Ступень третья. Часть вторая - Инди Видум

обдумай всесторонне, отключи эмоции, возможно, в долгосрочной перспективе оно окажется тебе куда выгоднее, чем ты думаешь.

После такого вступления не осталось ни одного сомнения: предложение не просто с подвохом, оно с возможными весьма неприятными последствиями. Поэтому ответил я, добавив в голос максимальной жесткости.

— Андрей Кириллович, говорю сразу: какие бы выгодные предложения вы мне ни приносили, я не буду сдавать посторонним ни один дом в нашем поселке.

— Слава, разве я говорил об аренде? Что ты так ершишься? Я сейчас даже не от своего имени. Лицо, предлагающее тебе участок на весьма выгодных условиях, не претендует н Вишневый Сад.

— Андрей Кириллович, давайте вы уже скажете, что за предложение и от кого. Тогда я сразу пойму, почему оно мне может не понравится.

— Ты же знаешь, Слава, что мы с Егором Дмитриевичем Глазьевым приятельствуем?

— Неужели предложение от него?

— Именно, Слава. У вас с ним возникло небольшое взаимонепонимание, поэтому он не обратился к тебе лично, а решил действовать через меня.

— И почему Егор Дмитриевич решил продать участок именно мне? — с изрядным скепсисом спросил я. — Подозреваю, что цена там будет совершенно неподъемная.

— Нет, цена для тебя будет даже ниже средней по рынку при условии, что ты заберешь Ермолину. Егор Дмитриевич говорит, что в сложившейся ситуации его очень напрягает ее нахождение в клане, потому что толку от нее в столице нет, а отправить ее куда-нибудь он не может по условиям вашего с ним договора. Поэтому он просит в качестве ответной любезности либо забрать Ермолину, либо аннулировать договор. Не отказывайся сразу, я сейчас пришлю документы по участку. Участок чистый, без подвоха, я просил проверить наших юристов.

— Участок-то чистый, а вот Ермолина — нет. То есть Глазьев на полном серьезе предлагает мне вернуть свою шпионку в клан? — хмыкнул я.

— Слава, не мне тебя учить, опутаешь максимальной клятвой, ничего никуда не сдаст.

— У нее мозги не вскипят? — с насмешкой спросил я. — Сначала мальцевская клятва, потом мне, ученическая, потом — Глазьевым, потом опять мне, полная. Глазьевы же свою не снимут, как я понимаю?

А может, и добавят что-то по подчинению. Мне все больше не нравилась эта история. Не так давно всплыл Анин роман с Хрипящим, и вот уже нам ее преподносят на блюдечке, да еще с доплатой. Сразу возникало подозрение, не был ли этот роман инициирован Глазьевыми.

— У них был мягкий вариант. Все-таки планировалась ее свадьба с Романом. А и вскипят — это будет ее выбор.

— У нее может не быть желания вернуться к нам, — напомнил я.

— Тогда аннулируешь договор с Глазьевыми, — предложил Лазарев. — Как я понимаю, теплых чувств к ней у тебя нет, значит, ее судьба тебя не волнует.

— Не аннулирую. Как бы я ни относился к Анне, у меня в клане сейчас ее сестра.

— И это еще один довод в пользу того, чтобы забрать Ермолину, — бодро сказал Лазарев. — Не отвечай сейчас, посоветуйся со своими, документы я отправляю и перезвоню, скажем, через час? До свидания Ярослав.

Попрощаться я не успел, этот жучара быстро отключился, уверенный, что упрусь и наотрез откажусь от навязываемой Ермолиной. Вскоре тренькнуло сообщение, я распечатал документы и вызвонил Серого и Постникова. Были они оба в поместье, поэтому подошли почти мгновенно. Серый немного раньше, поэтому я ему сразу протянул распечатки.

— Вот. Ознакомься.

— Точно знаю, там не продают, — уверенно сказал Серый, как только увидел, где расположен участок. Он подозрительно прищурился и добавил: — И вообще, это же глазьевские земли?

— Глазьевские, — согласился я. Тут как раз зашел Постников, поэтому я продолжил для них обоих: — Звонил Лазарев, желает побыть посредником в покупке участка у Глазьева. Обещает цену ниже, чем в среднем по рынку. Я цен не знаю, но ты, Серег, знать должен.

Серый скривился и буркнул:

— Я бы у Глазьевых ничего не стал покупать. Наверняка залил там все напалмом и присыпал сверху еще какой-нибудь ядовитой гадостью. Ничего хорошего он нам никогда не предложит.

— В точку, — согласился я. — По мне, довесок даже хуже напалма.

— О как… — растерялся Серый, не сумевший с ходу сообразить, о чем речь.

Зато Постников понял сразу:

— Ермолина?

— Она.

— Не-не-не, — всполошился Серый. — Мы ее с таким трудом сбагрили, а ты ее опять хочешь к нам?

— Не хочу, но обстоятельства вынуждают.

— Какие еще обстоятельства? Найдем мы подходящий участок и без глазьевской помощи, которая и не помощь вовсе, а самая настоящая подножка.

— Такие обстоятельства. У Агеева с ней роман, — пояснил Постников.

— Он идиот, да? Крутить с любовницей Романа Глазьева под его носом? — обреченно поинтересовался Серый.

— Глазьевы не знают.

— Я в этом не столь уверен, — возразил я. — Возможно, это было частью плана Глазьевых вернуть нам Ермолину.

— Слишком сложный план. Агеев мог с ней покувыркаться и послать. Но, допустим, даже так. Все равно у нас сейчас есть влюбленный Агеев, который хочет перетащить Ермолину назад.

— Пусть лучше сам к Глазьевым идет, — буркнул Серый, которого перспектива заиметь в клане потенциальную шпионку привлекала не больше, чем меня. — Нашел, с кем кувыркаться. Не, я подозревал, что у него в черепушке не ума палата, но не настолько же.

— Вариант, что Глазьевы возьмут Агеева в компанию к Ермолиной, мне кажется совсем неправдоподобным, — невозмутимо заметил Постников.

— Это да. Старший Глазьев на такое не пойдет, — грустно согласился Серый. — То есть вы уже все за меня решили?

— Мы еще ничего не решили, — возразил я. — Хотя Даниил вот буквально на днях говорил, что Агеев набирается смелости подойти ко мне по поводу Ермолиной. И даже высказывал предположение, что она нам может быть полезна в том направлении, куда ты хочешь развиваться — в косметологии.

— Кстати, на занятия она продолжает ходить, — заметил Постников. — То есть как минимум у нее будет документ об окончании целительских курсов.

— Вот, блин достоинство! — взорвался Серый. — Да мы этих закончивших курсы скоро пачками сможем брать, к нам очередь будет стоять от самого города. И что нам с той Ермолиной? Уверен она как гадила, так и будет гадить. У нее сколько роман с Глазьевым был? Думаете, она так легко от него отказалась?

— Думаю, пожив бок о бок с предметом своих грез, она узнала его достаточно хорошо, — ответил Постников. — Ты, друг, вообще не о том. Нам все равно придется ее брать.

— Лучше Агеева выставим — непримиримо заявил Серый.

— Ага, и его сестру, — согласился я. — На ребенка которой я уже получил отказ от Андрея Мальцева и который, кстати, потенциальный маг.

Серый обиженно засопел, придвинул к