Всадник ищет Амонну - Ульяна Туманова

Те, кто пришёл сюда за представлением, сидели с открытыми ртами. В их числе была и моя бывшая опекунша. Юджиния растерянно смотрела то на нас с демоном, то на Евгенику. А ведь я помню их разговор в день Арувеля, тогда Евгеника рассказывала монне похожую историю.

Но я знала ещё одну причину, по которой все застыли в недоумении.

— Я думаю, мы заслуживаем разъяснений, капитан, — один из членов Совета поднялся с места и, сложив руки за спину, прочистил горло. Я его узнала! — Меня зовут Оливер Голд, под моим патронажем находятся медицинские учреждения Наймарра. И, насколько мне известно, ваша спутница не так давно наблюдалась в загородном госпитале…

Кристиан обеспокоенно на меня посмотрел. Я сжала его ладонь, набрала в лёгкие воздуха и заявила:

— В котором меня держали против воли!

— Позвольте, я закончу, — настоял доктор, что пичкал меня лекарствами. — Мне также известно, что на отцовстве настаивает Дженис Блек. Госпожа… Аврора, — он обратился ко мне, — нам нужно, чтобы вы разъяснили, какие отношения вас связывают с капитаном и советником.

Я дёрнула Кристиана за руку и отчаянно попросила:

— Пообещай, что ничего не сделаешь.

— Нет, — жёстко ответил он. На дне штормовых глаз виднелся огненный смерч.

К нам подошёл Адриенн и что— то быстро сказал своему капитану, но тот никого не слушал.

— Госпожа?.. — на меня смотрели все, и промолчать я не могла. Раз здесь сегодня творят правосудие, так тому и быть.

— Дженис Блек пытался надо мной надругаться. А когда у него не получилось, запер в вашем госпитале! Меня с ним не связывает ничего!

Царившее в зале напряжение достигло своего пика. Кристиан отпустил мою руку и ударил по трибуне так сильно, что она отлетела вперёд. Кто— то взвизгнул. Евгеника отскочила в сторону. Демоны что— то кричали.

В зал попытали ворваться вооружённые стражи, но их остановили милитары, которым Фергус Пран быстро отдал команду. Я заметила его только сейчас, потому что он стоял в самом дальнем углу. Мне удалось узнать его по темно— синей форме и многочисленным ремням на груди.

Ни один страж так и не смог войти.

Приближённые милитары Кристиана разделились. Двое вышли вперёд, туда, где был их капитан. Адриенн остался со мной и задвинул себе за спину.

Свечи начали шипеть и плеваться воском, лантерны полопались, раня присутствующих осколками. По каменным стенам, словно вены, разрослись тонкие огненные нити. И все стремительно стекались к ногам демона. Время в подземелье действительно его изменило — я даже боялась предположить, насколько.

— И что ты сделаешь? — Дженис вышел к Кристиану, сокращая расстояние. — Её слова ничего не стоят.

— Поединок, — почти прорычал демон.

— Что?… — Дженис снова поправил рукава, заворачивая их ещё выше. — Послушай, это устаревший метод выяснения отношений. Это всего лишь женщина!

— Я желаю свидетельствовать! — прогремело из глубины зала, и все повернулись к вошедшему Рамису— старшему. Он горделиво постоял в дверях, а затем двинулся к трибунам. — Эта женщина, как вы выразились, дочь моего покойного соратника! А вы, уважаемый, не раз пренебрегали своими полномочиями, когда Аврора Монталь по своей наивности обратилась к вам за помощью! — старик, в этот раз причёсанный и прилично одетый, бодро шел, опираясь на палочку.

Он быстро поравнялся с нами и встал рядом со мной. Ноздри старика трепетали, он с ненавистью смотрел на трибуну напротив, где собрались обитатели Совета. Я понимала, что он здесь не просто так.

— Мне не совсем понятно, к кому вы обращаетесь, — спросил Дженис и принял незаинтересованный вид. Только вот найти себе места он не мог и все переступал с ноги на ногу, глядя на нового свидетеля.

— К вам! — громко ответил старый Рамис. — И к членам Совета Красных Кресел, который когда— то давно был уважаемым и справедливым органом власти.

— У нас нет времени на бред отстранённого работника Банка Крови, — засмеялся Дженис, ожидая поддержки от трибуны за спиной, но члены Совета с ним не согласились.

Демоны выглядели серьезными. Оливер Голд о чем— то тихо переговорил с парой соседей и поднялся, чтобы сделать заявление.

— Мы хотим выслушать свидетельство, — после этой фразы зал умолк, и все принялись слушать.

— Меня зовут Рамис Эгго, — старик протер вспотевший лоб платком. — Многие из членов Совета помнят меня по службе в Банке Крови Объединённых Земель. Без лишней скромности напомню, что она была блестящей. От дел я отошел из— за своей позиции в отношении политики Наймарра и не был отстранён, как это заявляет господин Блек.

Некоторые демоны согласно закивали, видимо, они знали Рамиса и верили его словам. Атмосфера становилась еще более напряженной. Не только Дженис, но и пара других демонов боялись показаний старика и заметно нервничали, отстукивая пальцами и ногами нетерпеливый ритм.

— Не так давно меня навестила Аврора Монталь. Бедняжка просила помощи, потому что за время ее пребывания в Наймарре никто, я подчеркиваю, никто не позаботился о том, чтобы юной демонице помогли обрести семью! — я с удивлением посмотрела на старика, который продолжал свою страстную речь. — Я, как опытный директор Банка Крови, коим до сих пор себя считаю, сначала ей не поверил, но решил заглянуть в архив через свою Книгу Ключей. И каково было мое удивление, когда я увидел, что Дженис Блек, пользуясь положением, оставил на архиве семьи Монталь печать. Не подтвердив принадлежность Авроры к данной семье, он внушил бедняжке, что она должна ему денег!

Зал тут же взорвался выкриками членов Совета, кто— то оправдывал советника, кто— то, наоборот, кричал, что давно подозревал его в нечистоплотности деяний.

— Те из вас, кто помнит меня, также хорошо знают, что я имел двух лучших друзей, — голос дрогнул, но он продолжил, — соратников, братьев! Тироль Демортен и Грегор Монталь — их имена.

— Это ни к чему не относится, — вмешался Дженис, глядя на старика Рамиса исподлобья, — У вас есть что сказать по существу?

— Я не закончил! — тот снова протер лоб. — Когда я увидел фамилию своего убитого друга в архиве, у меня как будто вырвали сердце… Ужасы тех темных времен Наймарра напали на меня черной тенью! И пусть доказательство того, что Аврора является его дочерью, должно было занять время и иметь подтверждение от живого родственника, я клянусь Всевышнему, что видел в ее чертах Грегора. Видел, как он дышит, как смотрит, как любопытно морщится.

Пока он говорил про моего отца, чье имя я слышу впервые, мое сердце тоже разрывалось. Но почему же он сразу не сказал, что узнал меня?! Почему не рассказал мне прямо у себя дома о том,