Дневник призывателя - Юлия Ставицкая

сорок настолько избалован, что ведет себя, как неразумное дитя, ждущее, что другие все за него сделают. Все зависит от ситуации и самого человека.

– Можно окунуть человека в воду, сказать, что то, что он испытывает, когда плавает, ощущает прохладу и некую легкость – это синий, – тихо продолжила она. – Вода – это синий. Он покой, а иногда печаль. Дать потрогать мягкую траву, молодые листья и побеги, послушать щебет птиц, сказать, что это зеленый, и он ощущается, как жизнь. Пройтись с ним по теплому песку, погулять под ласковыми лучами солнца и много-много смеяться, а потом пояснить, что все это желтый. Звук сирены, призыв быть внимательным и поцелуи – это красный, ведь он завладевает сознанием, фиксируя на себе. А звук бури, грозы, дождя – это серый. Такого цвета тучи и мыши.

Я удивленно приподнял бровь. Откуда она это знает?

– Хорошие описания, – Ларс коснулся переносицы. – Отец занимался социализацией детей-инвалидов по зрению. Он так и продолжал свою деятельность?

– Да, многие приходили к нам домой, – закусила губу Кристал.

– Один даже стал моим другом, – вздохнула Кайса. – Вместе с ним мы и искали ощущения цветов. Я скучаю по нему… – тихо проговорила и поникла.

– Еще увидитесь, – попытался утешить ее Ларс.

– Очень надеюсь.

Помолчали.

– Мать тоже была врачом, но и сама начала слепнуть, – добавила Кристи.

– Тетя почти ничего не видела и часто слушала одну и ту же мелодию, закивала Кайса. – Она говорила, что от нее пахнет жизнью.

– И где она сейчас? Вы ведь не оставили женщину одну? – напрягся Соха.

– Нет, – Кристал с тяжестью откинулась на спинку кресла.

– Отец считал ее сумасшедшей, – доверительно добавила Белка. – После развода с мамой, он говорил, что начал замечать странности в ее поведении и пытался лечить.

– Она сбежала, – отрезала девушка. – Она всегда уходила от проблем. Никогда не пыталась их решить. Оставила записку и сбежала!

– И тебя не…? – опешил Тоша.

– Нет, – отрезала она. – Давайте лучше вернемся к пиковой даме. Всяко интереснее.

– Твое право, – мне-то какое дело до ее проблем? Пусть делает то, что считает нужным. – Конкретно у нас, в России, о ней заговорили после повести Пушкина с одноименным названием. Тут же стоит провести параллель с Кровавой Мэри, девушкой, которую якобы убили перед зеркалом, и прочими демонами и бесами, ведь основой их взаимоотношений с людьми является сделка. Исполнение желания ценой клятвы или зарока. Часто говорится, что она берет плату клоком волос или даже жизнью. Кто-то так же приписывает ей похищения детей и называет ведьмой. Существует она на самом деле, как материальное или духовное создание, или нет, неизвестно, но многие люди и даже охотники говорили о встречах с ней, призывах. Хотя тут вполне мог сработать эффект Пигмалиона, когда мысль становится материальной.

– Призывах? – уцепилась за слово Кристал. – Вы говорили с ней с помощью доски Уиджи?

– Конечно, нет, – фыркнул Тоша. – Зачем мне стремная баба, которая, скорее всего, меня прикончит? Я хотел поговорить со стариком или подругой.

– Доска бы ее в принципе не вызвала, – покачал я головой. – И да, Тоша, я ведь не закончил с правилами, так что у тебя еще есть время их вспомнить.

Мой друг поник и сжался, обняв колени, точно обиженный ребенок, должный коротать время в углу.

– Способов призыва этой призрачной леди довольно много. Чаще всего же используют зеркала, – я невольно вспомнил комнату с Ашраи. Такое чувство, что сейчас раздастся стук, звук шагов по лестнице и оттуда выйдет женщина в белом саване. – По легендам она обитает по ту сторону зеркала, – пояснил я. – Главное же во всех этих обрядах – призвать Пиковую даму и увидеть ее, но не дать ей выйти в реальный мир. Но тут все зависит от самого призывающего и от его настроя. Так же это влияет и на облик дамы. Боишься – явится злобная старуха-убийца, уверен – молодая леди, готовая на честную сделку. Все в этом, а особенно в тонком, мире, зависит от нас самих. Но не стоит забывать, что любая игра с потусторонними сущностями априори опасна. Все имеет свою цену, и услуги Пиковой дамы не исключение, – с нажимом добавил для загоревшейся идеей Кайсы, так, что она ойкнула и спряталась за сестру.

– Я думаю, что просто так, никто бы и не стал рисковать душой, – Тоша свел брови. Он так похож на собаку, прислушивающуюся ко всяким шорохам, чтобы не пропустить опасность, что мне смешно.

–Дети же часто играют, призывая всяких созданий – Гномиков-сладкоежек, бабку-матершинницу и… – Кайса широко распахнула глаза. – Пиковую даму.

– Да, наибольшее количество призывов совершают именно дети, – кивнул я в такт своим мыслям. – Им интересно, появится ли кто-то в реальности? Как существо выглядит на самом деле. Действительно ли оно страшное, как все рассказывают? Кроме того, не стоит забывать о том, что та же Пиковая дама может исполнить любое твое желание, только если ты ей понравишься. Однако никто не утверждает, что все закончится хорошо. Может убить не только сама дама, но и страх перед ее появлением. Слабое сердце и все, нет человека.

– И как же ее призвать? – Кристал явно понравилась идея с желанием. Чего же она так хочет, что готова пойти на подобную сделку?

– А тебе оно надо? – вижу, что надо, но хочу услышать из ее уст.

– Почему ты убил меня?

Вздрогнул и тут же встряхнулся, отгоняя наваждение. Ничего не было. Мне все показалось.

Кристал молчит. Решится, тогда и поговорим.

– Ну, что, Антош? Вспомнил? – я сфокусировал свое внимание на друге.

– Что-то вспомнил, – пробурчал он.

– И что? – подключился Соха.

– Не бояться, но быть уважительным, – теперь уже он загибал пальцы. – Приветствовать духов, вызывать только тех, кого знаешь, не задавать глупых вопросов… И, кажется все.

Я помотал головой.

– Не знаю, – он растерянно смотрел на меня. Это все, что я смог вспомнить или понять во время твоих рассказов о Даме.

И что мне с ним делать? Ничего.

– Никогда и ни при каких обстоятельствах не прерывать ритуал. И никогда не просить показать себя – это будет расценено, как предложение войти в тело.

– Ааа, это, – протянул он. – Понятно. Теперь я могу продолжить? – сердито пыхтит и дуется. Он терпеть не может, когда я становлюсь похожим на учителя.

– Конечно, – широко улыбнулся. – Здесь уже все заждались твоего рассказа.

Остальные молча согласились. А может, и нет, но не подали виду.

– Указатель лежал на середине «говорящей доски», наши кончики пальцев едва касались ее. Мы пробовали позвать старика и мою подругу…

– И как? Кто-то пришел? – нетерпеливо заерзала Кайса.