Пересмешник на рассвете. Книга 1 - Дмитрий Геннадьевич Колодан

возымели, мальчишка решил идти напрямик и попытался облапать ее пониже спины. Клара, схватив его за запястье, пообещала надрать уши и все рассказать его матери. Парнишка тут же расхныкался. Глотая сопли, он сообщил, что матери у него нет, а отец – беспробудный пьяница, который плевать хотел на своего отпрыска. Клара, добрая душа, принялась его утешать, да только мальчишка оказался не так прост. Стоило ей зазеваться, и он все-таки добрался до своей цели. Флип оттащил мальчишку за ворот и хорошенько тряхнул – только после этого юный герой-любовник, наконец, угомонился. Обозвав Флипа тупым старичьем и прокляв – «чтоб у тебя повис», – он сбежал в ближайшую подворотню.

– Черт! – выругалась Клара. – Да он же карманы мои обчистил!

– Что? Как?

– Всю мелочь выгреб, а больше там и не было.

Пятки мальчишки уже сверкали вдалеке, и бежать за ним не было смысла. Флип только присвистнул и покачал головой:

– Добро пожаловать в Мон-Флер!

К счастью, мальчишка, хоть и оказался карманником, свою часть сделки все-таки выполнил и до «Свиной головы» их довел.

Таверна пряталась в подвале, во внутреннем дворе кирпичного дома. На вывеске, намалеванной на куске распухшей фанеры, и впрямь красовалась морда свиньи, нарисованная в примитивной манере: круг, уши-треугольники и пятачок посредине. На ступеньках ведущей вниз лестницы, перегородив проход, развалилось тело в грязных лохмотьях и храпело так зычно, что эхо металось по двору, распугивая голубей и бродячих котов. Вонь перегара и немытого тела чувствовалась за несколько шагов.

– Ты уверена, что тебе нужно именно сюда? – спросил Флип так, будто выклянчивал отрицательный ответ.

– Да. Пойдем? – Клара зашагала к дверям таверны, и Флипу ничего не оставалось, как поспешить следом.

Хотя, по правде говоря, Клара была далеко не так уверена, как старалась показать. Грязный двор, уродливая вывеска, покосившаяся дверь таверны, обитая жестью, – все вопило о том, что девушке в подобном месте появляться не стоит. Однако катлинка должна сохранять лицо в любой ситуации, и Клара бы в жизни не призналась, что у нее трясутся коленки. Так она думала. Когда мужчина на ступеньках вдруг заворочался и завыл диким с перепоя голосом, вся ее смелость вмиг улетучилась. Клара взвизгнула и отскочила назад, чуть не сбив Флипа с ног.

Мужчина сел, глядя в пустоту. Изо рта вырывались облачка пара.

– Чайничек, – прохрипел он. – Хороший такой, фарфоровый чайничек… Сам подарил, на день свадьбы! Разбила, сука…

Он схватился за голову и застонал. А затем рухнул обратно на ступеньки и отключился. Кларе же потребовалось еще минут пять на то, чтобы набраться храбрости переступить через неподвижное тело и войти в таверну.

Внутри «Свиной головы» оказалось темно. Под потолком клубился густой табачный дым; один вдох – и она словно вдохнула горсть песка. Клара закашлялась, прикрывая рот руками, чтобы не привлекать внимания. Впрочем, без толку – стоило ей переступить порог, и взгляды всех посетителей таверны обратились в ее сторону. Разговоры, если они и были, мгновенно стихли. Тишину нарушало лишь жужжание тусклых лампочек, треск тлеющих сигарет и сиплое дыхание.

В основном за столиками сидели мужчины – ссутулившиеся и хмурые, с усталыми физиономиями и напряженные, как сжатые пружины. Видимо, таверна торговала без лицензии, и все только и ждали, что сюда нагрянут жандармы. Впрочем, Клара заметила и пару-тройку женщин: устроившись на коленях кавалеров, они бросали на дверь нервные взгляды. С первого взгляда было ясно, чем эти барышни зарабатывают на жизнь.

Долгую минуту завсегдатаи кабака разглядывали новоприбывших. А затем в одно мгновение о них забыли. Вновь загудели разговоры, послышался смех и звон пивных кружек.

– Интересная публика, – тихо проговорил Флип. – Ну и с кем из них у тебя встреча?

Клара огляделась, однако Радика-Цыгана нигде не заметила. А что, если он не явился на встречу? Всякое ведь случается, когда вот так бездумно доверяешься незнакомцу, пусть даже и земляку. Не зря же в горах говорят: «цыган обманет – не заметит»…

Впрочем, Радик сказал, что его здесь все знают.

– Простите… – Клара повернулась к ближайшему столику.

Крупная женщина лет сорока, с прической, похожей на копну желтой соломы, смерила ее взглядом. Судя по тому, как она наморщила лоб, выводы были неутешительные.

– Чего тебе? – спросила она и добавила: – Милочка?

Тем временем ее ухажер, тощий плюгавый мужичонка, пытался залезть ей под блузку. С механической отрешенностью женщина била его по пальцам всякий раз, когда он позволял себе лишнего.

Клара сглотнула. Ей не нравилось, когда ее называли «милочка», да и кому такое понравится? Однако это было не то место, где стоит задирать нос.

– Где я могу найти Радика-Цыгана? – спросила она.

– Кого-кого? – поморщилась женщина, и сердце у Клары упало.

– Так это… Одноногого, – сказал мужичонка, не прекращая попыток добраться до прелестей дамы. – Здесь он где-то, недавно видел.

Он завертел головой.

– Наверное, в подвал ушел.

– В подвал?!

Новость, что и у подвала может быть подвал, ее озадачила.

– Да ты у Люсьена спроси. – Женщина кивнула в сторону барной стойки.

Из-за двери подсобки как раз появился кельнер с бочонком на плече – круглолицый, краснокожий и с улыбкой от уха до уха. Светлые волосы курчавились пышной шапкой. Кроме всего прочего, это оказался самый высокий человек, которого когда-либо видела Клара. Он шел согнувшись и все равно задевал шевелюрой потолок.

Протискиваясь между столиками, Клара направилась к стойке. Флип задержался: какой-то бугай придержал его за руку и о чем-то спросил; она не расслышала ни вопроса, ни ответа, хотя и догадалась, о чем идет речь.

– Добрый день.

Люсьен глянул на нее свысока и добродушно хмыкнул.

– И тебе того же. Светлое или темное?

Кельнер с грохотом водрузил бочонок на стойку и вытер руки о засаленный передник.

– Но мой совет: бери темное. – Нагнувшись, он заговорщически прошептал: – Светлое мы просто водой разводим, а так то же самое.

– Светлое… Пиво? Нет, спасибо. Я ищу Радика-Цыгана. Вы, случайно, не знаете, где он?

Люсьен напрягся. Он продолжал улыбаться, но уже не столь дружелюбно, как раньше. Глаза его сузились.

– Радик? А зачем он тебе?

Клару задел жандармский тон кельнера, но вида она не подала.

– Он назначил мне встречу.

– Ах, так это он назначил, – протянул кельнер и задумался.

Клара переступила с ноги на ногу.

– У меня к нему очень важное дело, – сказала она в надежде, что это склонит чашу весов в ее пользу.

– Ты анархистка? – неожиданно спросил бармен.

– Нет, – ответила Клара. – Я…

Она замолчала, сообразив, что это мог быть и неправильный ответ. Или, что хуже, Люсьен решит, что она его обманывает.

– Я с юга, – торопливо сказала она.

– С юга, значит? Понятненько.

Кельнер немного расслабился. Плюнул на стойку и протер ее