Навий сын - Ольга Корвис

— Как ты зашел?

— Через дверь, — просто ответил Сумрак.

— Ну понятно, что не через окно, — с усмешкой отозвался парень. — Вообще там оберег от таких, как ты, и до сегодняшнего дня он даже работал, как нужно. А для тебя, видимо, оказался слабоват. Чего надо-то?

Ян ненадолго опешил. Он ведь и не думал ни о чем, когда бросился за заметившим его парнем. Ухватился как за соломинку. Ему было до усрачки страшно, что он так и будет скитаться среди людей, невидимый и растерянный. Теперь уже сознавал, что хотел помощи, спасения. Понимания, что с ним произошло, и почему его отрезало от мира. Ответа на самый важный и стремный вопрос — он действительно умер?

— Забыл, зачем пришел? — снова усмехнулся парень.

Он затолкал пустые пакеты в ящик, повернулся к Яну и пристально на него посмотрел.

— Ну тогда выйди и зайди нормально. Может, вспомнишь.

Сумрак молча сел на высокий стул возле кухонной стойки. Потер пальцами переносицу, собираясь с духом. Поднял взгляд на парня.

— Я все-таки умер? — тихо спросил он.

Хозяин квартиры тяжело вздохнул и посмотрел на него с усталым пониманием.

— Не хочу тебя расстраивать, но да.

На оглушающую новость Ян смог только нервно улыбнуться — неискренней и горькой улыбкой. Если он мертвый, почему тогда так холодно стало? Он бездумно покрутил тонкое кольцо в мочке уха, потом обхватил себя руками. Тупая смерть. Вот тебе и развеялся от прогнозов хренового будущего. Сам в него и пришел. А все эти отвратительные комнаты — всего лишь предсмертный бред. И не нужны ему никакие организаторы, он сам себе устроил незабываемую историю. Одного он только не понимал.

— Почему я… Ну, просто не исчез? И почему меня видишь только ты? — Сумрак провел ладонью сквозь чашку на столешнице. — Что мне теперь делать?

— Как ты шустро на стадию принятия перескочил. Ты случайно не суицидник? Тебя как зовут-то?

— Ян, — коротко ответил Сумрак и покачал головой. — Нет, я не… сам. Мост обвалился. Я в квесте участвовал, надо было перейти старый мост через овраг. Ну вот и перешел. Почти.

Он вздохнул. Толком и не понимал, зачем он все это рассказывал. Даже если бы сам спрыгнул, какая теперь разница?

— Веселый получился квест, — иронично заметил парень. — Я бы сказал, что на всю жизнь запомнишь, но поздновато.

— А ты случайно не патологоанатом, не? — в тон ему хмуро поинтересовался Ян. — А то от тебя прям потемнело вокруг.

— Да я таких, как ты, вижу каждую неделю. Вот представь, просыпаешься среди ночи, а напротив стоит такой же умник, смотрит, права начинает качать, что в загробной канцелярии ошибочка вышла. Рано ему типа, понимаешь? Сложно же сразу понять, что все, конец истории. Начинают орать. Поэтому тут или крышей ехать, или пить как не в себя, или пытаться на все смотреть как-то с юмором, пусть и с черным. По-другому никак.

Хозяин квартиры вытащил из холодильника бутылку пива и скрутил крышку.

— Меня Валентин зовут, — он отсалютовал Яну бутылкой и сделал несколько глотков. — А что до того, почему ты здесь. Бывает так, души застревают. Может, держит их что-то. Они за помощью идут. Вот даже хрен знает, как они меня находят. Как будто, бля, им после смерти мою визитку выдают. А мое дело простое — помочь таким побыстрее в последний путь отправиться. Так уж получилось, что я с детства вижу всякую хренотень. Не то чтобы я был этому очень рад, но выбора у меня особо нет. Вы же просто так не отвяжетесь.

— Значит, я тоже застрял, — произнес Сумрак.

А про себя еще раз подумал, что у него даже сдохнуть по-человечески не получилось.

— Ага, как Винни-Пух, — кивнул Валентин. — Ладно, Ян, ты вроде не буйный, выгонять тебя я не буду. Завтра с утра отправим тебя на место назначения. Сегодня у меня уже все, заслуженный отдых после трудового дня.

С этими словами Валентин еще раз отхлебнул пива и пошел вглубь квартиры. Ян остался один на кухне. Ему снова стало страшно — до неприятного звона в висках. Тяжело поверить, что завтра — совсем все. Ян Сумароков окончательно перестанет существовать, даже в виде вот такой призрачной субстанции. Он не чувствовал себя мертвым и уж точно не хотел растягивать мучительное ожидание до завтрашнего утра. Сумрак решительно пошел вслед за Валентином. Тот уже развалился на диване и смотрел в телефон.

— Послушай… — заговорил Ян. — Я понимаю…

— Не-не-не, ты послушай, — перебил его Валентин и оторвался от телефона. — Дай угадаю, будешь просить или требовать поехать прямо сейчас? Так вот. Во-первых, я уже пью пиво, во-вторых, мне нахер не упало шарахаться по кладбищу в темноте. И, наконец, в третьих, я могу сейчас все-таки обновить оберег, и будешь куковать на площадке.

Такого мощного отпора Сумрак не ожидал. Он примирительно развел руками. Местный шаман — так про себя он окрестил Валентина — был настроен решительно, а сидеть в одиночку в подъезде Ян совершенно не хотел.

— Ладно, — ответил Ян и криво улыбнулся. — Тогда буду мозолить тебе глаза.

Он обошел диван. Мог бы, наверное, и насквозь пройти, но человеческие привычки давали о себе знать. Посмотрел на раскрытой альбом на столе. Нарисовано было мастерски, но сам рисунок фонил тоскливой тревогой. Сумрак разглядывал детали: детскую колыбель у деревянной стены и подвешенные над ней, собранные гирляндой человеческие глаза, привалившийся к стене маленький скелет. Он машинально дотронулся до страницы, чтобы перелистнуть и посмотреть другие рисунки, но пальцы прошли сквозь бумагу.

Ян перевел взгляд на фото в рамке. В подростке с крашеными волосами с трудом угадывался Валентин. Он стоял рядом с высоким и крепким парнем, а в их внешности было что-то схожее, как у родственников или даже братьев.

— Если что, можешь сгонять куда-нибудь, — произнес за его спиной Валентин. — Ну там, может, увидеть кого хочешь. Не боись, тебя никто не заметит.

— Разве что мусор выбросить, только я ведь уже не смогу. — с усмешкой отозвался Сумрак.

Если бы не этот странный парень, лежал бы в том овраге, пока, может, собачник какой случайно не нашел. Хватиться его могла только женщина, у которой он квартиру снимал. Где-нибудь через месяц, когда пришло