самочувствие. И Дебора вместе со служанкой взялась проводить меня до спальни. Не буду описать, что я испытал, когда холодные ладошки девушки неуверенно коснулись моих рук. В эту секунду я готов был на что угодно, лишь бы она перестала так нервничать в моем присутствии.

До чего же нужно было довести женщину, чтобы она испытывала страх даже перед обессиленным и ослабевшим супругом?!

И вот меня проводили в спальню, осторожно уложив в постель.

Дебора еще ненадолго задержалась подле кровати, чтобы задать пару банальных вопросов о самочувствии, отстранено глядя сквозь меня. Я чувствовал, что ей не терпится сбежать отсюда и, конечно, не стал задерживать ее. Да и не знал я, что сказать. Точнее, мне чудилось, что стоит произнести хоть слово, и Дебора сразу поймет, что я не Мартин. Будто это было возможно определить по голосу.

Стыдно признаться, но в какой-то момент, несмотря на весь драматизм ситуации, мне стало внезапно смешно. А все оттого, что я вдруг почувствовал себя волком из известной сказки, переодетым в бабушку.

Однако в наших с Деборой реалиях я, вероятнее всего, был наоборот безобидным персонажем, пришедшим на место опасному хищнику.

Только вот проблема была как раз в том, что я никак не мог понять, как теперь вести себя с ней?

Если до