Волчья свадьба. Книга 1 - Натали Лавру

      Я обнажила свой оскал:

– А она никуда не пойдёт.

– А если я расскажу, что ты пыталась напасть на члена клана?

– А если я расскажу, что ты хотел трахнуть свою невесту за два месяца до свадьбы? Хотя, знаешь… – как бы в продолжение начатой мысли я набросилась на него, скрутила ему руки; буквально в одно мгновение он оказался прижатым к полу. – Если ещё раз ты обидишь эту девочку, мой кулак сделает из твоего носа кровавую кашу. Ты меня хорошо понял? – рычала я.

      Петр весь покраснел от боли, но молчал, выражение его лица показывало только одно: он ничего не понял. Я заломила ему руки ещё сильнее, до хруста и, наконец, он взревел.

      Ручка парадной двери повернулась: Дилан.

– Что здесь происходит? – как гром, прозвучал его голос.

– Не вмешивайся, – предупредила я и тут же обратилась к Петру. – Я спрашиваю, ты хорошо понял меня?

– Да! Да! Понял! Больно, а-а-а, отпусти… – умолял он.

      Я ослабила захват, встала на ноги. Пётр тоже поднялся, бросил Дилану пару едких словечек на мой счёт. Я снова накинулась на него, и моя рука обвилась вокруг его шеи.

– Диана, отойди от него! – скомандовал Дилан, но когда понял, что я не реагирую на его слова, оттолкнул меня от Петра. – Я сказал, отошла!

– Ты сам дьявол, – прохрипел Петр в мою сторону.

– Объясни мне, что здесь происходит, – потребовал у меня Дилан.

– Ко мне прибежала Лиза, его будущая невеста, вся в слезах. Он пытался трахнуть её против воли.

      Дилан никак не стал комментировать своё видение ситуации, просто хорошенько дал Петру по дых, а затем выставил его за дверь.

– Где девочка? – спросил он.

– На кухне. Я велела ей сидеть там.

– Иди, успокой её, не буду вам мешать.

– Спасибо, – улыбнулась я и потянулась, чтобы поцеловать его в щёку.

      Мне было важно, что в этот раз Дилан принял мою сторону.

      Лиза сидела неподвижно, никак не отреагировала на моё появление.

– Эй, ты как? – спросила я, но она не ответила, всё так же продолжала смотреть в никуда. – Он ушёл. Больше он не будет приставать к тебе. У меня для тебя есть три новости: две хорошие и одна плохая. С какой начать?

– С хорошей.

– Всё, что сейчас так сильно пугает тебя, очень скоро начнёт доставлять тебе удовольствие, – Лиза замотала головой. – Да-да, я знаю, это невероятно, но, уж поверь, я сама пережила то же самое полтора года назад: сбегала, падала в обморок, билась в истерике…

– Мне захотелось умереть, когда он… м-м-м… – её всё ещё душили рыдания.

– Это того не стоит, так что давай не будем драматизировать. И, кстати, вторая хорошая новость: ты будешь любить его больше всех на свете, других мужчин для тебя просто не будет существовать.

– Если это хорошие новости, то какая тогда плохая? – с горечью в голосе спросила Лиза.

– Тебе придётся выйти замуж за этого кобеля. К твоим истерикам и побегам все будут глухи: тебя всё равно найдут, поймают и при необходимости вас распишут вовсе без твоего участия. Так что сопротивление бесполезно. Давно вы знакомы?

– Да, с детства.

– А я вот своего мужа впервые увидела только после свадьбы.

– Как это?

– Если честно, сама не знаю. Может быть, он не хотел знакомиться со мной или просто не нашёл времени. Кому хочется возиться с малолеткой? Да не суть. Зато теперь я не представляю своей жизни без него.

– Мне Петя раньше нравился, но теперь я больше не хочу его знать. Пускай женится на другой.

– На другой он жениться не сможет, будет ждать, пока ты простишь его и дашь ему второй шанс. Он и так долго ждал, пока ты подрастёшь, вот и не выдержал. Это, конечно, плохо, но его можно понять. Так что не суди его строго, ему сейчас очень плохо, тем более, Дилан хорошенько поддал ему за то, что тот раньше времени распустил руки, – тут я слукавила, так сказать, для нагнетания ситуации, и это сработало.

