Байки Красной Шапочки - Майкл Бакли

с рыжей козлиной бородкой и усами. На плечах лежали волнистые волосы, обрамляющие лицо с широкой улыбкой и густыми бровями, которые придавали его внешности озорства. Он выглядел таким мужчиной, каких Сабрина видела на обложках любовных романов.

Он поцеловал бабушкину руку.

– Добро пожаловать. Я Робин Гуд, а эти неотесанные мужланы – мои веселые разбойники. Мы – работники «Шервудгрупа», и мы судим богатых и защищаем бедных с 1987 года.

Вместе со своим огромным компаньоном Робин Гуд провел семью Гримм по коридору в кабинет с панорамными окнами от потолка до пола, в которых открывался шикарный вид на реку Гудзон. Солнце ползло над горами, его лучи золотили волны. Мимо плыл крошечный парусник, над водой зависли голодные чайки в поисках еды. Офис Робина Гуда был оформлен со вкусом, на стенах висели сертификаты юридической лицензии, полки заполнены толстыми книгами по юридическому праву. Единственной вещью, казавшейся неуместной, был лук с тугой тетивой, свисающий с полки над дверью, да колчан со стрелами в углу.

– Прошу, миссис Гримм, – сказал мужчина, помогая гостям усесться в кожаные кресла напротив широкого дубового стола. Свиномордый монстрик прочесал комнату, заглянул в горшки с растениями и под кожаный диван, после чего скрестил руки на груди и встал у двери.

– Прошу прощения за суматоху во время вашего появления, – продолжил Робин. – Как говорится, вы можете вытащить мужчин из леса, но не лес из мужчин. Позвольте представить моего партнера – Малыш Джон.

– Рад вас видеть, – проревел мужчина. Сабрина потянулась, чтобы пожать ему руку, но вместо этого он ударил ее по спине – должно быть, решил, что это дружеское приветствие. От этого Сабрина чуть не вылетела из кресла.

– Мистер Гуд, это мои внучки, Сабрина и Дафна.

– Прошу, называйте меня Робином, – сказал он, затем поклонился и поцеловал руки девочек. Сабрина чуть не грохнулась в обморок. Она был таким красивым и добрым. Руки вспотели, а сердце забилось с удвоенной силой. Девочка поняла, что пялится на него, и, что хуже всего, не могла отвести взгляд.

– Наслышан о знаменитых сестрах Гримм, – продолжил Робин, похлопывая Сабрину по голове, будто она гончая какая‑то, а затем повернулся и пожал руку бабушки. – Чем могу помочь, миссис Гримм?

– Мне нужен адвокат, Робин, – ответила бабушка Рельда.

– Что ж, в таком случае вы пришли в правильное место. Мои сотрудники и я – первоклассные юристы, несмотря на то, что получили дипломы онлайн. Надеюсь, это не будет проблемой. В Феррипорт‑Лэндинге нет ни юридической школы, ни колледжа, даже старшей школы, и той нет, правда, – Робин сел и закинул ноги на стол, демонстрируя кожаные сапоги, которые он носил вместо туфель. – Итак, вы получили травму на рабочем месте? Или вы – жертва злоупотребления служебным положением? Или вы купили игрушки с большим содержанием свинцовой краски?

– Нет, на самом деле арестовали моего друга, – ответила бабушка.

Робин и Малыш Джон обменялись встревоженными взглядами.

– Прискорбно, миссис Гримм, но я не уверен, что мы можем помочь. Мы не адвокаты по уголовным делам, – вышел вперед Малыш Джон.

– Он прав. Мы больше по административным правонарушениям, – добавил Робин. – Мы судимся с компаниями, загрязняющими реку химикатами или производящими продукты с дефектами; мы помогаем людям получить страховку, когда они поскользнулись на тротуаре. У нас не было практики в уголовных делах.

– Но хоть что‑то вы должны знать, – сказала бабушка. – В Феррипорт‑Лэндинге были два адвоката по уголовным делам, но они были не вечножителями, а как вы знаете, мэр выжила большую часть обычных людей из города. Мы в отчаянии.

Робин поднялся, вышел из‑за стола и уставился в окно, разглядывая реку. Малыш Джон присоединился к нему, и несколько минут они переговаривались тихими голосами. Казалось, мужчины о чем‑то спорили, но в конце концов они кивнули и пожали друг другу руки. А когда закончили, они повернулись к семье Гримм.

– Идти против Ноттингема кажется сумасшествием, – объявил Робин. – Меня он ненавидит даже больше, чем вас.

– И если вы наймете нас, у вас возникнут проблемы в миллион раз хуже, – добавил Малыш Джон.

Сабрина посмотрела на бабушку. На лице старушки угасала надежда.

– К тому же, если я помогу вас, мэр Червона закроет мой офис до захода солнца, – продолжил Робин.

Тяжело вздохнув, бабушка Рельда встала. Сабрина и Дафна последовали ее примеру.

– Я понимаю. Не будем больше тратить ваше время.

Внезапно Робин Гуд бросился и преградил им путь.

– Но я же не сказал, что мы отказываемся!

– Вы нам поможете? – воскликнула старушка.

– Мы бы не отказались ни за что на свете, – проревел Малыш Джон.

– Давным‑давно я был той еще занозой в заднице Ноттингема, – с удовольствием отметил Робин.

– Я поручу Отцу Туку заняться бумажной волокитой, – сказал Малыш Джон.

– Отличная идея, мой дорогой друг, – Робин обернулся к Гриммам. – А мы тем временем встретимся с моим любимым шерифом!

***

Спустя пятнадцать минут Сабрина, Дафна, бабушка Рельда, Робин Гуд и Малыш Джон открывали двери полицейского участка. Уродливый коротышка‑телохранитель, который, как выяснила Сабрина, на самом деле был миниатюрным орком по имени Барто, следовал за ними, то и дело кидаясь в переулки, бегал вокруг и мешал двигаться дальше, но был полностью готов защитить спутников. Сабрину он жутко раздражал, но бабушка отказывалась отослать его домой.

В полицейском участке царил беспорядок. Повсюду валялись коробки с файлами. Многие из них были перевернуты, перерыты, да так и оставлены. На стенах висели большие карты города, некоторые из них были исписаны какими‑то каракулями, на стойке регистратуры проглядывались кольца от чашек кофе и ожоги от сигарет.

Робин подошел к стойке и позвонил в потускневший латунный колокольчик. На звон ответил яростный рык из задней комнаты.

– ЧТО ЕЩЕ? – пророкотал голос.

– А вот и он, – на лице Робина появилась озорная улыбка.

– И как всегда радостный, – добавил Малыш Джон.

Дверь распахнулась с такой силой, что зеркало на стене позади задребезжало. Ноттингем ворвался в комнату, как разъяренный буйвол. Заметив Гриммов, он зарычал, но, увидев Робина Гуда и Малыша Джона, от потрясения он с трудом сохранил равновесие. Затем посмотрел на пришедших так, как гиена смотрит на жертву. Сабрина раньше видела у шерифа такое