Луна для двоих - Кира Райт

и длинные слова сил у меня всё же не было. Но сдаваться я не собиралась. Хотя кто-то явно ведёт себя так, будто продолжать не планирует. Уф! Хотя меня в нём сейчас ничего не раздражало, даже вот это упрямство – беречь меня тогда, когда я изнываю от желания, чтобы берёг чууууточку меньше.

Пусть только возьмёт меня. Я согласна быть глупой, ничего не понимающей самкой, и всегда во всём покорной… Это я загнула, конечно, но…

Чтобы смотивировать его в правильном направлении, сама чуть сжала ладонями такую чувствительную сейчас грудь, пропуская соски между пальцев. Пусть посмотрит, как сильно я хочу его. Выгнулась в спине и расставила ноги чуть шире, открываясь перед ним больше. Закусила нижнюю губу, провоцируя. Ну пожалуйста…

Сработало!

Нир опустился ко мне и поцеловал. Глубоко, влажно, жарко. А потом проложил дорожку поцелуев снова вниз. И не успела я почувствовать разочарования, что не позволяет мне ощутить внутри его член, как начала накрывать новая волна удовольствия от касаний его языка.

Вот говорят, посмотри, как человек танцует – таков он и в сексе. Уж не знаю, как там Нир танцует и умеет ли, но что в обычной жизни, что в постели он упрямый и добивается своего. Он не набрасывался, не сжимал меня в порыве страсти. Даже лизал клитор почти в одном и том же темпе, изредка проводя языком от входа вверх широким жестом, при этом осторожно поглаживая мои ноги, живот и лаская грудь. Но тут-то и оказалось, что до него я знала о таком роде ласк чуть больше, чем почти ничего.

Если партнёр не пытается доказать, какой он крутой весь такой и сексуальный, если он не груб и не торопится, будто через десять минут улетает без нас самолёт, и тем более – не меняет постоянно темп и вид ласк, то оказалось, гораздо проще превратиться в мягенькое желе и достичь оргазма. И без всяких там меток.

Мне показалось, что прошло несколько мгновений, прежде чем я снова ощутила сладкую волну спазмов. И вновь он сначала любовался, а потом обнимал. Правда в этот раз я отключилась через несколько десятков секунд. А когда вновь открыла глаза, он невозмутимо уложил меня в исходное положение – себе под бок и чуть прижал мою голову к своей груди ладонью сверху. Видимо, чтобы не вздумала сопротивляться.

Я грустно вздохнула. Намёк понят.

Вроде как он сделал, что я хотела, теперь надо спать и набираться сил. Видимо, первый раз мало спала. И Нир за меня решил, что я слишком слаба для нормального секса и для минета. И если я и правда была слаба, то всё равно ощутила досаду. Я же хочу его…

Он погладил меня по спине и легонько совсем шлёпнул по попе, видимо, наказывая за эти недовольные вздохи. Даже мысленно я потеряла дар речи, когда он это сделал. Нир меня шлёпнул! Да он же… никогда… хотя я не назвала бы это «поднял на меня руку»… Но это было так для него не характерно, так непривычно… и будоражаще… Что мне захотелось…

Сверху я услышала совершенно чёткий смешок. Уж не знаю, как там это у него получается, но кажется он чувствует меня и без метки гораздо лучше, чем я его с меткой. И не успела надуться, что смеётся над моим желанием, как он успокаивающе поцеловал меня в волосы…

Случалось, что прежде я ненавидела свою жизнь. Но именно в этот момент поняла, что ради него кажется готова пережить свой кошмар заново. Если бы я ещё тогда знала, какой подарок в виде Нира ждёт меня в будущем, то было бы гораздо проще.

Глава 23

В следующее (которое там уже по счёту, так просто и не скажешь) пробуждение я вновь почувствовала вкусный запах еды. Но в этот раз уже смогла сесть сама и даже при помощи Нира посетить уголок санузла прямо тут же. Сейчас он был ограждён от основного помещения камеры ширмой. Но это явно из-за моего присутствия, а так в целях безопасности буйных пациентов перегородку никто не ставил, и всё было устроено так, что пораниться не обо что – просто дыра в полу с автоматическим смыванием. А на уровне груди вместо крана небольшое отверстие, из которого под небольшим напором течёт вода, стоит провести рукой рядом.

Интересный опыт пожить в карцере самой, конечно. Раньше я заходила сюда крайне редко. А теперь… Сколько прошло? День? Два? Вот скоро и узнаем.

Затем мы вернулись к завтраку, который видимо принесли, пока спала, но будить не стали. Да я тут как на курорте. Пора бы выбираться отсюда и начинать разбираться с насущными проблемами. А то что-то разбаловалась. Уселась себе на матрас, подождала, пока Нир установит поднос и разорвёт для меня лепёшки.

Хотя по идее я могла бы и сама, но мне начинала так нравиться его забота, что останавливать не стала. Когда обо мне кто-то так заботился, кроме родных? Да никогда. А сейчас мне уже больше не так больно, вот и можно было наслаждаться этими моментами. И прежде, чем возвращаться в свою обычную жизнь, я насладилась. И едой. И сладкими поцелуями моего чудесного полузверя. И только потом попросила его постучать в дверь погромче, чтобы позвать кого-то.

Эти умники догадались запереть нас вдвоём внутри. Запереть. Ну вот чем можно было руководствоваться? Он больше не буянит, а с ним я. Понятно, что сама и приказала меня сюда принести и оставить, но…

Почувствовав моё раздражение, Нир погладил меня по голове и отправился тарабанить в металлическую дверь. К счастью, услышали. И уже спустя пару минут появилась Элика с одеждой. Она протянула стопку мне и, когда ждала, пока оденусь, внимательно меня рассматривала.

– Ну что? – я не выдержала первой.

– Что с тобой произошло?

– Неважно.

– Мы думали, ты не выживешь, Эррин… – она вдруг подошла ближе. – Я не знала, как помочь. Не понимала, что делать. Подумала, что раз ты сама хотела прийти сюда, то наверное это и есть выход. Но всё это время боялась, что не поможет…

Кошка замолчала, а потом неожиданно обняла меня.

– Мы с тобой часто кусаемся. Но кроме тебя мне даже поговорить не с кем начистоту. Ты будь уж поосторожней в следующий раз.

– В следующий раз я без него никуда не пойду, – кивнула на Нира.

Глаза Элики распахнулись, и она выпустила меня из объятий. А слышать от