Связка и дракон - Анна Цой

губы, — после первого призыва фрейменда ты должен контролировать его всегда. Выход из-под твоего влияния автоматически означает смерть не только тебя, но и, вероятно, всех людей в пределах пары десятков километров.

По телу прошла волна мурашек.

— Вы же не будете натравливать эту штуку на нас через неделю? — выпалила больше, наверное, просяще, — то есть… активно нападать?

Лернт хмыкнул.

— Если тебе когда-либо выпадет обязательный выбор между личной привязанностью и рабочим долгом, что ты выберешь, Ая? — растягивал губы он.

Его темные глаза при этом смотрели с каким-то сосредоточенным интересом.

— Компромисс, — сразу ответила я.

Мужчина кивнул, пока Эрни усмехнулся.

— Тогда и я в этот раз подстроюсь под твоё решение, — был каким-то довольным он.

— А я запомнил, что вы будете поддаваться, — деланно важно поставил голову на локоть Эрнест, — что-то мне подсказывает, что нас вы жалеть не станете.

— Натаскивал я вас лично, — стал серьёзным Лернт, — к вам должны быть совсем другие требования по чести.

— Тогда это будет просто весело, — вообще не огорчился Эрн, — проиграть хитрой Аямако — уже честь.

Не подлизывался, а откровенно подкатывал.

— Разве проиграть другу может считаться проигрышем? — мило улыбнулась парню.

Он дёрнул щекой. Левон захохотал.

— О, нет, — ухмыльнулся он, — я автоматически стану проигравшим, стоит мне признать себя только другом для тебя, Ая.

— Извернулся, — прокомментировал их куратор.

— Ты сам дал мне такой статус вчера, — напомнила ему.

— Я ошибся, — он нагло пожал плечами, — а ты явно оказалась обидчивее, хоть и говорила, что это не так.

Это он про «я не высшая Соголдка»?

— Скажи спасибо, что я не стала мстить, как настаивала Мел, — хихикнула я, — вот тогда бы…

— Фиджез, — перебил меня Оз-зи, чтоб его, — ты закончила?

— Я устала, — отчиталась ему, — не хочу, чтобы стало плохо.

Капитан скривился.

— Как скажешь, — завуалированный смешок от него, — в таком случае пересаживайся ближе к королеве, — и пока я не успела ему ответить, — с тебя отчёт о проделанной работе для неё. Можешь использовать мой лист с упражнениями.

Отмазки умнее он явно не придумал для того, чтобы я не сидела с Соголдцами.

— Ревность? — нахмурился Лернт, как только Оз ушёл на расстояние.

— Я тоже сперва так подумал, — хмыкнул Эрни, — но тут явно что-то не то. Он к ней не подходит, а только агрессирует.

Их переговорки заставили меня задуматься.

— С Фреей он ещё сильнее… ругается, — я медленно поднялась и потянулась.

— Ничего ты не понимаешь, Ая, — усмешка от Эрнеста, — особенно в Костнийских престарелых подростках.

Улыбка наползла на губы.

— А ты разбираешься? — хихикнула тихо.

И посмотрела в его тёмные глаза.

— Я совершенно свободен сегодня вечером, — он с вызовом взглянул на меня, — ты тоже. Я узнал.

— Разве? — отомстила ему я, — Фрея не всегда знает о моих планах, — из меня всё же вырвалась чёртова кокетливая улыбка, — так что может устроим дружеские посиделки позже? Например… когда-нибудь? — я заставила его усмехнуться снова, — хорошего дня вам, господин Лернт. И тебе Эрни.

— И тебе, Ая. Мне же ты не откажешь в ужине? Тоже когда-нибудь? — от куратора, — когда я разберусь с работой и документами от Костнийского сената, — он хмыкнул, пока я пожала плечами и пошла в сторону королевы, — тебя утешит, — к Эрнесту, — тот факт, что ты на верном пути? — смешок, — её мама или бабушка успели бы за эти секунды с улыбкой втоптать тебя в пол, наплевать сверху, а после сказать что ты можешь стараться и активнее.

— Как долго вы добивались успеха? — Эрни.

— Я не добился, — холодно ответил Лернт.

Дальнейшего их диалога я не услышала — подошла к её величеству, села за два метра, пока она разглядывала меня, а после протянула ей лист Оза:

— Наш капитан сказал вам отчитаться. У меня…

— Это не обязательно, — дернула щекой Нифелия, — будь добра — не мешай мне наблюдать очередной бессмысленный перл твоего хвалёного капитана, — тяжёлый вздох, — Рай, это вообще было обязательно?

Она обращалась к мужчине по другую её руку. Высокий, какой-то сухой, с насмешливо-колким взглядом и седой бородой с забавным жёлтым полукругом волос вокруг рта. От курения? Хм… крепкого чая, простите? Интересно, почему он не избавится от этого цвета?

— Он слишком активно лез в мои дела последний год, — грубым голосом усмехнулся мужчина.

Лет шестидесяти?

— Именно поэтому ты решил свалить всю вину на мой якобы приказ, — фыркнула она, — отличная идея. Он меня терпеть не мог до этого, а сейчас я для него главный объект для споров. Почему он твой внук, а отдуваюсь я?

Я смотрела как тяжело бежит Фрея, негромко успевая ругаться на крокодила.

— Потому что меня бы он послал быстрее, пока ты — власть в Костне, — кивнул старший Лакмаар.

— Говорить мне, что я склеротик, ему это не мешает, — закатила глаза её величество, — не прямо, конечно, но совести ему это не прибавляет ни в коей мере.

Дед хмыкнул.

— Он видит тебя в неформальной обстановке куда чаще, чем в официальной, — тепло посмотрел на женщину Лакмаар.

Королева покачала головой.

— В свои несчастные двенадцать он был таким же, — она напомнила ему, — разве его отец был таким? Я помню улыбчивого мужчину, любящего сына и жену, а не… не мог же Оз стать таким сам?

— Понятия не имею, Фели, — зевнул дед, — племянника своего я не видел ни разу — на кремацию меня не позвали, если ты помнишь. А внук… я познакомился с ним позже тебя с твоими соболезнованиями.

Теперь мои глаза впились в холодный профиль выполняющего свои же команды наравне со всеми Озерфира. Упрямого и хмурого на вид.

— Нужно занять его чем-то другим, — предложила Нифелия, — хотя, знаешь, я бы тоже желала порядка в твоих делах. А у мальчика талант.

— Сожрать всем мозги? — рыкнул старый Лакмаар, — уволь меня от его принципов на эти жалкие три месяца до его выпуска из школы!

Королева улыбнулась.

— Боишься стать не нужным ему? — почему-то прошептала женщина.

— Боюсь, что он возьмет себе жизненной целью пожрать какую-нибудь Ормега-групп и будет пластаться с ней лет двадцать практически из мести, пока тётка не сдохнет, а её сын не разрушит все сам.

— Бедные дети, — выдохнула Нифелия.

Дед был сварливо-задумчив несколько молчаливых минут.

— Так или иначе моя идея с Фратрией сработала — в свободное время он разрабатывает планы и материт тебя, — усмешка, — я в его планах отодвинулся на пару десятков пунктов.

— Аямако, — обратилась ко мне её величество, отвлекая от раздумий об Озе, — ты предлагала мне листок с упражнениями.

Я поднялась и отдала его ей. Зачем только?

— То самое вчерашнее отдельное занятие, — хмыкнул, разглядывая меня, Лакмаар, — будь ты истинной