Никто не услышит твой зов - Дарья Демидова

Эй, притормози, — усмехнулся Марк. — Ни мы, ни люди до сих пор не доказали даже то, что убийца акудзин. Да. На это есть намеки, но намеки к делу не пришьешь. Потом, даже если это акудзин, с чего ты взял, что это кто-то из библиотечных? Мы уже ни раз говорили о том, что убийства, совершенные Аркашей похожи только тем, что жертвы висели вниз головой, когда их находили.

Кирилл откинулся на спинку кресла и расслабленно положил руки на подлокотники. Поза его говорила об усталости, но скорее не физической, а эмоциональной. Он с минуту молчал, поджав губы, словно подбирая слова, и наконец сдался:

— Ты прав, но…

— Но у тебя чуйка, а с ней не поспоришь, — рассмеялся Марк.

— Да, есть такое, — не стал отпираться Кирилл.

— А как тебе Томан?

— Странная женщина, — протянул Кирилл и снова взялся за бокал. — Очень странная.

— Мне кажется, она родилась странной. Этакий акудзинский бомонд.

— И Таланов показался интересным.

— Если смотреть на них как на подозреваемых, кто на первом месте, кто на последнем? — задал каверзный вопрос Марк.

— На первом, конечно, Пьер. Реально странная реакция, он для меня непонятный и как будто действительно хочет отвести от себя подозрения. Потом, наверное, Таланов.

— Да брось! — засмеялся Марк. — Я знаю его со студенческих времен, он и мухи не обидит.

— Про Горелова они так же думали, — возразил Кирилл. — Таланов очень умен, и заболтать может любого. Талантливый акудзин. К тому же я наводил обо всех справки. Он одинок, посвятил работе всю жизнь, уж ему-то не знать о том, как вызвать высшего демона.

— Допустим, хотя я сомневаюсь, что Таланов верит в демонов, тем более в высших.

— Мы сами демоны. Для людей, по крайней мере, — усмехнулся Кирилл

— Твоя правда. Кто дальше?

— Томан.

— Удивил. Почему она?

— Никогда не знаешь, что у таких людей в голове. Днем она читает Есенина, ночью охотится на мужчин.

— А Юра с Димой не могут днем читать Есенина, а ночью избавлять мир от грешников? — снова усмехнулся Марк.

— Если эти двое маньяки, то сто процентов работают в паре, — уверено заявил Кирилл.

— Почему?

— Они друзья, всегда вместе и на работе, и вне ее.

— У них семьи, — нахмурился Марк.

— У Горелова тоже она была. И ему она никак не помешала, — обосновал Кирилл.

Марк не нашёл, что на это ответить.

Тут в комнате появился Ворон и сразу, не здороваясь, направился к бару.

— Я замерз как суслик! — пожаловался он, наливая себе бренди.

— Ты что тоже присоединился к этой операции? — спросил Марк. — Я думал, ты раздашь всем ЦУ и смоешься оттуда.

— Я тоже так думал, — загадочно улыбнулся Иван, располагаясь на диване между друзьями. — Пока не появилась Екатерина.

— М-м-м, Екатерина… — ехидно протянул Марк и переглянулся с Кириллом, который тоже усмехнулся.

— У нее такая большая…

— Грудь? — перебил Марк.

— Собака. Но грудь тоже, да. Правда меня больше привлекала собака, точнее я ее привлекал. Вот скажите мне: собака может почуять сущность?

— Прикалываешься? — чуть не подавился Марк, пролив несколько капель янтарной жидкости на футболку.

— Не-а, этот кобель рычал на меня почти постоянно. Хорошо, что дрессированный, — проворчал Ворон.

— Сущность могут видеть только наши медики, — тоном лектора пояснил Марк. — Благодаря мутации, но не чувствовать, ни воздействовать на нее они не могут. А вот видеть болезни людей и ускорять их регенерацию — это им по силам. Иное управление сущностью. Они затрагивают ей физиологию людей в положительном ключе, в отличие от остальных. Мы только забираем эмоциональное и затрагиваем физиологию, когда эмоций не остается, начиная выкачивать жизненные соки. Убивая, короче говоря.

— Спасибо, кэп, а то мы не в курсе, — фыркнул Воронов и покачал головой, будто разочарованно.

— Другие живые существа ни почуять, ни повлиять на сущность никак не могут, — закончил Марк и ехидно посмотрел на друга. — Просто животные чуют негодяев, кем бы они не являлись.

— Сука ты, Голицын. — дружелюбно огрызнулся Иван.

— Так как дела в парке? — спросил Кирилл, прерывая шутливую перебранку между друзьями

— Темно, холодно и голодно, — ответил Иван и тут же повернулся Марку: — У тебя, кстати, есть чего пожрать?

— Чего-то есть. Кухня наверху, у нас самообслуживание.

— Кошмар, ты гостеприимный, — покачал головой Иван, и поднявшись, поспешил наверх.

Акудзины, конечно, перемещались в пространстве, но всех еще в школе учили: если можешь что-то сделать без помощи сущности, делай. Нельзя тратить силы понапрасну.

Как ты думаешь, наш Казанова, еще долго будет торчать в парке? — спросил Марк.

Кирилл пожал плечами, но крепко задумался:

— Ему это на