Небесная академия. Ученица и наездник - Элис Айт

резня тоже может произойти. Хотя я все-таки немного сгустил краски перед Колларом и, сложись обстоятельства немного иначе, ни в коем случае не стал бы тащить первокурсницу, к тому же вероятную невесту будущего короля, в гущу боя. Но сдается мне, что там, под моим присмотром, тебе будет безопаснее, чем здесь.

– Спасибо вам.

– Рано благодарить, – осадил он. – Для начала всем надо остаться в живых. И будь добра, приглядывай за Кусачкой и Гордецом. Будь они такими зайками, какими, похоже, представляются тебе, я бы не отдал приказ запереть обоих в авиарии.

«А мы и не зайки, – сразу же влез Кусачка. – Мы грифоны. Это совсем не то же самое!»

– Вот именно, – вдруг сказал Освальт. – Абсолютно не то же самое, потому что грифоны куда опаснее. Одно неловкое движение лапой – и у тебя свернута голова.

У меня, кажется, отвалилась челюсть.

– Но как…

Ректор расхохотался.

– Ты что, думаешь, меня за красивые глаза или давние боевые заслуги сделали здесь главным? Да я эту должность зубами вырывал! Не в последнюю очередь в мою пользу сыграло то обстоятельство, что я слышу всех грифонов, рядом с которыми провел достаточно времени.

Я пристально и недоверчиво изучила его внешность. Волосы седые, но кожа нормального цвета, да и глаза пусть светлые, но не совсем белые.

– У вас тоже колдовской дар?

Он отрицательно покачал головой:

– Я бы это не назвал даром, скорее проклятием. Когда на поле боя слышишь, как умирающие грифоны кричат и голосом, и внутри, это страшно. Очень страшно. И, уж не знаю, к сожалению или к счастью, к колдовству это не имеет никакого отношения. Просто талант. У Тарена схожий. Если он продолжит жить на Облачных вершинах, то к моему возрасту станет таким же.

Мне стало даже немножко обидно.

– Так моя способность не уникальна?

– Такого я не говорил, – улыбнулся Освальт. – Золотой сети, о которой ты упоминала, я никогда не видел. Да и голос Кусачки едва слышен, как шепот. А привязывать к себе золотые нити и подавно не могу. И это явно не та способность, которую можно развить, потому что я родился в Вайле, мой отец тоже летал на грифонах, и вот я уже столько лет здесь – а кое о чем из того, что ты рассказываешь, и представления не имел. Я верю, что ты настоящий эн-хей, Эйри.

Я только вздохнула и опустила голову, поскольку сама в это не верила. Однако следующие слова ректора заставили меня встрепенуться и вновь на него уставиться.

– Послушай меня. Поскольку все серьезно, очень важно, как ты себя покажешь в Мавеннаре. Обратись к Коллару. Времени немного, но, может, он успеет тебя чему-то научить.

Я непроизвольно скривилась. Освальта выражение моего лица, конечно, не обрадовало.

– Эйри, мы не в том положении, чтобы выбирать, – сухо произнес он. – К тому же я наблюдал за Колларом с момента нападения Забавы, и у меня есть ощущение, что либо мы все заблуждаемся на его счет, либо план Паука гораздо сложнее, чем мы думали. Он давно мог опутать тебя паутиной, как сделал это с Мэйлиром, и вынудить тебя хоть на пузе перед ним ползать, но до сих пор так не поступил. Почему?

– Откуда мне знать? – развела руками я.

– Вот и я не знаю. Поэтому нельзя отвергать вероятность, что он согласится тебе помочь, – ректор, будто ставя этим точку, негромко хлопнул ладонью по столу. – Все, пора заниматься делом. Пока мы с тобой болтаем по душам, королева и дядя-маркиз не спят. Нужно успеть в Мавеннар до темноты, иначе опять потратим зря время. У тебя больше вопросов нет?

– Срочных – нет, господин ректор. И все равно спасибо вам.

Он отмахнулся с бледной улыбкой и погрузился в бумаги, принявшись что-то быстро писать. Кажется, Освальт даже не заметил, как я вышла из кабинета.

Выйдя на крыльцо, я медленно выпустила воздух из легких.

Здорово, конечно, что ректор в меня верит, но насчет Паука он ошибается. Моя уверенность в этом была подобна скале. К Коллару, конечно, я схожу, но…

Только после того, как соберу вещи. И это вовсе не оттягивание момента унижения, а необходимость. Да.

Глава 36

Я запихивала вещи в заплечный мешок, когда колокол особым звоном созвал всех обитателей академии в большой зал учебного корпуса, чтобы послушать объявление ректора. Я не пошла, потому что уже знала, о чем там будут говорить. Лучше потратить это время на решение, что с собой брать в столицу.

И тут возникала такая очень традиционная для девушки проблема. Много с собой не возьмешь – лететь придется на грифоне, а это не вьючная лошадь. Но и оставлять ничего не хотелось. Во-первых, еще неизвестно, сколько придется проторчать в Мавеннаре. Во-вторых, а что, если вернуться в Небесную академию мне уже не дадут? Наивно думать, что кто-то займется пересылкой моих скромных пожитков.

Ну как скромных… В заплечный мешок все они влезть отказывались. И это я еще не пыталась запихнуть туда меховой плащ – самую объемную из всех вещей, поскольку полечу прямо в нем. Осень, холодно – хоть тут в каком-то смысле повезло. Конспекты я тоже брать не стала – не пригодятся. Точно надо взять смену белья. И как-то умудриться выбрать наименее ужасное платье из тех обносков, которые я носила до поступления.

С чем я расставаться определенно не собиралась, так это с подарком Тарена. Он словно сам был немного провидцем – так вовремя пришли страховочные ремни для полета. Я уже опробовала их на Закате, но они ожидаемо оказались ему велики. На чем или ком я буду лететь сегодня, непонятно, поэтому наверняка страховка пригодится уже сегодня.

На миг прижав ее к сердцу и вздохнув с мыслью о Тарене, я положила хитроумное переплетение ремней сверху и затянула завязки мешка.

Все. Вещи собраны. Можно бежать дальше – попрощаться с Закатом, проследить, чтобы из авиария вывели Гордеца с Кусачкой, а потом поговорить с Колларом. Бумажку с перерисованной схемой я засунула в карман, чтобы в случае чего быстро ее достать.

Эх, мне бы еще пару дней! Видят боги, у меня было бы чем удивить почтенную публику в Мавеннаре. Но, может, так даже лучше. Зато я получила подтверждение, что ректор не собирается меня сдавать без боя – а это уже внушает огромную надежду на то, что Коллар останется с носом, а Белая академия меня так и не дождется!

Из комнаты я выскочила в приподнятом настроении, но тут же недоуменно остановилась. Нос защекотало ароматом роз, хотя в этот раз он был значительно слабее, чем