Иллюзия чистого листа - Дмитрий Владимирович Ледовской

считал себя в чем-то виноватым. Всю жизнь он просто скрывал чужие тайны, лично не влезая в решение таких вот кардинальных вопросов. Он был удобен своему руководству лояльностью и умением держать язык за зубами. Но для меня он тоже был соучастником. Если бы меня сегодня убили, он просто помог бы замести следы и оставить свои знания в секрете.

– Итак, вам, Петр Алексеевич, вздумалось меня убить, – на этот раз мрачно проговорил я. – Сами понимаете, такое нельзя оставить безнаказанным.

– Простите меня, Олег Сергеевич, – тихо произнес Краснов и осекся, замолчал, тщательно разглядывая камин за моей спиной.

В этот момент в моей голове зазвучал голос моего защитника, который сказал мне:

– Мы не можем лишить жизни никого из них.

Он догадался о моих намерениях и решил предупредить их.

– Они сейчас не представляют угрозы для вас и не опасны.

– Что же делать? – мысленно спросил я Юалла. – Просто взять и отпустить, устно напугать?

– Мы можем напугать их не только словом, – ответило существо среднего мира. – Вы прижмете их речью, а я визуальным представлением.

Это заявление меня не только заинтриговало, но и несколько воодушевило, потому что я намеревался расправиться с толстосумом в окончательном смысле, но оказалось, что мой защитник против этого. Конечно, он был полностью прав. Мне это было вполне понятно.

Троица стояла и ждала моего решения. После увиденного, возможно, Краснов не осмелится делать новые попытки вычеркнуть меня из жизни и тем самым отомстить. Но вполне вероятно, что нет.

– Говори, мерзкая тварь, зачем хотел меня убить? – резко спросил я финансового воротилу города.

При таком обращении Краснов вздрогнул. Так его за всю жизнь никто не называл. Он всегда был самовлюбленным эгоистом, перед которым уже долгое время все пресмыкались и заискивали. С просителями он общался исключительно через губу и вел себя с людьми, как законченный феодал с последними вассалами.

– Как вы смеете?! – внезапно закричал он. – Что себе позволяете? Я уважаемый человек. Даже мэр второго города страны никогда бы не позволил так со мной говорить!

От гнева он захлебнулся слюной, прокашлялся, сглотнул и, тряся кулаками, как заведенный, снова заорал:

– Вы не понимаете, с кем связались! Я могу уничтожить вас как таракана, не глядя, что вы – эдакая важная личность. Здесь я хозяин, я решаю за все и за всех.

На секунду он запнулся из-за нехватки воздуха в легких от возмущения и опять заорал, словно в него черт вселился, да так, что любой иной человек от страха присел бы. В гневе он был, действительно, страшен. Но не для меня.

– Да! Я хотел грохнуть тебя. Я не знаю, что на меня нашло тогда в кабинете. Ты тут вообще не причем. Меня, серьезного уважаемого человека, на пол повалил. Меня заставил коленями пол протирать!!! Меня!!! Тварь! Ты чудом живой сейчас. Но учти, тогда в кабинете ты подписал себе смертный приговор. Я уничтожу тебя сегодня или завтра. Время не имеет значения. Ты труп и точка!

Крича это в голос, Краснов побагровел до такой степени, что мне и, наверное, остальным в комнате стало казаться, что его сейчас хватит удар. Изо рта летела пена, как у коня после продолжительного забега. Он, как ненормальный, продолжал припадочно трясти руками.

– Тебе кранты, тварь, понятно?! – орал Краснов, и тут произошло неожиданное, да такое, будто адовы силы решили вмешаться в происходящее.

Во внезапно воцарившейся тишине, которая показалась аномальной после полувменяемого ора, все невольно взглянули на замолчавшего хозяина дворца, дабы понять причину остановки шума. Краснов будто застыл с разинутым ртом и выпученными глазами на полуслове. Одновременно с этим все заметили крупную черную точку, образовавшуюся в районе его солнечного сплетения. Она смотрелась как вдавленная ямка, но оставалась таковой недолго. Жирной линией она стремительно потекла вниз, остановившись в паху, и напоминала прямой вертикальный отрезок. В этот же момент свет в комнате померк, лучик солнца исчез, сразу стало темно и мрачно. Хозяин дворца страшно дернулся и дико завопил на весь зал. Все продолжали смотреть, ничего не понимая. Через секунду черный отрезок расширился, и из него, словно клубок синюшных водорослей, вывалились внутренности, кишки и прочая требуха. Краснов не смог устоять и рухнул на колени, принявшись лихорадочно загребать руками собственные внутренности и пытаясь поднять их к животу. Сквозь пальцы потекли и закапали на пол темные струйки. Он трясся в безумном припадке и гудел от боли, будто сломанная басовая музыкальная труба. Вся плюхнувшаяся на пол куча из его нутра обильно оросилась черной кровью, стекающей по кишкам на пол.

Я в ужасе глядел на все это действо, когда услышал сбоку от себя протяжный звук, похожий на стон. Повернув голову, я увидел, что помощник Краснова, весь белый лицом, не сводил глаз со своего начальника и дрожал, словно его охватил внезапный сильный жар. Его рот непроизвольно издавал однотонный звук, который я и услышал.

Управляющий отшатнулся к стене, где в сумерках застыл, своим видом напоминая взрослую куклу или деревянную статую. Ни жив, ни мертв он глазел на своего хозяина, который к этому времени повалился на кучу собственной требухи, глухо стонал и, судорожно дергаясь, умирал.

Рядом с лежащим Красновым, будто внеземное существо, прибывшее сюда из других миров и пространств, проявился Юалл. Он словно материализовался из воздуха, и с одного из его длинных когтей на пол одна за одной падали капли цвета сока черноплодной рябины. Вид древнего существа здесь в комнате был настолько нереален, кошмарен и несуразен, что, увидев его, Градов перестал стонать и рухнул в беспамятстве, как подкошенный, кулем шлепнувшись со всего маху об пол. Управляющий резко отвернулся к стене, присел, как маленький ребенок, и обхватил голову руками, словно таким образом пытаясь защититься от неведомой страшной угрозы.

Возникшая в потемневшей комнате картина выглядела, действительно, чудовищно, я сам почувствовал, как у меня задрожали руки и, как по команде, мелко заклацали зубы. Не смотря на то, что основная сила Юалла была направлена против троих неприятелей, мне тоже отчасти перепало. «Хватит!» – взмолился я перед Юаллом, потому что дальше все это наблюдать, терпеть запредельный ужас и возникшую у самого меня физическую боль не было никаких сил.

В комнате воцарилась полная тишина. Краснов лежал лицом вниз на своих внутренностях неподалеку от человека в застегнутом пальто. Под ним растеклась лужа крови, часть которой неровной чернотой впиталась в костюм и распахнутое пальто. В трех шагах на полу ближе к окну валялся Градов, мозг которого не выдержал потрясения и временно выключил своего хозяина. Управляющий дворца