Бойтесь своих желаний - Филантроп

пиявки — Деньги давай!

Разве так принято встречать супругу!?

Я попытался вспомнить — где здесь кухня, но ноги сами понесли к плите. Мышечная память — гадкая штука.

Руки схватили сковороду, пальцы щелкнули конфоркой.

Яичница шипела, как Левиафан в моем ухе.

— Смешно выглядит… Вчера трупы, сегодня — детские сопли…

— Наконец-то научилась готовить! Обрадовался муж черному горелому луку.

Да ужж, интересно, а чем раньше она его потчевала?

Хорошо, что он свалил на работу и оставил меня наедине с собой…

Нужно подумать, как жить дальше, чем промышлять и разработать план действий. Но подумать не дали дети… Потребовали кушать и принесли тетради с домашним заданием на проверку.

Ответил — всё правильно.

Я всё равно дибил и ничем не смогу помочь им в образовании.

День прошел быстро, и я уснул без задних ног…

Это конечно замечательно, но не о такой унылой жизни я мечтал…

Семейка слишком неблагодарная, их мать и супруга умерла, а они даже не заметили странностей в моем поведении. Должно быть, при жизни к ней относились как к элементу кухонной утвари…

Еще одна причина не рождаться женщиной — унылое это занятие…

Развлечения ради, я даже с детьми в прятки играл.

Старший сын залез в шкаф, и я нашел его не сразу. Когда открыл дверцу — увидел его сидящим, плачущим и обнявшим колени. — Чего ты хнычешь? Проявил я заботу как любящая мать.

— Папа сказал… что если я еще раз получу двойку, то выбросит меня в мусорку… Его дрожь напоминала мне детство…

Я тоже прятался по разным углам от пьяных родителей…

— Хочешь я научу тебя прятаться навсегда? Прошептал я.

Мальчик кивнул.

— Нужно стать невидимкой. Перестань дышать. Расхоти хотеть. Я прикрыл дверцу и запер на ключ.

Начнем тренировку.

* * *

Целыми днями сидел дома и листал фотографии детей со школьных утренников и свадебные фото с мужем.

Сердце вообще не дрогнуло.

Не мог понять изображений, где женщина с моим лицом улыбалась чужим детям. Её радость как шрам на моей душе.

Я не чувствовал ни тепла, ни усталости…

Только пустота, будто кто-то паяльной лампой выжег во мне родительские чувства.

Они воспринимаются мной как абсолютно чужие, ненужные члены общества…

Я был занят работой по дому и совершенно забыл, что я — это я…

Тело матери требовало ухода и заботы. Я сидел в ванне, скреб мочалкой до кровавых полос.

Грудь, живот, растяжки — всё это чуждое, ненужное…

В зеркале тусклое женское лицо…

— И тебе нравилось так жить? Спросил я у отражения.

Внезапно шубы шевельнулись сами.

— Да…

Это был не Левиафан, а она…

Я разбил зеркало кулаком. Осколки упали в воду, и в каждом отражался новый я — мужчина в женской плоти.

Демон завыл от восторга!

— Она еще здесь! В уголках памяти! Хочешь я съем её остатки?

— Да блядь! Сожри всё до последней крошки!

* * *

В один из выходных меня заставили надеть платье с рюшами и вести детей на школьный праздник.

В зале пахло пластиком и дешевой газировкой.

Другие матери косились на меня, шепчась — Слышали, у неё недавно мужа уволили, и он забухал… Теперь ясно, почему я замужем за сторожем…

На сцене младшая дочь читала стихотворение.

— Мама — ангел, мама — свет…

Левиафан завыл от смеха. Я встал и зааплодировал так громко, что все замолчали и смотрели на меня как на дуру.

— Ты правда думаешь, что я ангел? Спросил у дочки на обратном пути.

— Ну конечно! Самый красивый на свете! Честно я бы заплакал, если бы мне не было плевать…

Мой ангел слишком завистливый и гадкий, его даже сородичи ненавидели и презирали…

* * *

Однажды дверь распахнулась и в квартиру вкатилась женщина с неприятным лицом…

Еще блядь родственнички…

Я её не знаю, но тело автоматически напряглось и заняло защитную стойку.

Свекровь.

— Где мои внуки? Она прошла мимо, не глядя на мать.

— Почему у младшенького синяк под глазом? Мальчик прижался к стене, будто ждал удара.

Я улыбнулся — У сына своего ублюдка спросите.

Женщина замерла.

— Ты с ума сошла клеветать на Сашечку? Её голос дрожал. — Ты… Ты даже не мать!

Я подошла вплотную, вдохнула запах духов — дешевых как её забота. — А вы — не бабушка. Вы — труп который забыли похоронить.

Она ушла, хлопнув дверью. Дети молчали. Только младший прошептал — Бабушка, правда, труп?

— Конечно… Чуешь как пахнет… Теперь весь день проветривать.

* * *

Две недели тихой, семейной и пустой жизни прошли в одно мгновенье…

Почему пустой? — А в ней смысла нет.

Ну вырастут дети, и что с них взять? Повторят судьбу отца — охранника на парковке и матери — заезженной, уставшей от жизни женщины.

Чтобы развеселить будни я решил дать ему.

Ну как дать…

Просто я не учел одного момента…

Дети легли спать и это немытое чудище набросилось на меня. Я уже хотел переместится в его тело и самого трахнуть в облике жены, но Левиафан забыть сказать — что так часто прыгать по телам нельзя!

— Ну пиздец! Я даже противится не смог. Он заломал меня и отодрал как сивка бурку!

А самое страшное — мне понравилось!

Если у мужчин возбуждение как газовая плита — огонь моментально вспыхнул и погас, то у женщин нагрев и остывание постепенные — как у электрической конфорки.

Лежу на кровати, рядом храпит туша в семейниках…

И как я дошел до жизни такой…

Разве я мечтал убивать направо и налево? Я просто хотел жизни чуть получше.

Разве это слишком нечестно с моей стороны?

Да похрен на лучшую жизнь, я просто желал человеческого отношения! Чтобы люди не харкали в мою сторону…

Интересно, а они всегда были такими злыми, неприветливыми, готовыми унизить и самоутвердиться за счет того — кто стоит на ступенечку ниже? Или виноват наш век, в котором каждый гонится за деньгами и признанием?

Ахх, к черту…

Мне бы до тела президента добраться или до командующего ядерным арсеналом… В мире радиоактивных пустошей все были бы одинаково уродливыми и толерантными.

Пора заканчивать с этой семьей…

Я узнал, что такое семейная круговерть и мне это не понравилось…

Да простит меня и Бог, и Дьявол за следующее…

— Не волнуйся… Дьявола никогда не существовало, а Отец Небесный разбит на осколки… И как один из них, я извиняю тебя за всё… Ехидно отозвался Левиафан.

* * *

Муж на работе.

Впервые за все время пребывания, я накормил