Бывает и хуже? Том 7 - Игорь Алмазов

— Добрый ты, — заявил он. — Я вот думаю, ничего такими разговорами ты и не решишь. Но дело твоё, конечно.

Щербаков и сам был добропорядочным журналистом и не хотел подставлять меня. А потому без отмашки не публиковал, и неважно, насколько там громкий материал получался.

— Давай пока сосредоточимся на открытии ребят, — улыбнулся я. — Гриша этого дня очень ждал.

За плечами у моего друга уже был один неудачный опыт бизнеса в Саратове. И приехав в Аткарск, он постоянно грезил о новом деле. Засыпал меня разными идеями. И сейчас я очень рассчитывал, что у друга, наконец, всё получится. Он этого заслуживал.

Я пробыл на открытии ещё пару часов. Людей приходило действительно много, была шумиха, Гриша и Вадик бегали туда-сюда. Вовчик вёл себя образцово.

Через пару часов Лиля сказала, что ей уже пора домой. Ну и я решил отправиться по своим делам. Ещё раз поздравил друзей, и мы с девушкой вышли на улицу.

— У меня заказ один ещё есть, и к экзамену надо готовиться, — на улице объяснила мне девушка. — Да и скучно там, если честно. Я вот эти компьютерные игры никогда не понимала.

Я тоже. Но вот Саня Агапов их, кажется, очень даже любил. По крайней мере Гриша говорил мне, что компьютер у Сани был очень мощный.

И это оказалось кстати, ведь продав его, я разобрался тогда с частью своих долгов.

— Какой экзамен? — поинтересовался я.

— Хирургия, — поморщилась девушка. — Мне, если честно, хирургия меньше всего нравится, оперировать я бы не хотела. Но тут деваться некуда, в ветеринарных клиниках врач должен всё делать. В городских, я имею в виду.

— Это правда, — кивнул я. — Ну, думаю, ты прекрасно со всем справишься.

Лиля покраснела и широко улыбнулась.

— Спасибо тебе, — сказала она. — С тобой когда говоришь — потом и правда чувство, что море по колено. Ты очень хорошо умеешь поддерживать.

Я проводил Лилю до подъезда, и она убежала к себе. А я решил сходить в зал. На этой неделе со всеми поездками и делами не было ни одной тренировки, и нужно было исправлять это упущение.

ФОК встретил шумом и запахом пота. Народу было гораздо больше, чем в будние дни. Всё-таки суббота, выходной.

Я переоделся, размялся и приступил к тренировке по схеме Виталия. Сегодня тренер был другой, мужчина равнодушно стоял за стойкой с телефоном в руках и не особо следил за окружением.

После разминки я приступил к тренировке. Рядом со мной занимался парень лет двадцати трёх. Он стоял у стойки со штангой, на которую успел навесить килограмм сто пятьдесят. Может, и больше. Спина у парня была обмотана тяжелоатлетическим поясом, который очень помогает в технике, но совершенно не заменяет саму технику.

Парень готовился к становой тяге. И я сразу же обратил внимание, что спина у него была закруглена. Не сильно, но выполнять тягу с такой спиной нельзя — сильная нагрузка на поясницу.

Юноша поднял штангу с пола рывком. Не плавно, не «выжимая землю», как учат тренеры по силовым, а именно рывком, дёрнув плечами. Штанга пошла вверх, парень довёл её до бёдер, и я отчётливо увидел, как поясничный отдел у него прогнулся в неположенной плоскости.

Хотел уже подойти и сказать ему остановить подход, но не успел. Парень дёрнул штангу второй раз и резко охнул. Лицо его побледнело, он выпустил гриф из рук и схватился за поясницу.

Тренер даже не заметил этого инцидента. Я поспешил к молодому человеку.

— Так, не двигайся, — строго сказал я. — Не пытайся вставать.

— Спина, — простонал парень.

— Знаю, что спина, — кивнул я. — Я врач, не беспокойся. Сейчас я тебе помогу. Где болит?

Он ткнул рукой себе в поясницу справа от позвоночника.

— Стреляет? — уточнил я. — В ногу, ягодицу, бедро?

— Нет, — помотал он головой. — Только спина…

— Пальцами на ногах можешь пошевелить? — спросил я.

Он попробовал и кивнул.

— Так, стопы на себя потяни, — скомандовал дальше я. — Тоже на двух ногах.

Стопы тоже работали. Отлично, острого корешкового синдрома нет, значит защемления или воспаления спинномозгового нерва тоже нет.

Иррадиация отсутствует, то есть никуда боль не отдаёт.

Подвижность сохранена. Это острый мышечный спазм. Болезненный, неприятный, испугавший парня до полусмерти, но без неврологии.

— Всё в порядке? — к нам подошла пара ребят с соседних тренажёров.

— Жить будет, — улыбнулся я.

Они кивнули и продолжили тренировку. Я же аккуратно помог парню лечь на спину.

— Дыши спокойно, — велел я. — Глубокий вдох, медленный выдох. Скоро отпустит.

Сам начал вливать прану, помогая спазмированной мышце расслабиться. Медленно, чтобы слишком резкое выздоровление не вызвало вопросов. И желания снова пытаться тягать такие веса.

Спазм штука капризная, чем больше человек паникует, тем сильнее мышца сжимается. Когда дыхание у парня выровнялось, я снова уточнил:

— В ногу не стреляет?

— Нет, — покачал он головой. — Да и вообще отпускает потихоньку.

Ну ещё бы.

— Как зовут-то тебя? — спросил я.

— Ярослав, — отозвался тот.

— Ярослав, это классический миофасциальный спазм, — объяснил я. — Мышца, которая поддерживает позвоночник, сжалась так сильно, что не может расслабиться. Это не грыжа и не перелом. Больно, но не страшно. Через пару дней пройдёт. Понял?

— Понял, — выдохнул он. — Спасибо вам большое.

— Лежи пока, — я остановил его попытку встать. — В ближайшие несколько дней никаких приседаний, тяг и становых. Полный покой для поясницы. Можно ходить, можно лежать. Нельзя резко вставать, нельзя наклоняться вперёд, нельзя поднимать тяжёлое. На третий день начнёшь лёгкую разминку, гимнастику на расслабление поясницы. Через неделю можно возвращаться к тренировкам. И не с этим весом.

— Я думал, потяну, — виновато сказал Ярослав.

— Я видел, что ты думал, — вздохнул я. — И видел, что у тебя спина круглая. Становую тягу нельзя делать с круглой спиной. Сегодня ты отделался спазмом. В следующий раз отделаешься грыжей. А через раз — уже операционным столом. Снизь вес процентов на сорок как минимум. А ещё лучше поработай с тренером над техникой.

— Понял, — понуро кивнул тот.

— И пояс не панацея, — добавил я. — Он помогает только тем, кто уже умеет правильно делать это упражнение. Если ты технически слаб, пояс просто переносит нагрузку с одной точки на другую и создаёт иллюзию безопасности. Понял?

— Понял, — снова ответил Ярослав.

Через пятнадцать минут ему стало гораздо легче. Во многом благодаря моей пране. Я проводил его до раздевалки, взял обещание несколько дней не появляться в зале. Убедился, что с ним всё хорошо, и вернулся в зал.

Первым делом подошёл к тренеру, который так и стоял с телефоном в руках.

— Прошу прощения, — кашлянул я. — Только что один из посетителей