Волки ночью воют - Алекс Данте

сразу. Его эмоции смешались, но глаза все еще оставались чистыми, как нежная гладь озера пред ночной тишиной:

— Кристофер.

Дороти покачала головой и закрыла глаза:

— Это Кай.

Рагнар опустился на корточки, а потом и вовсе сел на деревянные доски рядом с Эби и взглянул на нее, позабыв про снимок, пытаясь найти в ее глазах доказательство вселенной, что постоянно была рядом, но каждый раз ускользала от него:

— Что?

Ответ.

Она нашла один из самых важных ответов, что так долго искала.

— Какое его полное имя? Он называл тебе? — Дороти осторожно убрала фото обратно в карман куртки, словно оно было драгоценным камнем.

Тогда, в квартире перед их уходом, он пытался что-то сказать Эби. Он всегда пытался что-то сказать ей. Она просто не умела слушать.

Дерек кивнул, погружаясь в омут воспоминаний и произнес четко, словно только что где-то прочитал:

— Кристофер Аурелиус Йорен.

— Кай. — Дороти подняла голову. С щеки скатилась слеза и присоединилась к таким же соленым частицам воды, растворившись среди бушующих волн и будто ничего не значив. Внутри них всех жил океан, выливаясь по чуть-чуть в грустные и тяжелые времена. Он скорбел и чувствовал вместе с ними. — Это было не воображение. Похоже, я видела призрака, Дерек. Все это время. Но… есть некоторые сомнения и я хочу с ними поделиться, только если ты расскажешь мне, что случилось тогда. В тот день, когда ты запретил Закари выходить на дела. Прошу, мне нужно знать.

Рагнар молча перевел взгляд на уходящее солнце. В эти мгновения происходило многое, что нельзя просто так описать словами. Между ними кружил смысл. Глубокое существо, сильнее и больше любого водоема, да даже океана.

Его слова босыми ногами прошествовали по осколкам воспоминаний. Эби знала, что ему было тяжело идти, возможно, даже больно, но он ставил ступню за ступней и углублялся вперед.

— Нас было пятеро. Мне досталась квартира в Брокледе, где я жил когда-то, и я решил начать жить заново. После распада Беглецов я знал, что хочу создать свою команду и Кристофер, в каком-то смысле был толчком к этому всему. Он был первым, кого я нашел, еще до Того-Самого-Сентября. Тогда еще маленький, светлый, в порванной майке, что висела у него на костях, и большими ясными глазами, в которых существовал целый мир, никому не веданный. Он жил в приюте при церкви, в то время еще несовершеннолетний. Мы случайно познакомились, и я знал, что заберу его, когда встану на ноги… Мне пришлось на какое-то время уехать обратно на Большую Землю, тяжелое было время, в общем… Там я и нашел Табаки. Ему было некуда идти, он погряз в долгах и наркотиках. Я вытащил его из этой ямы и забрал с собой. Когда вернулся в Броклед, прошло уже года два, а может и больше, время… там… летело быстро. Мы с Табаки привели квартиру в более-менее нормальный вид. Тогда ему нужно было уехать на какое-то время, и мы расстались на несколько недель условившись, что встретимся там, когда закончим свои дела.

И я рванул в приют чтобы забрать Кристофера. Но какого было мое удивление и горе, когда на месте церкви я нашел лишь руины… Я надеялся, что он успел сбежать, но даже так, ни адреса, ни какой-либо зацепки, где его искать. Пепел уже давно стал холодным, а кровь на воротах засохла, руины уже стояли в таком состоянии уже несколько месяцев. Я так расстроился, что решил поехать обратно по кругу, через парк и случайно заметил его в окно. Кристофер сидел на скамейке, явно голодный и замерзший. По-моему, все в той же майке. Я забрал его домой, откормил и разрешил остаться. Спустя пару недель, как Кристофер встал на ноги, вернулся Табаки, слегка потрепанный с несколькими шрамами и кучей новых историй.

Еще через пару месяцев, я заметил на улице Ви… Она жила в Компосте и люди Пня держали ее в ежовых рукавицах, она была дико напуганная, но все еще гордо державшая подбородок. С ней плохо обходились, я узнал у Пня, что ее держали там за долги и собрав все, что у меня было, я выкупил долг Афродиты и забрал ее домой. По началу она нас боялась, но потом привыкла и даже заставила поклеить обои и купить всяких вещей вроде посуды и растений. Так, полгода мы жили втроем, поднимаясь на ноги и тренируясь. Мы с Табаки по несколько часов сражались друг с другом, накачивая мышцы и вспоминая учения на Большой Земле. А Ви налаживала контакты и узнавала все новости в округе, вечером гадая нам на картах и уча нас разных хитрым маневрам во всяких делах. Тогда, я и подал заявку на работу Месяцам, и мы официально оформились как Тени. Тогда по Сети я связался с Ронни, и она познакомила нас с Бобровскими, а чуть позже я наладил контакт с Пнем, кое-что для него сделав, и он дал мне дорогу на поставку оружия. Так мы и стали работать.

А этой же зимой я встретил Закари. Я возвращался поздно ночью с задания и увидел его всего в ссадинах и с синяком под глазом, одного на улице, испуганного и потерянного. И я забрал его домой. Зак долгое время молчал, вообще ни с кем не разговаривал, мы уж подумали, что он немой, как Кристофер о чем-то с ним поговорил и тогда Зак решил нам открыться. Он рассказал, что с ним произошло и… в общем, он грохнул своего отца. Кажется, из ружья, которое висело у них в гостиной. Мы следили по Сети, его искали пару месяцев, все это время он сидел у нас. Отец оказался единственным его родственником и ему некуда было идти, поэтому он остался с нами.

Мы были хорошей командой. У нас все было слаженно. А Кристофер… он… знал то, что нам никогда не удалось бы узнать, видел то, что мы никогда не замечали, в слова вкладывал столько смысла, что он переполнял его, возносил над землей. Он двигался почти бесшумно и бегал так быстро, что ни один человек не смог бы его догнать. Он был Гончим. Доставлял для нас всякие поручение, передавал посылки кому было нужно, подслушивал и наблюдал. Кристофер был особенным. И все у нас было хорошо. Да, иногда кого-нибудь ранили или появлялись проблемы, но все было решаемо и лишь вопросом времени. Мы чувствовали себя семьей.

А потом… Очередное задание, все, как всегда. Выследить парня, который торговал новым наркотиком.