Я, два вампира и дракон - Элис Айт

можно подготовиться, но собрала волю в кулак и заставила себя выпрямиться. Подумав, для пущей развязности еще и засунула руку в карман джинсов.

Я не какая-то там неудачница Катя Тихонова, которая не добилась в карьере ничего большего, кроме как должность администратора языкового клуба, и дала бывшему мужу обвести себя вокруг пальца. Я русская ведьма, которая держит в страхе половину Москвы, не меньше.

Чтобы убедить в этом саму себя, напоследок я проверила свою связь с Серенитой. После провалившейся попытки устроить пожар Джеронимо действительно исчез на полдня. Примерно с обеда я снова начала чувствовать его поползновения пробраться в замок, однако на сей раз я была начеку. Как только на краю сознания появлялась золотистая нить, я отсекала ее, укрепляя мысленные стены вокруг Серениты.

К сожалению, это работало только при моем постоянном напряжении. Стоило чуть отвлечься – и дух замка открывал лазейки, позволяя Джеронимо просочиться внутрь. Я совершенствовала связь с духом после вчерашнего пожара, но Джеронимо все-таки был вторым хозяином. Дух замка просто не понимал, почему тот должен оставаться снаружи.

Нить снова пришлось отрезать, но быстрая проверка показала, что в Серените все спокойно. Единственное, что меня смутило, – это что я не ощутила присутствия Марко с Драганом. Научиться отличать биение их сердец от сердец домашних демонов оказалось легко: у вампира-Аполлона его было едва слышно, а у дракона, наоборот, оно билось звучно, без перебоев, как мотор.

Мельком задумавшись, почему их нет в замке, я тут же об этом забыла. Драган мог облетать территорию, а Марко – выйти в деревню. Ночь – его время, в конце концов. Так что я кивнула Косте, и тот ударил в дверь молоточком в виде рожицы чертенка.

Когда молоточек опускался, я ждала звонкого удара о металл, однако ошиблась. Боек мягко соприкоснулся с поверхностью, не родив ни единого звука, словно был обит ватой.

Приподняв брови, я посмотрела на Костю:

– Не знай я, что мы собрались в гости к колдуну, посоветовала бы поискать нормальный дверной звонок. Дай угадаю – тишина означает какое-нибудь колдовство?

– Ты быстро привыкаешь к обычаям высших, – пробормотал вампир, наблюдая за тем, не прорвется ли через один из ставней луч света, чтобы определить, дома ли хозяева.

Я просто подождала. Чутье подсказывало, что нас проверяют. Дверной молоток, похожий на тот, что украшал главный вход Серениты; колдун, настолько мощный, что мог бы наделить свое жилище душой; опасность разоблачения и невозможность пользоваться видеокамерами – все сходилось.

Спустя несколько невыносимо долгих минут дверь наконец приотворилась. В проеме появился невысокий мужчина, окутанный ореолом света.

Как-то так я и представляла Козимо по рассказам Терезы и Кости: итальянская смуглость делала его лицо мрачным, густые черные брови добавляли теней взгляду, худоба и сутулость наводили на мысль, что этот человек проводит немало времени за обдумыванием темных делишек. Борода с редкими седыми волосками не добавляла мужчине обаяния. Складка на лбу и чувственные губы говорили о темпераментности. И точно – даже не зная итальянского, можно было догадаться о значении слова merda, слетевшего с языка Козимо, как только он увидел Костю.

Дверь начала захлопываться прямо перед нашими носами со стремительной скоростью, но наткнулась на вставленный в щель Костин ботинок. Глаза вампира сверкнули красным. Я не поняла, что он ответил колдуну, но с лица того слегка отхлынула краска. Ко мне Козимо повернулся без улыбки, но хотя бы и без ругательств. Пристальный взгляд ощупал меня не хуже пальцев профессионального досмотрщика.

На обращенную ко мне вопросительную реплику оставалось только покачать головой.

– Русский или english? – предложила я.

– English, – согласился торговец, переходя на главный язык международного общения. – Константин сказал, что вы интересуетесь моим товаром.

– Да. Мы можем обсудить это внутри или вы предпочтете, чтобы тонкости наших дел слышала вся улица?

Козимо бросил косой взгляд на вампира и все же распахнул дверь.

– Добро пожаловать, сеньора.

Костя вошел первым, проверил все вампирским чутьем и лишь тогда махнул мне рукой, что опасности нет.

Обитель торговца душами и внутри выглядела как обычная лавка-мастерская. В дальнем углу на столе лежали заготовки и гипсовые формы. На стенах и витринах десятками висели венецианские маски как дешевые пластиковые, так и фарфоровые ручной работы. Выбор образов был на любой вкус – от нейтральной Вольто и популярной маски Казановы до Чумного Доктора и игривой Ньяги, изображающей кошку.

Я прошла мимо них и задержалась у огромной золотистой маски в виде солнца. Лицо было человеческого размера, но изогнутые лучи расходились в стороны больше чем на полметра. Вряд ли эта маска предназначалась для ношения. Скорее всего, ее вешали на стену как декор, однако меня заставило остановиться не это и даже не божественная красота искусно вырезанного лица.

От нее исходила энергия. Я ощущала это не столько физически, сколько на каком-то ином, сверхъестественном уровне восприятия. На секунду нечто коготком царапнуло мое сознание, почти так же, как это делал прорывающийся в Серениту Джеронимо. Уже в следующий миг все успокоилось, но я могла поклясться, что это сделала маска-солнце.

Козимо замер рядом со мной. Впервые в его голосе зазвучал слабый интерес:

– Вижу, вы раньше уже имели дело с душами.

– Немного, – призналась я. – Вы соединили маску с человеческой душой?

– Конечно. Это лучший способ хранить души. Немногие маги могут похвастаться тем, что умеют создавать подобные шедевры, – с гордостью объявил он, тряхнув густой черной шевелюрой.

Я протянула к маске руку, но опустила ее, так и не рискнув дотронуться.

– Не бойтесь, – с усмешкой сказал Козимо. – Эта маска – работа на заказ для определенного человека. Она не причинит вреда. Я вывесил ее сюда только потому, что сегодняшней ночью ее должны забрать, и думал, что это пришел заказчик, а не один наглый вампир.

Костю, статуей застывшего за моей спиной, наградили колючим взглядом. Тот и бровью не повел.

– Наглый вампир привел заказчика, который ради этого пересек половину Европы, так что радовался бы, Козимо, – ответил он.

Торговец только фыркнул:

– Как, кстати, ваше имя, сеньора?

Я собиралась представиться Марией Ивановой, однако в последний миг проглотила это имя.

– Адалин, – с особым выражением произнесла я, пристально глядя на Козимо.

Он спрятал в бороде улыбку.

– Адалин так Адалин. Не волнуйтесь, многие клиенты не горят желанием сообщать свои имена. Все, что мне нужно знать: сколько вы готовы заплатить и для каких целей вам нужна душа, чтобы я подобрал идеально подходящую. Для этого пройдемте, сеньора, в мою настоящую мастерскую.

– И в какой валюте вы предпочитаете оплату? Надеюсь, не в душах?

– О, что вы!