Санкт-Петроград - Евгения Духовникова

Рита понятия не имела, что такое Призыв и каким образом она виновата в пролитом кофе, но на всякий случай поспешила вставить:

— Простите.

— У, какие мы шустрые, — он расхохотался. — Ваши извинения мне нужны как позавчерашний прогноз погоды.

Рита в отчаянии обернулась на остальных. Тео лежал без сознания, Крис и Ник прятались за её спиной, разинув рты в беззвучном крике. Риту охватила злость. Ей, что, одной за всех отдуваться?!

"Ну, спасибо, друзья. Я вам это ещё припомню".

— Я уж молчу о том, что вы оборвали бизань и грот-марсель.

Проследив за его взглядом, Рита обнаружила, что паруса, смягчившие их падение, держатся на соплях.

— Это вышло случайно, — она принуждённо улыбнулась. — Мы можем как-то компенсировать... ущерб?

Пират не на шутку оскорбился — но виду не подал. Лишь на краткий миг Рита успела заметить холодный металл, сверкнувший в глазах.

— Мы — благородные пираты, а не стяжатели лёгкой наживы. Впрочем, в твоём предложении есть логика... Решайте сами, ребятки, кто вы: закуска для акул, рабы, заложники или пленники.

— А ещё варианты есть? — слабым голосом поинтересовался Тео, открывая глаза. — Или это исчерпывающий список?

По кольцу пробежал шелестящий шёпот. Капитан пиратов шагнул к Тео, рывком развернул его к себе лицом и потрясённо воскликнул:

— Теодор?!

— Роланд, — Тео выдавил кривоватую улыбку. — Теряешь хватку, драный морской шакал.

Рита в ужасе зажмурилась, отчётливо представив себе реакцию на этот весьма сомнительный комплимент. Но Роланд на "драного шакала" отреагировал совсем не так, как она ожидала (и опасалась).

— Якорь мне в... Какого дьявола ты весь в крови? — в его голосе мелькнуло искреннее беспокойство. — Неужто опять волгры?

— Если бы, — Тео криво усмехнулся, тут же закашлявшись. — Всего-то парочка тщедушных лярв.

— Шутишь? — недоумённо вскинул брови Роланд. — Парочка жалких низших сущностей? Не верю, чтобы ты не смог бы стереть их в субатомный порошок и бросить в трюм одной левой.

— Может, и смог бы, — буркнул Тео неохотно. — Вот только схватка происходила не здесь.

Роланд нахмурился.

— Что значит — "не здесь"? А где?

— В мире людей. И лярвы там сделались очень даже плотноматериальными, — Тео вкратце пересказал ему события последних дней. — Нам удалось добраться до моего дома, но мы чуть не напоролись на засаду. Хотели отправиться к Сфинксу — но что-то пошло не так, — он выразительно покосился на Риту. — А на мосту нас едва не настигли городовые. Зацепили воздушной петлёй, скинули в воду... Мне ничего не оставалось, кроме как бросить Призыв. В фарватере Нева глубока, я был уверен, что ты не сядешь на мель.

— Ясен перец, ты не стал бы бросать Призыв забавы ради. Эти, — Роланд покосился на его спутников, — я так понимаю, с тобой?

Тео кивнул.

— Будь добр, уведи своё корыто в более спокойные воды, неважно, куда, главное — чтоб там не штормило. А то качка такая, что меня сейчас стошнит.

— Не любишь ты море... Что ж, ладно. Только ради тебя, — неохотно вздохнул капитан. — Встать сможешь? Давай, обопрись на меня. Вот так... — Роланд щёлкнул пальцами, сделал пару выразительных жестов — и его команда моментально улетучилась: трое матросов принялись поднимать сорванные паруса, высокий плечистый детина раза в два шире самого Роланда встал за штурвал, остальные разбежались кто куда.

— А вам, что, особое приглашение требуется? — шикнула Рита на притихших ребят. — Счастье, что этот Роланд — приятель Тео. Идёмте. Не представляю, что было бы, если... — она благоразумно проглотила окончание фразы. В мире, где энергия и материя — единое целое, лучше быть поосторожнее со словами.

Вслед за остальными она вошла в кают-компанию. Судя по всему, рулевой уже успел передислоцировать корабль подальше от шторма, потому что качка улеглась, и если бы не безбрежная морская гладь за иллюминаторами, можно было бы вообразить, что они — на суше.

Очевидно, хозяин судна ценил комфорт и питал слабость к красивой жизни: кают-компания больше походила на гостиную роскошного особняка, чем на гнездо морских разбойников. В бронзовых канделябрах горели свечи; на сервировочном столике стояли чайные чашки, марципаны и засахаренные фрукты в золочёной вазе; стулья с высокими резными спинками были укомплектованы уютными жаккардовыми подушками. Лишь напольный глобус, компас в массивном дубовом корпусе да карты морских течений, прижатые линейкой-угольником, указывали на то, что владелец сего имеет отношение к морскому делу.

— Чувствуйте себя как дома, — гостеприимно сказал Роланд. — Здесь вас не достанут, ни городовые, никто. Я приказал увести фрегат в нейтральные воды.

Скоро марципаны, ваза с фруктами, кофейник и чашки перекочевали с сервировочного столика на круглый стол посреди кают-компании. Один из матросов, деликатно постучав, передал поднос с пыльными стеклянными бутылками в кожаной оплётке.

— Знакомьтесь, — сказал Тео. — Роланд, мой сводный брат и по совместительству капитан "Летучего Голландца".

Ник тихонько присвистнул, заработав кулаком в бок от Крис.

"Летучий Голландец"... Рита вспомнила, что ей напоминает этот корабль: одноимённый ресторан, тот, что устроен прямо на корабле, стоящем на якоре на Мытнинской набережной. Она была там однажды, и хотя знала, что кораблик — не подлинник, а всего лишь современная реплика, причём весьма вольная, антураж "Голландца" произвёл на неё впечатление.

— Кофе, мадмуазель.

— Гм... — Рита замялась, понимая, что стоит бы представиться, но не зная, какое имя назвать: настоящее или вымышленное. Тео выразился определённо: подлинное имя следует держать в тайне от всех.

Но, к счастью, такие мелочи, как имена, Роланда совершенно не интересовали. А вот историю с Чашей он выслушал очень внимательно, не перебивая и даже не задавая по ходу никаких вопросов.

— На твоём месте я не стал бы таскать за собой столько людей, — покачал головой Роланд. — Особенно после инцидента на мосту.

— Пришлось. После нападения оставаться в физическом мире стало небезопасно, — веско возразил Тео. Он пил кофе медленно, маленькими глотками, прикрыв глаза от наслаждения. — Я не был уверен, что не появятся новые лярвы... А на обратные Врата у меня не хватило сил.

— Твой рассказ заставил меня о многом задуматься, — хмуро признался Роланд. — Надеюсь, фортучент примет меры.

— У меня тоже складывается ощущение, что ситуация всё больше выходит из-под контроля, — дипломатично сказал Тео, и