Я, два вампира и дракон - Элис Айт

Я отчаянно закивала, крепко сжав его привычно прохладную ладонь.

Мы стояли возле какой-то старинной церкви, загороженной от нас кирпичным забором так, что виднелась только верхушка колокольни. Чтобы найти открытый в такое время магазинчик с мороженым, пришлось миновать пару переулков и пройтись под веревкой с сушащимся на ветру полосатым нарядом гондольера. Владелец небольшого заведения под вывеской «Траттория» уже закрывался и страшно нам обрадовался, почти без передыха выдавая разнообразные «перфеттаменте» и «белиссимо». Уже через пару минут мне протягивали огромное мороженое, щедро посыпанное шоколадной стружкой и политое сиропом.

Стоило мне полезть за кошельком, Костя, переводивший продавцу мои пожелания насчет покупки, оттеснил меня в сторону и заплатил сам. Я растерянно посмотрела на то, как он прячет кредитную карту и передает мне рожок.

– Но…

– Не спорь, донна. Дай мне тебя угостить, раз уж я мешаю тебе прогуляться по знаменитому городу, куда ты приехала первый раз в жизни.

– Спасибо… А ты разве не будешь? Даже не попробуешь?

Он сдержанно улыбнулся:

– Вампирский желудок отторгает человеческую еду.

– Тогда точно должна была заплатить я.

– Катерина. – Костя наклонился так, что я, лишь слегка шевельнувшись, могла коснуться его лица. Странно, но меня это отчего-то так смутило, что я застыла, будто меня приморозили к полу. – Ты не вампир, поэтому вряд ли поймешь, каково это, когда за эмоциями живых людей наблюдать приятнее, чем делать что-то самому. Последние десять лет я жил в компании такого же вампира, зануды-дракона и брюзжащего старика. Давай будем считать, что я заплатил за то, чтобы посмотреть, как молодая и красивая девушка наслаждается жизнью.

– В таком изложении это отдает вуайеризмом. Но ты знаешь… – Я с удовольствием откусила верхушку мороженого. – Я готова тебя радовать таким образом сколько угодно!

Костя рассмеялся:

– Идем. Порадуешь меня по дороге к Козимо. А потом, когда избавимся от колесничих, я тебя свожу сюда еще раз, покажу и Сан-Марко, и Дворец дожей, и где прятались вампиры Медичи, когда их изгнали из Флоренции, и все что хочешь. Согласна?

– Медичи были вампирами?!

– А ты всерьез думала, что такого могущества можно добиться немагическим путем?

Я расплылась в улыбке и на сей раз сама взяла его за руку.

– Договорились. Потом ты покажешь мне все.

Дальнейший путь прошел повеселее. Костя продолжал торопиться, пусть и подстраиваясь под мой более мелкий шаг, но я уже и сама старалась не задерживаться. Обещание, что мы сюда съездим еще раз вместе, вселило в сердце новую надежду.

Правда, чем ближе мы подходили к кварталу, где находилась лавка торговца душами, тем больше я волновалась. Мне нужно было достоверно изобразить ведьму и убедить опытного колдуна в том, что я занимаюсь ремеслом, о котором в реальности не знаю почти ничего. Да и сам Козимо был фигурой неоднозначной.

Этот человек год прожил в Кастелло-делла-Серените, пока не разругался с прадедом по весьма своеобразной, зато подходящей высшим причине. Души – все дело было в них.

Кодекс чести высших, которые объединялись в общины вроде Серениты, запрещал вредить другим высшим. Это означало не только то, что нельзя убивать или ранить соседей. Законопослушные высшие не могли в ритуалах, эликсирах и амулетах использовать части сверхъестественных существ: крылья пикси, печень оборотня и так далее, если только какой-нибудь дракон сам не пожертвует свою чешую на благое или не очень благое дело.

Козимо решил, что это правило не относится к тому, кто уже умер. Когда в Серените мирно почил от старости итальянец-колдун, родившийся в деревне и проживший в ней всю жизнь, торговец забрал его душу и продал одному из ковенов. Прадеда вместе с советом это ожидаемо взбесило: мало того что их старому другу не дали отдохнуть после смерти, так еще его используют неизвестно для чего в каком-то сомнительном ритуале! После по-итальянски жаркого скандала Козимо выставили за дверь. Тот в отместку наслал на деревню парочку проклятий. Отношений это, естественно, не улучшило, и с тех пор между колдуном и Серенитой тлела холодная война.

Это не помешало Козимо «в обход» обращаться к Косте, когда требовалось составить особо заковыристые договоры с нечистой силой. Поэтому вампир и вспомнил о нем, когда зашел разговор о сильных колдунах, а теперь сопровождал меня по дороге к торговцу душами. Причина крылась не только в соображениях безопасности: Костя был одним из немногих, кого Козимо подпустил бы к себе.

Немного не доходя до лавки торговца душами, Костя меня ненадолго оставил и растворился в темноте. Он отсутствовал несколько минут, а затем так же беззвучно, как исчез, появился прямо у моего правого плеча, заставив вздрогнуть.

– Спокойно, это я. Показалось, что за нами кто-то идет. Вокруг чисто, можно идти дальше.

Я последовала за вампиром, тем не менее не забывая оглядываться. Мои глаза во мраке ночи видели хуже вампирских, но мало ли что… Не хотелось самолично прийти в лапы колесничих.

Три поворота – и мы оказались на очередной из узких венецианских улочек, у края которых плескалась вода. Металлическая дверь, у которой остановился Костя, ничем не намекала на то, что за ней занимаются таким сомнительным делом, как продажа душ. Наоборот, хотя единственная витрина была закрыта жалюзи, вывеска и нарисованная на ней маска сообщали, что здесь продают сувениры, как в десятках других мест Венеции. К деревянному столбу прямо напротив была «припаркована» небольшая моторная лодка. Синенькая, пахнущая свежей краской – и не скажешь, что такая может принадлежать колдуну. Я подняла взгляд, проверяя, горит ли в закругленных сверху окнах свет, но сквозь ставни не пробивалось ни лучика.

– Уверен, что это здесь? – спросила я Костю. – Что-то не похоже на магазин для ведьм.

Он усмехнулся:

– Это тебе не лавка Сибиллы, куда заманивают обычных туристов, еще и построенная под защитой барьеров. Продажа душ – занятие, которое в глазах любого верующего будет роднить Козимо с дьяволом. А мы мало того что в католической стране, так еще и сравнительно недалеко от Ватикана. Представь, что с ним будет, если его найдут колесничие. Козимо пойдет на что угодно, лишь бы этого не допустить и замаскировать свою деятельность.

Я невольно поежилась. По собственной воле я бы такую профессию не выбрала ни за что в жизни.

– Если верить тебе, он настоящий милашка.

– Думаю, ты сама понимаешь, какого рода человек станет заниматься продажей душ, поэтому будь осторожнее. Я могу добиться, чтобы Козимо тебя выслушал, но продаст ли он что-нибудь, зависит только от тебя. Готова?

Честно говоря, я не представляла, как к такому вообще