Крылья Мальгуса. Ступень Четвертая. Часть первая - Инди Видум

как вариант можно рассмотреть. Жизнь Ермолиной в настоящее время вне опасности. В блоке же нужно будет полностью заменить кровать Ермолиной.

Директор вздохнул и предложил:

— А давайте мы вам поменяем блок? Скажем, с тремя спальнями? У вас будет личная, как у главы клана.

Я прикинул, сколько придется тратить время на проверку и установку новой защиты и снятия всего со старого блока, и решил, что обойдусь без личной комнаты. Потом вспомнил, как сейчас выглядит комната девочек, и задумался. Потом набрал Ефремова.

— Что еще случилось, Елисеев? — настороженно спросил он.

— Мне директор школы предлагает переехать в другой блок.

— Ну и? Ты не можешь такую простую вещь решить самостоятельно? Я тут при чем, Елисеев?

— При том, что в комнате девочек нужно делать ремонт. И у меня возник вопрос, насколько Андреев в курсе ситуации? Точнее, насколько его можно вводить в курс, поскольку он ничего не знает.

Ефремов задумчиво засопел.

— Нужно донести до него, что было покушение на великую княжну, а то так и будет наглеть. Вот что, Елисеев, дай ему трубку. Все равно он тебе не поверит.

— Антон Глебович, с вами хочет поговорить Дмитрий Максимович.

Я протянул телефон директору и даже не стал подслушивать, потому что смысл напрягаться, если там не скажут ничего из того, чего бы я не знал? Зато на лицо директора я полюбовался. Столько эмоций не каждый день увидишь. Вернул он мне телефон совершенно разбитым.

— Все, Елисеев, решил я твою проблему, — гордо сказал Ефремов. — Кстати, и с пятой в вашу группу тоже определились. Разрешение на перевод из школы в школу получено. Хочешь личный совет?

— Разумеется, Дмитрий Максимович. Буду признателен.

— Присмотрись к Ангелине. Семья хорошая, магии много, обязательств у девушки нет.

После чего отключился, оставив меня переваривать его слова. Намек был однозначный и не сказать, чтобы меня обрадовавший. Только Ангелины мне для полного счастья не хватало. Переваривать пришлось недолго.

— Дмитрий Максимович мне все рассказал, — выдал потрясенный Андреев. — Ярослав, вы настоящий герой. Вы — гордость нашей школы.

Не знаю, что сказал Ефремов, но Андреев нес аналогичную восторженную пургу еще пару минут. Пришлось его прервать, пока я не уверился, что являюсь идеалом этого мира:

— Антон Глебович, вы что-то говорили о том, что выделите нашей пятерке другой блок. Я бы хотел на него посмотреть.

Директор тут же подскочил и потащил меня смотреть новое жилье. Блок однозначно был лучше предыдущего. Кроме трех спален, в одну из которых я сразу мысленно заселился, там было еще два санузла. Причем в одном стояла самая настоящая ванная, а душевые кабинки были куда круче той, что была в нашем блоке.

— Этот блок предназначен для приема гостей, — пояснил директор. — Для обычных учеников это непозволительная роскошь.

— В таком случае, возможно, нам лучше обойтись чем-то попроще? — предложил я.

— Не лучше. Я сразу предлагал этот блок для заселения великой княжны, — ответил директор. — Но Его Императорское Величество решил, что дочь должна жить, как и все остальные. А теперь у меня есть веская причина для заселения вас сюда. Вы, можно сказать, спасли честь нашей школы.

При условии, что рассказывать о покушении нельзя, со стороны перемещение сюда будет выглядеть как награждение за избиение Сысоева. Не думаю, что это положительно отразится на поведении подростков. Сысоева уже не достать, но и без него хватает тех чьи морды требуют кирпича.

— Вы же не откажетесь? — заискивающе спросил Андреев.

Как, однако, изменилось его отношение ко мне после правильного составленного внушения Ефремова. Все же Дмитрий Максимович — незаменимый по некоторым вопросам человек.

Я просканировал помещения. Камер нигде не наблюдалось. Даже удивительно. Возможно, надеются поставить позже. Пусть надеются.

— Мы не откажемся, — решил я. — Скажу своим, чтобы перебирались. Но думаю, Давыдов согласится только после того, как Ермолина сможет находиться без наблюдения.

— Она сильно пострадала? — участливо спросил Андреев.

— В ней проделали значительную дыру, но сейчас она вне опасности.

— Я могу нанести туда визит? — уточнил Андреев, уже прося, а не требуя.

Я согласился, и мы направились в наш блок. Там, кроме Тимофея и Полины, которая на удивление, не спала, был еще Денис, который до нашего прихода что-то рассказывал, но резко замолчал, когда увидел директора.

— Да, — покрутил тот головой. — Комната нуждается в генеральном ремонте, а кровать только на выброс. Полина, как вы себя чувствуете?

— Спасибо, уже лучше, — прошелестела она.

— Я пришлю наших эскулапов, — решил он.

— Нет необходимости, — отрезал я. — Тимофей делает все нужное.

— Они взрослые дипломированные специалисты, — намекнул директор.

— Полина возвращается в поместье, где тоже есть взрослые дипломированные специалисты, — ответил я.

— Ну что ж… — вздохнул он. — Надеюсь на дальнейшее плодотворное сотрудничество. Блок сдадите, скажем, завтра вечером?

— Скорее всего, — согласился я.

Андреев попрощался и ушел, я его проводил, чтобы он не вляпался в одно из охранных заклинаний, а когда вернулся, меня сразу атаковали вопросами:

— Мы куда-то переезжаем?

— В новый блок, с тремя спальнями и двумя санузлами.

— Как здорово! — обрадовалась Полина.

Выглядела она по сравнению с утром намного лучше. О том, что случилось ночью, напоминала только излишняя бледность.

— Тебя это не касается, — отрезал я. — Ты возвращаешься в поместье и переходишь на дистанционное образование. Сдавать экзамены будешь тут, но и все.

— Но почему? — она обиженно распахнула глаза во всю ширь.

— Из-за того, что случилось этой ночью.

— Но я же пострадала больше всех. — Она всхлипнула. — А теперь меня еще и за это наказывают.

— Тебя наказывают за то, что несмотря на мой запрет, ты пронесла в комнату маяк, по которому прошли те, кто чуть не убил тебя, Светлану и меня. А Тимофей чуть не умер сам, вытаскивая тебя. То есть по твоей глупости чуть не погибли четверо. Так что не надейся, что все обойдется только переходом на дистанционку.

— Но я же не знала… — Теперь она заплакала по-настоящему. — Я и подумать не могла, что в обычной игрушке будет какой-то маяк.

— Ты могла подумать, что тебе не просто так запрещают тащить в общую спальню подарки от Сысоева. Его, кстати, тоже попытались убить. Ну как попытались… Он