Кровавая служба доставки - Нина Матвеева
— Прямо так? — нахмурилась Джури. — Но господин Авильери сам выбирал, какой наряд...
— Красивое платье я смогу изобразить и позже, — перебил её Кристиан снисходительным тоном. — Неужели вы считаете, что понимаете работу художника лучше меня? Комфорт в позировании очень важен, модель должна чувствовать себя спокойно и расслабленно, тем более это наши первые сеансы. А платье может очень повлиять на настроение и самоощущение. — Он умолк ненадолго, а затем заговорил, многозначительно понизив голос: — Вот вы, моя дорогая Джури, что испытываете, когда думаете о том, что ваше платье подбиралличногосподин Авильери?
Я едва не уронила челюсть от намёка, который, — уверена — Кристиан специально вложил в свой вопрос. Совершенно безумный вампир! Что он несёт? Джури и вовсе отшатнулась, а затем поспешно скрылась в коридоре. Мне стало жаль её — она просто пыталась добросовестно делать свою работу и не заслуживала получать за это тычки. Себя я жалела не меньше, ведь именно мне было суждено стать следующей мишенью этого вампира.
— Впечатляющий сад, — услышала я через пару мгновений. — Полагаю, это всё — ваша заслуга?
Кристиан смотрел на меня с нескрываемым любопытством, но я уже знала, как он манипулирует собеседником, пользуясь своей внешностью и манерами, поэтому лишь неопределённо качнула головой и отошла за ряд высоких фикусов. Они прикрыли меня, пусть и не так надёжно, как хотелось бы.
Вскоре в оранжерею внесли мольберт, холсты и чемоданы, а затем даже небольшой столик и кресло, в котором мне предстояло позировать. Когда я выглянула из своего убежища, всё уже было расставлено по местам, а Кристиан раскладывал на столе пеналы и тюбики с краской. Выглядел он при этом удивительно умиротворённым — ни следа того сумасшедшего вампира, который пугал меня неожиданными репликами или неуместными вопросами.
— Присаживайтесь, — сказал он мягко.
Ну, вот и всё. Нужно собраться и просто отсидеть отведённые на эту пытку пару часов. Если подумать, в оранжерее это будет не так мучительно, как, например, в какой-нибудь из гостиных. Я просто могу сидеть и любоваться своими растениями. Ведь могу же?
Устроившись в кресле, я выпрямилась и вопросительно взглянула на Кристиана — у меня не было ни малейшего представления, что делать дальше. Кристиан же сначала попытался дать мне несколько рекомендаций по тому, как лучше повернуть голову и красивее сложить руки, потом неожиданно достал из одного из чемоданов фотоаппарат и без предупреждения сделал пару снимков.
— Это на всякий случай, чтобы ускорить работу. Теперь просто... расслабьтесь, — взмахнул он рукой.
Я перехватила его взгляд и напряглась ещё сильнее. По мере того, как Кристиан погружался в работу, менялось выражение его лица и даже повадки. Внимательным и сосредоточенным он определённо нравился мне больше, да и молчаливость сначала показалась настоящим подарком небес. Можно было выдохнуть — судя по всему, он не привык болтать во время рисования. Но вот от резко посерьёзневшего и даже будто потяжелевшего взгляда мне становилось очень нервозно. Я словно чувствовала на себе каждое неуловимое движение маленьких зрачков. Будто между мной и этим вампиром в один момент протянулись некие незримые нити, по которым бежало такое же невидимое напряжение. В какой-то момент я просто окаменела под его всепоглощающим вниманием.
— Нет, никуда не годится, — пробормотал Кристиан и неожиданно подскочил на ноги.
Я с испугом проследила, как он подошёл к выставленным на этажерке цветочным горшкам и подхватил небольшой, но пышный куст диффенбахии, а затем двинулся прямиком ко мне.
— Вот, подержите его.
Кристиан вручил мне цветок в горшке и окинул нас оценивающим взглядом, от которого сердце распухло в груди. Похоже, я всё делала неправильно. Заранее приготовившись к упрёкам, я пробормотала:
— Не уверена, что стоит его рисовать. Это растение — ядовитое...
Голубые глаза в ужасе распахнулись, а в следующий миг Кристиан вырвал у меня цветок и шагнул назад, держа горшок подальше на вытянутых руках.
— Что? Что он тут тогда делает?!
— Нет-нет! — так же встревоженно воскликнула я. — Не настолько ядовитый! Сок может вызвать аллергию, а ещё от него немеет язык, — пояснила я торопливо. — То есть... я имею в виду, что никакого вреда он не причинит, я ведь не собираюсь жевать листья. Я могу позировать с ним в руках, если это нужно, просто я подумала о... символизме.
Повисла неловкая пауза.
— Точно?
— Да, — ответила я, глядя то на вампира, то на цветок.
— Поклянитесь, что не станете жевать его.
Я уставилась на Кристиана совершенно непонимающе. Он смеётся надо мной? Или правда так разволновался из-за обычной диффенбахии? Лицо его было пугающе серьёзным, в голубых глазах читалось напряжение.
— Клянусь...? — пробормотала я неловко.
Ещё пару секунд он смотрел на меня, потом кивнул и отдал цветочный горшок. Уголок его рта всё же дёрнулся, но Кристиан быстро отвернулся, и я не успела понять, что за этим скрывалось.
Около мольберта он сел с абсолютно непроницаемым видом. Я снова выпрямилась, затем покрутила горшок в руках, пытаясь понять, какой стороной его будет выгоднее всего показать художнику. Не удивительно, что Кристиан выбрал именно диффенбахию — листочки у неё были пёстрые, яркие, со светло-зелёными прожилками. Кусать их было бы настоящим кощунством...
До моего слуха донёсся сдавленный смешок. Вскинув голову, я увидела дрогнувшую на красивых губах улыбку.
— Прошу прощения, — заговорил вампир. — Я вдруг подумал, какой занятный портрет мог бы получиться, если бы... если бы вы жевали на нём цветок, — он всё же рассмеялся, даже блестящие клыки мелькнули на мгновение, — жаль Тэо Авильери не оценит такого результата.
У меня тоже вырвался глупый смешок. Клянусь, я не хотела этого, но почему-то вдруг в красках представила себе серьёзного и ужасно важного Тэо сидящим в кабинете напротив портрета, на котором я жую зелень из цветочного горшка... В груди сама собой зародилась вибрация, потом меня затрясло. Не в силах больше сдерживаться, я расхохоталась так, что слёзы выступили на глазах. А потом Кристиан присоединился ко мне, и я не могла уже даже держать в руках горшок с диффенбахией.
Наш первый сеанс рисования в итоге был полностью сорван. Я ожидала этого, однако совсем не думала, что это случится из-за неконтролируемого приступа веселья.
Глава
