Брелок желаний - Георгий Александрович Егоров

не только национального, но и международного масштаба. Приглашения от европейских коллег, приёмы у президентов, возможность диктовать, а не слушать — он ждал этого с тем терпением, какое присуще только тем, кто уже знает вкус абсолютной власти.

Семейная жизнь никогда не казалась ему заманчивой. Кароль считал, что все беды — от женщин. Он не раз наблюдал, как коллеги теряли позиции, активы, половину накопленного — лишь потому, что однажды решили разделить дом и постель с кем-то, кто улыбался не так уж искренне. Он не собирался повторять их ошибки. В начале пути Кароль прибегал к услугам профессионалок, но всё изменилось после одного случая. Девушка, с которой он провёл вечер, попыталась сохранить его ДНК — буквально. С тех пор он стал крайне осторожен. Каждый использованный предмет интимного характера он уносил с собой, завязанный, словно боевое знамя. Ни один волос, ни одна молекула не должны были остаться без контроля.

Со временем и это ему наскучило. В какой-то момент Кароль обнаружил себя на другой стороне желания — не то, чтобы это был осознанный переход, скорее, результат любопытства и неясного влияния кого-то из влиятельных людей. Мальчики вошли в его жизнь, как вино в бокал — незаметно, но с характерным запахом. И ему понравилось. Он не подчинялся, не отдавал себя — напротив, оставался только в роли управляющего. В его понимании это не имело значения — ни морального, ни юридического. Он считал себя выше оценок. Главное — чтобы никто не знал.

Вечером в пятницу он чувствовал привычную усталость — утомление, которое приходит не от работы, а от постоянного удержания контроля. Сделки, лоббизм, встречи, финансовые компромиссы — всё это принесло очередную волну денег. Деньги действительно находили его сами. В этот раз он направлялся в один из отелей Варшавы — не по службе, а для отдыха. Его телохранитель заранее находился в модном клубе и ожидал сигнала, чтобы начать отбор. Два молодых парня уже были на примете: один — с выразительными глазами, потягивал коктейль у барной стойки; другой — находился в компании взрослого, лысого мужчины. Вполне возможно, тот его «выгуливал».

Получив сигнал от Кароля, телохранитель направился к парню, что был с пожилым. Нужно было изъять его быстро, при этом достаточно жёстко поставить «папика» на место. Сценарий был отрепетирован: несколько предложений, внушение суммы, уверенный голос — и парень соглашается. Всё шло по плану. Молодой человек кивнул, предложив лишь перед этим заглянуть в туалет.

Когда он не вернулся спустя десять минут, охранник забеспокоился. Зайдя в одну из кабинок, он увидел, как тот сидит, прижавшись спиной к стенке. Из носа текла кровь, пульс был слабым, но присутствовал. Возможно, кто-то опередил их, может быть, это совпадение — но время было упущено. Он сообщил Каролю и вернулся к поиску. Время поджимало, а настроение босса — балансировало на грани взрыва.

Оставался только второй вариант — тот самый с коктейлем. Тот уже допил напиток и выглядел безучастным к происходящему. Получив согласие Кароля, телохранник подошёл.

— Привет, — сказал он, подойдя ближе.

— Привет, — ответил парень, чуть улыбнувшись.

— Один?

— Как видишь.

Диалог развивался быстро. Охранник предложил поучаствовать в приватной встрече с состоятельным мужчиной. Парень сначала отказался, но, услышав, что может сам назначить цену, изменил тон.

— Пять биткоинов, — сказал он, не моргнув.

— Не вопрос. Кидай адрес.

Перевод был совершен. Подтверждение получено. Парень поднялся, и они вместе покинули клуб. На выходе уже ждал серый майбах. Машина взяла курс на центр Варшавы, но подъехала не к парадному, а к чёрному входу отеля.

Телохранитель вышел первым, убедился, что всё чисто, и провёл гостя внутрь. Тот шагал уверенно, чуть прищурившись, как будто всё это не ново для него. Их встретил другой охранник у нужной двери. Несколько слов, кивок, и молодой человек прошёл внутрь, оставаясь с Каролем наедине.

В номере пахло дорогим парфюмом. Интерьер был безупречен, полу приглушённый свет играл на глянце поверхностей. На диване сидел мужчина лет пятидесяти, в дорогом халате, ухоженный до последнего ногтя. Кожа его была ровной, словно отполированной, взгляд — тяжёлым, но не враждебным.

— Ну, здравствуй, дружочек. Как тебя зовут?

— Милош.

— Заходи, не стой у порога. Выпьешь?

— Виски со льдом, если можно.

— Тебе сегодня можно всё, — сказал Кароль с полуулыбкой и налил напиток, глядя на парня с тем вниманием, которое в прошлом сопровождало лишь его самые выгодные сделки.

И он ещё не знал, что одна из них сегодня окажется для него последней.

«ПАДЕНИЕ КОРОЛЯ»

Я сидел у барной стойки и пил какой-то ядрёный коктейль красного цвета, от которого аж десны сводило. Бормотуха ещё та! Рецепт подсказала Пайка — моя любимая девушка и активная участница этой авантюрной операции. Судя по ингредиентам, она либо очень хорошо знала, что делает... либо хотела меня прикончить. Смертельная смесь на вкус и запах, как будто кто-то растворил пластик в спирте и добавил туда сироп для детей. Вдова из неё бы вышла эффектная, спору нет.

Боб, Пайка и Григорий — наш интеллектуал с усами и хвостом — были у меня в ухе: крошечное устройство, добытое котом у одного из артефактных брелоков. Засечь такую штуку не смог бы ни один сканер в мире — даже если бы этим занялся сам Пентагон, Нокия и Роскачество одновременно.

Один из телохранителей Кароля прошёл мимо, отсняв моё лицо на скрытую камеру. Я поймал его взгляд, кивнул, сделал вид, что ничего не понимаю, и вернулся к коктейлю. В ухе раздался голос Боба:

— Всё ништяк, это стандартная процедура. Обход зала. Тебя уже заметили.

Минут через пять он снова вышел на связь:

— У нас проблемы. Кароль выбрал другого. Этот другой уже вовсю любезничает с охранником.

— Что делать будем? — спросил я.

— Ты? Ничего. Даже если начнут стрелять — сиди и пей свой коктейль. Всё сделаю сам.

— Вижу, как молодой пидорчёнок направляется в мужской туалет, — вмешалась Пайка. Она была где-то в зале, под гримом и маскировкой. Узнай её кто — операция бы рухнула. В Польше её знали не хуже, чем в Бразилии знают футболистов.

— Я всё сделал. Путь расчищен, — доложил Боб. — Жди гостей.

— Понял, — сказал я и, будто невзначай, развернулся к танцполу, где публика резвилась с руками в воздухе.