– Он побил его? – вдруг оживилась Лиза.

– Не волнуйся, жив-здоров твой Пётр, можешь сходить и убедиться. Кстати, где ты живёшь?

– В Зарождении.

– Эмм, ни разу не слышала этого названия. Это далеко от города?

– Около тридцати километров, может, чуть больше.

– Хочешь, мы отвезём тебя домой?

– Спасибо, да. Ты такая добрая.

– Увы, скоро твоё мнение обо мне резко изменится, – с искренним сожалением ответила я, понимая, что у меня никогда не будет родственных отношений ни с кем из семьи Дилана. – Ну а пока допивай свой чай, умойся, я попрошу Дилана, чтобы отвёз тебя домой.

      Инцидент был исчерпан. Девочку доставили к родителям, к тому времени она уже полностью успокоилась. Её предупредили, что лучше никому не рассказывать о случившемся, но она и сама это понимала, уже вовсю переписывалась сообщениями с Петром. Похоже, он сумел найти слова, чтобы она простила его, легкомысленная наивная девочка.

      Я понимала, что Лизе не хватит силы характера, чтобы вырастить из Петра толкового мужчину, придётся всю жизнь мириться с его меркантильной натурой, однако это были уже не мои заботы.

      Я была далеко не самого лестного мнения о Петре, но ситуация получилась умилительная: он безумно хочет её, а она слишком юна, чтобы понимать это и отвечать взаимностью. Мне стало интересно, почему Дилан не удосужился познакомиться со мной хотя бы за несколько месяцев до свадьбы? Боялся сорваться? Или все-таки тут что-то другое? На обратном пути я задала свой вопрос:

– Почему ты не познакомился со мной до свадьбы?

– Я знал, что ты задашь этот вопрос.

– Значит, готов ответить?

– Не то чтобы готов… Боялся всё испортить, не знал, с какой стороны к тебе подойти.

      Мне было странно слышать от него такие слова, они как-то не вязались с его характером, но я подумала, что сейчас он поделился со мной своей слабостью, поэтому было бы нехорошо высмеивать его за это.

– Ты, что, следил за мной?

– Наблюдал. И решил поступить так, как поступил.

– Как к этому отнеслись твои родные? Им не показалось это странным?

– Никак не отнеслись, им было важно, чтобы эта свадьба состоялась.

– На всех свадьбах так много гостей?

– Нет. Ты – последняя в своём роду. Если один из нас умрёт, твоя линия крови прервётся, а это может стать причиной гибели всего клана.

– Всё настолько серьёзно?

– Нас истребляют, ты видела это своими глазами.

– Да… – кивнула я, но мне больше хотелось говорить о нас. – Вспоминаю тот, первый, день. Ты так со мной говорил… Я думала, что противна тебе, вообразила себе непонятно что.

– А чего ты ждала? Я был растерян не меньше тебя. Ты была вся в ссадинах после своего побега, постоянно просила мать, чтобы она забрала тебя обратно. Мне было неловко оттого, что ты так боишься меня, а успокаивать я не очень-то умею, тем более, всю жизнь у меня перед глазами был только один пример – это мои родители, – снова признался он.

      Но за признанием обычно следует ответное признание, я насторожилась в ожидании компрометирующих вопросов, хотя и продолжала вести себя непринуждённо, как будто мы говорим не о щекотливых вещах, а о бытовых.

– Тогда понятно, – усмехнулась я. – И всё-таки мне повезло гораздо больше, чем Лизе.

– Слышал отрывки твоего сегодняшнего монолога. Ты сказала, что теперь не представляешь свою жизнь без меня. Почему-то ты никогда не говорила мне об этом.

      «Началось…» – порадовалась собственной проницательности я.

– Слова-слова… Люди любят обольщаться после сладких речей. Можно подумать, ты и так этого не знаешь.

– Допустим, что нет? – с вызовом откликнулся он, у него было хорошее настроение в этот вечер.

– В таком случае, может быть, имеет смысл остановить машину? – подыграла я.

      Он нашёл в темноте место, где есть широкая обочина,