Доктора Звягина вызывали? - Игорь Алмазов

– Нет, даю честно слово, – улыбнулся я.

– Хорошо, – Света замялась, собираясь сказать что-то ещё. Однако в последний момент передумала и уткнулась в журнал.

– Надо будет поставить его на учёт, – проговорил я, – сделаешь?

– Конечно, – кивнула медсестра, – уже занимаюсь.

В своем репертуаре. Я улыбнулся и отправился в лабораторию за своим анализом крови. Результат был уже готов.

Я забрал желанную бумажку и принялся изучать результаты. В анализе крови все показатели были ровно в два раза выше, чем надо. Эритроциты, тромбоциты, гемоглобин… Всё удвоено, как я и предполагал. Это очень плохо.

Я задумчиво побрел обратно в поликлинику, и на первом этаже почувствовал призыв Николая. Забежав в туалет, я разъединился с ним.

– Что такое? – спросил я у испуганного клона.

– Да ты вот всё думаешь про свою комиссию и допуск к работе. А я подумал, что нас ещё и вычислить по этому анализу могут! Ведь наверняка есть информация, что у беглеца из лаборатории могут быть такие показатели, – затараторил Николай.

– Успокойся, анализ пока никто не видел.

– А комиссию как подписывать? Он обязательно посмотрит все анализы. А я вот лично не знаю таких заболеваний, при которых все показатели удваиваются ровно в рва раза! Даже СОЭ удвоено! – воскликнул Николай.

СОЭ – это скорость оседания эритроцитов. Показатель, который повышается в общем анализе крови при различного рода воспалительных процессах.

– Ну и что? Пройду я эту комиссию, не нервничай так.

– Но как по-другому? Нас найдут, и всё из-за этого анализа! – паниковал клон.

– Успокойся, я что-нибудь придумаю, – осадил я его, – полезай назад.

Мы соединились, и я начал подниматься по лестнице. На втором этаже меня поймала терапевт Даша.

– Привет! Ты уже подписал комиссию? – спросила она, – ходил к инфекционисту?

– Нет ещё, – помотал я головой, – только-только анализы получил. А ты?

– Я только что от него. Он мне комиссию не подписал, сказал, гемоглобин понижен. Отправил лечиться, потом повторно анализ и к нему, – вдохнула девушка.

– Сильно понижен? – поинтересовался я.

– Да в том-то и дело, всего на десять единиц! Он у меня всю жизнь пониженный. Я пыталась объяснить, но Фёдор Егорович жутко принципиальный. Отказался подписывать, и всё тут – вздохнула Дарья.

– А почему у нас именно инфекционист подписывает эти медицинские комиссии? – поинтересовался я.

– Так он председатель по этим комиссиям. Его не так давно назначали, знаешь, какой он гордый ходил, – улыбнулась Дарья Юрьевна.

– Это же врач профпатолог делать должен.

– Должен, ну а где его взять-то, – усмехнулась Даша.

– Понятно. Не расстраивайся, пропьешь железо и поднимешь до нужного уровня, – подбодрил я девушку.

– Надеюсь. Ладно, я побежала, мне на адреса ехать!

Дарья убежала вниз, помахав мне рукой.

Итого, у меня сразу две проблемы. И обе из-за одного-единственного анализа. Меня не допустят к работе и меня могут найти полицейские. И что прикажете делать?

Глава 20

Времени придумывать что-то не осталось, пора было идти к инфекционисту. Да и что тут можно придумать? Подделывать анализы не вариант, во-первых это долго, а во-вторых, если это заметят – ко мне будет ещё больше вопросов. Ну, попробуем справиться так.

Я собрал все свои бумажки и пошёл в кабинет к Фёдору Егоровичу. Это был пожилой мужчина, отработавший в поликлинике уже более тридцать лет. Фёдор Егорович любил свою профессию, но в последнее время было заметно, что он уже подустал от этой ежедневной больничной суеты.

Я постучался я вошёл к нему в кабинет.

– Добрый день, Михаил Алексеевич. А я уж думал, что не дождусь вас! – поздоровался инфекционист.

– Добрый день! Да приём был, не хотел отвлекаться и людей задерживать, – улыбнулся я.

– Ну, давайте ваши анализы.

Инфекционист углубился в чтение моих результатов. По мере чтения его лицо менялось с добродушного за всё более сосредоточенное.

– Михаил Алексеевич, я вам с такими результатами не подпишу допуск к работе! Честно говоря, я такое вообще первый раз в жизни вижу, а я уж врачом работаю дольше, чем вы вообще живете. Вам надо обследоваться, – заключил Фёдор Егорович, закончив чтение.

– Фёдор Егорович, я обязательно обследуюсь. Но я сейчас отлично себя чувствую, жалоб никаких нет. Может, сделаете допуск в качестве исключения? – произнёс я.

– Нет и нет. Я не могу брать на себя такую ответственность! Это сейчас вы говорите, что отлично себя чувствуете, а потом пойдут осложнения – и я буду виноват, – упёрся инфекционист.

– Ну не могу я жить без работы! Мне скорее станет плохо, если отстраните меня. Тем более на мне и дневной стационар сейчас, – предпринял я ещё одну попытку.

– Я вас прекрасно понимаю, но ничего сделать не могу. Если Сергей Георгиевич это узнает, то мне же и выговор будет, – решительно сказал инфекционист.

Хмм, главный врач… А это идея.

– Хорошо, понял вас, – коротко сказал я, выходя из кабинета.

Я быстро забежал в туалет и разъединился с Николаем.

– Ну что, поможешь мне подписать комиссию? – поинтересовался я у клона.

– Конечно! План можешь не объяснять, уже всё в голове твоей разузнал. Ну, я пошёл.

Николай затрясся и принял облик главного врача. Через минуту в кабинет инфекциониста уже стучал Сергей Георгиевич.

***

Инфекционист уже собирался домой, когда к нему в кабинет неожиданно зашёл главный врач больницы.

– Федор Егорович, это что за беспредел? – с порога начал он. – У нас и так врачей не хватает, а вы ещё и комиссии им отказываетесь подписывать!

– Добрый день, Сергей Георгиевич. Если вы про Звягина – то у него очень странные анализы, и я не могу подписать, – проговорил инфекционист.

– Звягин ведёт у нас два участка и дневной стационар! Вы хоть понимаете, что это будет – лишить поликлинику такого врача! Подписывайте ему комиссию, а уж со здоровьем своим он сам как-нибудь разберётся. – решительно приказал Николай в образе главного врача.

– П-понял, хорошо. Сейчас подпишу, – Федор Егорович быстро поставил необходимые подписи и протянул бумаги Сергею Георгиевичу, – вот, готово.

– Отлично, я сам ему передам, – довольно кивнул тот и вышел из кабинета.

Фёдор Егорович выдохнул и отправился домой. Возле регистратуры ему