Влюблённые - Лина Вальх

в ярком свете экрана. Где-то справа раздался негромкий храп и последовавший сразу за ним шлепок — как будто кому-то отвесили пощёчину. Недовольное бормотание на немецком завершило эту небольшую сценку вне поля зрения Уильяма, но он прекрасно понимал несчастного: слушать Шарля Делакруа можно было только под страхом увольнения или смерти. Уилл, увы, делал это самостоятельно и добровольно. Он не хватал каждое слово, вылетавшее изо рта Шарля, но пытался слушать и даже что-то записывал, не без удовольствия отмечая тот факт, что никто до сих пор не спросил Уилла, что он здесь делает и из какого он департамента.

Это давало некоторый простор для манёвров.

Ручка, которой Уилл вычерчивал бессмысленные круги на бумаге, между которых то и дело проскальзывало слово «Эйлин», замерла, стоило следующему слайду с огромными черными буквами, сложившимися в заголовок «Объект 2», появиться на экране, а светлым блондинистым волосам дочери Алана измениться на огненно-рыжие, те самые, что вызывали у Уильяма непреодолимое желание тут же встать и выйти. Но он остался, с силой впился шариком ручки в бумагу и двинул рукой вниз, чувствуя, как страница разрывается.

— И… что ну дэвон20 делать?

Голос раздался практически рядом с Уиллом, и он сквозь силу оторвал взгляд от экрана — ему показалось что его глаза вросли в него, слиплись и отцепиться от рыжих волос Ла… Джанет Калверт можно было только впившись пальцами в глаза и вырвав их вместе дурацкими нервными окончаниями. Да, это было бы большой потерей для хирурга, но Уилл знал, что это ненадолго. Алан Маккензи не любит, когда его игрушки портятся, и сразу пытается их починить.

Пускай иногда и очень болезненным способом.

Саша смотрела на Шарля, подпирая кулаком щеку, и нервно стучала карандашом по столу. Ее скучающий вид навевал желание широко зевнуть, пододвинуть поближе толсты папки и улечься на них спать, только бы исчезнуть из этого средоточия веселья и жизни. Загробной, разумеется. Кажется, даже на похоронах деда Уильяма было намного веселей — посреди церемонии к их дому подкатила цыганская повозка и милая девушка нагадала Уиллу жизнь полную приключений и открытий. Знала бы она в тот момент, насколько мимо было каждое ее слово. Приключения Уильяма находил только на свою пятую точку, а открытия, пошатнувшие его религиозные убеждения, он предпочёл бы никогда не делать, прожить жизнь истовым католиком и умереть в окружении нескольких изданий Библии, медицинских журналов и внуков.

— Очень хороший вопрос, — Шарль неловко усмехнулся. — Если бы я сам знал это.

Он мялся на месте, бегал взглядом по скрытым полутьмой присутствующим и неловко кашлял. Несколько слайдов переключились сами собой — словно кто-то нарочно это сделал — и остановились на карте проекции земли. Уильям нахмурился и немного подался вперёд: изображение напомнило ему сводку погоды на неделю — некоторые участки были окрашены в красный, остальные же почти полностью покрылись синим налётом с отметками температур. Минус восемнадцать, минус двадцать восемь, плюс шесть, ноль — только часть из тех мелких цифр, что Уильям смог разглядеть со своего места, судорожно переводя цифры в голове в знакомые Фаренгейты.

— Что ж, кхм, как всем присутствующим известно, — Шарль покосился на возникшую за его спиной карту и снова принялся расхаживать из стороны в сторону, так что иногда изображение возникало на нем самом, а не на белом тканевом экране, огибало его и искажалось кривой линзой, — за последние десять лет температура начала стремительно падать. Не то чтобы у нас до этого не было с этим проблем, но обычно, кхм, вовремя принимаемые меры способствовали некоторому, — он неопределённо взмахнул в воздухе рукой, а затем растопырил пальцы, вывел кистью круг и тут же сжал ладонь в кулак, будто бы поймал маячившую перед носом муху, — выправлению ситуации. К сожалению, теперь этого уже недостаточно. разрывы становятся слишком сильными. Имперские посланники сообщают о лёгком обледенении Тибра и всего побережья вокруг Апеннин. С Востока… — Шарль осёкся и глубоко вздохнул. — С Востока тоже удручающие новости. В среднем температура по всему миру упала на три градуса. Что будет дальше… одному только богу известно.

По помещению прокатился взволнованный ропот. Тени вокруг Уильяма тут же зашевелились: кто-то склонился к соседу, кто-то начал что-то активно записывать на своём планшете, а некоторые подорвались и уже хотели было выскочить из кабинета, но возникший у дверей двухметровый громила рассказал, какие у них на самом деле сейчас желания. Шарль коротко кивнул охраннику и снова устало потёр переносицу. Он устал. Из всех присутствующих только Уильям и Саша продолжали вглядываться в карту.

— А есть хоть какие-то предположения, с чем это может быть связано? — наконец напомнил о себе Уильям, не моргая глядя на Шарля. — Ну, кроме очевидных причин.

— Кроме очевидных причин? Нет. — Он пожал плечами. — Мы теряемся в догадках. Около одиннадцати лет назад была похожая ситуация. Резкое падение температуры. В тот раз все разрешилось нашими силами и необъяснимой резкой вспышкой тепловой энергии. Датчики зашкаливали. Почти сразу после этого все показатели выровнялись и держались около полутора или двух лет. Все наши дальнейшие попытки спасти ситуацию лишь усугубляли ее, — нехотя протянул Шарль и тут же спешно добавил, несколько раз шлёпнув указкой по ладони: — Как мы выяснили сейчас. Кроме того архивариусы подняли данные за… мне даже страшно смотреть на это количество лет. Падение температуры, резкая вспышка энергии и «штиль» — все это повторяется из раза в раз. Никакой систематичности. Разное время, разные места. Порой несколько вспышек за сто лет, а иногда два века спокойствия. Мы не знаем, что это такое, но… нам придётся с этим работать.

— Почему вы задумались об этом только сейчас? — бровь Уилла скептично выгнулась, и он откинулся на стуле, закинув ногу на ногу.

— «Объект 2». Мы склонны считать, что он может быть связан с недавними вспышками. Кроме того с момента обнаружения нами «Объекта 2» температура выровнялась и уже несколько дней наблюдается стабильный рост показателей. Однако, приборы зафиксировали еще слабую вспышку тепловой энергии: в некоторых местах наблюдаются провалы. Я в этом слабо разбираюсь, но на картинках появилось много синих пятен. Специалисты говорят, что это места с резко пониженной температурой. Потенциальные минимумы нашего мира с минимальной энергией. Какие-то сложные для меня термины, — Шарль неловко усмехнулся. — Я все-таки предпочитаю возиться с законами и их исполнением. Науку я оставляю… тем, кто в ней больше разбирается.

Делакруа еще несколько секунд рассматривал температурную карту перед ним, затем мотнул головой и отвернулся.

— Ну так… есть соображения? — Шарль вернулся к столу и, отложив