Призраки больше не молчат - Галина Васильевна Герасимова

— Успокойся. В любом случае Фреда сразу не выгонят. Сначала подлечат, дадут восстановиться, чтобы альт успокоился. К тому же мы поймали психопата и убийцу — думаю, это зачтется как смягчающее обстоятельство.

Слова Дина звучали разумно, но Лили его не слышала.

Наконец из кабинета вышел Фред.

— Ну что?

— Как ты?

— Отчислили или наказали? — забросали мы его вопросами.

Вместо ответа Фред обнял Лили, зарылся лицом ей в волосы и прижал к себе. Она не вырывалась, обняла в ответ, прощая все прошлые обиды. Это всё, несомненно, было мило, но нисколько не проясняло картины. Когда мы были готовы силком оторвать командира от Лили, чтобы услышать вердикт, дверь снова открылась, и показался Генри. Посмотрел на наши встревоженные лица и всё понял.

— Месяц тренировок у Картера, каждому. И отдельно для Фреда: повторное прохождение Лабиринта с запретом выхода за территорию школы до пересдачи, — сказал он.

Лили, отпустив Фреда, повисла на шее у капитана, не скрывая слез.

— Спасибо, большое спасибо!

Генри с трудом отцепил от себя девушку, приложил ладонь к ее лбу.

— В больничное крыло, живо. У тебя температура. Фред, проводи подругу и сам покажись Алисе, на тебе живого места нет. А вы, Грейсы, надеюсь, меня обнимать не станете? Отлично, так я и думал. Тогда идите в общежитие и сидите там тише мыши. Лучше вам не попадаться директору на глаза, пока всё не забудется.

ГЛАВА 5

Совет Уоррена пришелся кстати. Мы притихли почти на месяц, не высовывались и строго соблюдали распорядок дня. С утра всей десяткой проходили полосу препятствий, днём шли на занятия, а вечером — в Лабиринт под строгим присмотром Генри. Выматывались так, что гулять не хотелось, мы еле доползали до общежития.

Фред присоединился к пробежкам на второй неделе. Он быстро восстанавливался после пыток, а вот Лили простыла сильнее, чем казалось на первый взгляд, и пока ходила только на лекции. В первые дни, пока она металась в лихорадке, Алиса позвала меня посидеть с ней — когда человек болеет, альту легче завладеть его телом. Но обошлось.

Всё чаще вечерами мы собирались у Фреда в комнате. После Плотины он перестал нас сторониться. Мы играли в карты, пили чай, травили байки. Пели. Когда Лили впервые попросила меня спеть, я жутко засмущалась: раньше я пела для духов, а не для души. Но Лили могла мертвого уговорить, и я сама не заметила, как посиделки пополнились моими песнями. Под настроение Фред притаскивал гитару, и тогда мы пели дуэтом.

— Здравствуй, тьма, мой старый друг, я снова пришел поговорить с тобой2…

В такие моменты голос Фреда звучал бархатисто и мягко, он задумывался о чем-то и после с особой нежностью разговаривал с Лили. Мы деликатно оставляли их наедине, отговариваясь тем, что поздно, а с утра на пробежку.

Сегодня, ввалившись в гости к командиру, мы и вовсе застали пикантную картину.

— Ребят, вы бы хоть стучались. — Парень возмущенно повернулся к нам, демонстрируя натренированное тело, а Лили, с которой он самозабвенно целовался на диване, стыдливо прикрылась его рубашкой.

— Запирайтесь, тогда никто не потревожит, — парировал Дин, который, по-моему, вообще не знал, что такое стыд.

— Не будем вам мешать.

Я схватила братьев за руки и утащила в нашу комнату. Там стояла духота — дышать нечем! А может, это от смущения у меня горели щеки. Схватив полотенце, я отправилась в душ. Когда вернулась, Дин валялся на кровати, раскинул руки в стороны, а Арчи мурлыкал у него на животе.

— Даже не верится, что уже конец месяца. — Дин повернул голову к разукрашенному календарю. Дни наказания мы зачеркивали больше по привычке. Стоило втянуться в сумасшедший ритм, и он начинал нравиться.

— Может, продолжим ходить на тренировки? Я привыкла бегать по утрам, — неуверенно предложила я. Взлохматила волосы полотенцем, безуспешно пытаясь их подсушить — раньше быстро сохли, а теперь длина не позволяла, — и почувствовала, как тяжесть ушла. Подошедший Рой поднял мои волосы, аккуратно промокая их полотенцем.

— Я за. Охотник доволен, что мы тренируемся, — поддержал он мое решение, не прекращая возни с волосами, и повернулся к брату. — Иди в душ, пока очередь не набежала. Ребята уже возвращаются с занятий.

Дин фыркнул, но поднялся, переложив Арчи на подушку.

— Знаю я, о чем ты заботишься, — ухмыльнулся он, проходя мимо и закинув полотенце на плечо. — Ох, наплеска-аюсь там вдоволь!

Дверь закрылась, и мы с Роем остались наедине. Когда Дин был с нами, я не испытывала никакой неловкости, но сейчас — другое дело. Меня накрыла волна смущения и сладкого томительного ожидания, и хотелось одновременно сбежать и остаться.

Полотенце упало к моим ногам, а горячие губы прижались к шее там, где поблескивали капельки влаги.

— Постой. А если Дин…

Я повернулась, упершись ладонями Рою в грудь. Дыхание сбилось, сердце зашлось в бешеном ритме, а Рой приложил палец к моим губам.

— Тш-ш. У нас есть время, — вкрадчиво произнес он и обнял, оставляя на щеках, шее, губах короткие поцелуи. Как будто бабочка крылом касалась. Вот только следы от них горели, как от огня.

Мы всё еще исследовали границы дозволенного, но с каждым разом они немилосердно сдвигались, и я подозревала, что скоро и вовсе станут не нужны. Я доверяла Рою и хотела быть с ним.

Когда Дин вернулся, я чинно расставляла чашки, Рой резал хлеб, и мы обсуждали последнее занятие в Лабиринте. О том, что минуту назад мы как безумные целовались, напоминали разве что припухшие губы, но свои я то и дело прикусывала, а Рой низко опустил голову. Дин, насвистывая, уселся за стол, бросил в свою чашку кусочек сахара, размешал и спокойно заметил:

— Если хотите побыть наедине, просто попросите меня выйти. Не надо тискаться втихаря, я же не маленький.

Я густо покраснела, а Рой закашлялся.

— Мы вовсе…

— У тебя футболка вывернута наизнанку и засос на шее, — перебил Дин мою слабую попытку оправдаться.

Выдавая нас с головой, я повернулась к зеркалу, отодвигая ворот. Черт, какой яркий след! Как мне завтра в школе показываться? В отражении промелькнула довольная улыбка Роя, но стоило мне повернуться, как он скорчил виноватую мину.

— Так мне выйти? — уточнил Дин со смешком, за что получил по загривку от Роя, и чай допивал молча.

* * *

Спустя неделю Фред пересдал Лабиринт, и нам наконец дали новое задание.